Страница 8 из 107
Глава 8
Глава 1
Хлоя
Я никогда особо не задумывалась о том, как умру. По крайней мере, не дальше тех мимолетных мыслей, которые посещают каждого.
Лучший сценарий? Старость. Худший? Автомобильная авария.
Уверена, мужчины, за которых выходила моя мать, никогда не думали, что испустят дух под ее крышей.
Ну, технически, первые два умерли во дворе.
Муж Номер Один упал с лестницы и проломил себе череп. Истек кровью на глазах у зрителей, все как положено. Красочное сияние рождественских гирлянд, которые он развешивал, мерцало в отражении лужи крови, разлившейся вокруг его головы.
Ужасный несчастный случай
, так она это назвала. Мне тогда было девятнадцать, и я не особо по нему горевала. Пусть его душа никогда не узнает покоя, извращенец.
Мы все удивились, когда Муж Номер Два утонул в бассейне с соленой водой, который мама установила за лето до его кончины. Он отлично плавал, да и бассейн был не таким уж глубоким — всего шесть футов в самом глубоком месте. Он был добрых полфута выше толщи воды, забравшей его жизнь, не говоря уже о нескольких аквапалках для плавания, за которые он мог бы ухватиться ради поддержки. Мне тогда исполнилось двадцать три, они прожили в браке три года. Я еще удивлялась, как моя мать умудрилась так быстро найти парня после смерти первого мужа, не говоря уже о том, чтобы выскочить за него. И снова ублюдок? Боже. Ну и везенье.
Когда шесть лет спустя Муж Номер Три скончался от случайной передозировки своих сердечных лекарств, наш маленький городок начал подозревать неладное. Как и полицейский департамент. Точнее, один конкретный детектив, который никак не затыкался и продолжал связывать воедино совпадения, усеявшие историю моей матери.
Мудак.
Мой отец оказался самым везучим из всех. Он так и не женился на ней и смылся еще до моего рождения. По крайней мере, так мне говорит мать.
Возможно, именно с этого все у нее и началось. Желание гнаться за любовью, даже в самых грязных ее проявлениях.
У всех троих мужей блуждали глаза. У них были быстрые, тяжелые руки. Грубые слова и еще более грубые фантазии, которые они вымещали на нас обеих.
И все же, став свидетелем всех этих весьма изощренных способов отойти в мир иной, я никогда не представляла, как будет выглядеть мой собственный конец.
Уж точно не думала, что застану его в таком виде — лицом в грязевой яме, когда ядовитый плющ щекочет шею, а колония муравьев обустраивает гнездо в моих штанах.
Боже, как я, черт возьми,
ненавижу
муравьев.
Я провалялась на земле всего секунду, но уже чувствую, как они ползут внутри комбинезона, пробираясь к самым коленям.
Я упираюсь ладонями в жижу, приподнимаясь над землей, и вытираю руки о задницу, после чего пытаюсь протереть глаза. Куски грязи разлетаются по сторонам, пока я отряхиваю кисти, и я выплевываю коричневую слюну на лесную подстилку, прежде чем повернуться лицом к привязанному к дереву человеку, чьи ноги я, очевидно, плохо зафиксировала. Его ноги оказались длиннее, чем я рассчитывала, и он без колебаний пнул меня прямо в спину, стоило мне отвернуться, отправив лететь лицом прямиком в кучу дерьма.
Клянусь, на мгновение мне показалось, что я утону. Как позорно это было бы.
— Теперь, когда ты выпустил пар, — тяну я, продолжая кое-как оттирать глаза и рот такими же грязными руками.
— Ах ты чертова сука! — орет он. — Я убью тебя, убью!
Я не виню его за угрозы или за удар в позвоночник. Я поступила бы точно так же на его месте: привязанная к дереву бог знает где, под сенью темного лесного свода. Не говоря уже о дыре в его брюхе, из которой медленно вытекает жизнь.
Я достаю из кармана выкидной нож и щелкаю лезвием. Мне безумно хочется провести каждой стороной клинка по своему бедру, потому что это чертовски пугает их. Но вся моя передняя часть теперь облеплена грязью. Говнюк.
Его зрачки расширяются, когда лунный свет, пробивающийся сквозь листву нависающих деревьев, вспыхивает на лезвии, и с его лица сходит вся краска. Что ж, сойдет и так.
— Это был бы отличный план, но в нем нет необходимости. — Я обхожу дерево, к которому он привязан, стараясь держаться на приличном расстоянии, чтобы он не замахнулся на меня другой ногой.
Урок усвоен.
— О чем... о чем ты говоришь? — Он начинает нервничать, лишившись возможности видеть мои действия, и изо всех сил пытается удержать ярость, одновременно подавляя страх. Он натягивает веревки, но я едва замечаю это по другую сторону гигантской секвойи. Она удивительно мощная. Весьма надежная для подобных ситуаций.
— Я собираюсь перерезать эту веревку, и тебе захочется бежать. Хорошо, Гэри? — Я жду ответа, прежде чем начать водить лезвием по перетирающемуся канату.
— Что за херня? Зачем? И кто, блять, такой Гэри? — Ой, черт. Уже забыла его имя.
Плевать
.
Я продолжаю пилить веревку своим ножом. Обычно я просто развязываю узел, но Стоун на выходных пытался научить нас всех новому рыбацкому узлу, и я сваляла дуру, опробовав его на Не Гэри. Теперь я не могу ослабить эту чертову штуку.
— Погоди! — кричит Не Гэри, чувствуя, как путы врезаются в его тело, когда я натягиваю их. — Я не Гэри, ты поймала не того парня!
Я не утруждаю себя объяснениями, что хоть имя я и перепутала, но уж точно схватила кого надо. Я очень серьезно отношусь к проверке подобных преступлений и никогда случайно
не
убила бы того, кто этого действительно не заслуживал. Просто не сочла нужным запоминать его имя, вот и все.
— Ладно, Гэ... то есть... Не Гэри. — Я перестаю пилить канат прямо перед тем, как он окончательно лопнет, и опускаю руки. — Так вот, насчет бега. Прямо перед тем, как ты очнулся, я включила запись звуков умирающего кролика. — Оглядываясь назад, понимаю, что именно это его и разбудило. Не стоило врубать звук так громко, но я использовала такую схему всего один раз, а сегодня у меня поджимают сроки. Я должна встретиться с девчонками в баре через... я прерываюсь, чтобы оттереть грязь с циферблата часов... один час.
— Ты сошла с ума, ты в курсе?
Я игнорирую его слова, потому что время на исходе. Он поворачивает голову в сторону, пытаясь разглядеть меня, пока я продолжаю говорить.
— Звуки этого умирающего кролика привлекли хищника, который ищет ужин. — Я поднимаю нож вдоль ствола дерева, указывая в сторону пумы, медленно крадущейся в нашем направлении. Ее золотистые глаза светятся в темноте, а нос дергается, улавливая запах его крови.