Страница 10 из 153
крис [10:01]
круто, круто
были на концерте в Бодеге
новая точка прямо под магазином на Линдене
годная
барабанные перепонки чуть не лопнули,
но в хорошем смысле
ли [10:02]
круто
крис [10:03]
любишь панк-рок?
ли [10:03]
конечно
крис [10:04]
тогда послушай вот это
скажи как тебе
[Spritzy.m43]
ли [10:04]
ок
Ссылка нетерпеливо ерзает на экране, я жму на нее, с экрана выплескивается шум. Вопли, звон, грохот, барабаны. Эхо разносится по квартирке, и я быстро выключаю звук, сижу пару секунд, потом включаю снова – а вдруг это какой-то тест и Крис видит, дослушала я до конца или нет. Истошно воет какофония. Вот так мы теперь получаем задания?
Когда песня наконец-то стихает до сердитого шепота, пишу Крису.
ли [10:06]
вполне себе
крис [10:06]
норм??
в следующий раз тогда идем с нами
ли [10:07]
отлично
крис [10:08]
кул кул отлично
значит, первая категория «коммуникация»
не просто данные о том, как люди разговаривают
но где, почему, когда…
всё вообще
вопросы?
ли [10:08]
нет
отлично
В программе данных мне назначен новый раздел – «Коммуникация». Белый курсор Криса мигает пару раз и пропадает, оставляя меня наедине с пустой черной ячейкой, которая так и ждет, чтобы ее наполнили.
Расширяю экран вверх и в стороны, чтобы он был вокруг меня. Заныриваю, открывая разнообразные базы данных, с которыми работала раньше. В каждой вбиваю: «как люди коммуницируют». Тут же загружается тысяча ссылок. Как сказать что-то не словами, а фырканьем. Как стать человеком, которому люди хотят доверить свои тайны. Как подбодрить собеседника. Как давать и принимать советы.
Каждый запрос ведет к следующему. Так приятно и успокоительно рыться в архивах, базах данных и порталах – точно снова глубоко вдохнуть после нескольких дней без воздуха. Этому меня учили, и кажется, что только это и важно. Собираю все доступные данные. Забываю про обед. Забываю, где я. Проходят часы, и снаружи, укутывая город в тусклый бархатный свет, наступает вечер.
Уже поздно, но я ни капельки не устала. Спустя часы парсинга я бодра. Но есть что-то еще – знакомое беспокойство.
Иду к себе в комнату, отыскиваю беговые кроссовки, натягиваю. В Программе у нас был фитнес по расписанию и чудесный зал с тренажерами. Я годами не бегала на улице, в последний раз – когда жила с Синди и Грегом.
Начав бежать, я могу продолжать вечно. Мне хорошо и свободно. Оказывается, я скучала по этим ощущениям: словно сухой картон в горле, когда телу не хватает кислорода, каждый шаг глухо отзывается в суставах. Я забыла, как освежает недостаток воздуха.
Проношусь по районам, где никогда не бывала, и в нескольких милях от дома замечаю, что здания здесь совсем другие. Из ржавого металла, сияющего алюминия или крошащегося камня. Высокие и узкие, приплюснутые и широкие. У одного на остроконечной крыше присела статуя дряхлого ангела с раскинутыми крыльями. Столько лет жить в одном месте – теперь каждая деталь дарит ощущение новизны. Обращает на себя внимание.
В квартире на другой стороне улицы включается свет – там кто-то ходит туда-сюда. Вспоминаю, как впервые увидела Машу во плоти. В первую неделю в Программе я гуляла поздно вечером по кампусу, чтобы освоиться, завернула за угол в пустом крыле и увидела силуэт в конце коридора за стеклянной дверью. Кто-то работал за полночь – стоял перед экраном, увлеченно передвигал на нем объекты.
Маша. Человек, у которого столько идей и так мало времени их воплощать. Прославленный ученый-бихевиорист – в том числе из-за него люди и стремились попасть в эту Программу. В его лаборатории не только учились – это был полноценный исследовательский центр. Его работы не пылились в архивах – они очевидно влияли на жизнь людей.
Помню, как читала, что одно из его ранних исследований мимимишности трансформировало систему образования для маленьких детей. Маша выяснил, что способность детей фокусироваться увеличивается с высвобождением в мозгу химических веществ, которые образуются при виде щеночка или котика в смокинге.
Помню, как читала его исследования про серотонин и норадреналин, о том, что движение в определенных интервалах гормональных циклов может уменьшить печаль и чувство потери. Его применили в программе фитнеса: разработали упражнения для людей с диагностированной депрессией. И это помогло миллионам.
Конечно, о Машиных работах я знала все еще до поступления в Программу. И знала, что только избранные попадают в его лабораторию, в основном на старших курсах. Но через три недели после поступления все преподаватели представили списки, и в Машином было четверо шестикурсников, один пятикурсник и я. Единственный первогодок на стажировке у Маши за всю историю программы.
Я бегу, и подошвы стучат по мостовой, задавая ритм мыслям. Поворачиваю за угол и пролетаю мимо темных магазинов: ставни опущены и заперты. Сонно мигают пара неоновых вывесок.
Скучаю ли я по Маше?
Разумеется, нет.
Я знала, что после выпуска все изменится. У него появятся новые студенты и новые эксперименты, уже без меня. А у меня будет мое Распределение.
И все же он везде мне мерещится: его жилистые руки в тусклом, сыром свете подземки по утрам, его высокая фигура в уличной толпе после работы.
Однажды я услышала раскатистый смех (только он так смеется); сердце екнуло, я оглянулась и увидела низкого, полного мужчину, смеющегося в гарнитуру телефона. Ничего общего не было у него с Машей, которого серебристые волосы и точеные нордические черты молодили, хотя ему было уже сильно за шестьдесят. Разум меня подводит.
«Проблема, – думаю я, перепрыгивая трещину на асфальте, – в том, что я в фазе адаптации. Фронтальная кора работает с перегрузками и жаждет видеть знакомое, а не эти чужие, разбитые тротуары».
Я просто привыкла к лаборатории и к тому, что Маша всегда рядом и с ним можно обсудить идеи, особенно если я застряла с проектом. Он первый внушил мне, что мои вопросы имеют значение, первый, кто принял всерьез мою любознательность. И он был так не похож на Синди и Грега, уставших от всего.
Мерцают уличные фонари, освещая ямы на дороге, сорняки на тротуаре, жестянку от газировки с вытекающим нутром, промасленную коробку от пиццы, полуоткрытую, с двумя недоеденными кусками.
Нет, я не скучаю по Маше. Если уж на то пошло, я скучаю по себе в Программе.