Страница 83 из 145
Не желая привлекать лишнего внимания, Мэри понизила голос, переключившись с кипящей ярости на ледяной гнев.
– Дарья, как тебе такое в голову пришло? – прошипела она.
– Кто разбирается в логике кибридов лучше меня?
– Да, я в курсе. Возможно, ты единственная способна разработать вирус, который обойдет все наши протоколы безопасности. Но я говорила о моральной стороне. Как ты могла сотворить такое с моральной точки зрения?
– Этот вопрос мучил меня не одну сотню лет. В конце концов я не нашла иного выхода. Каждый посетитель Альтернуса попадет под действие вируса в течение нескольких недель с момента воплощения. Все игроки станут рекрутами Сопротивления.
– Поверить не могу, что ты опустилась до такого! А как же высокие стандарты морали, которым ты нас всегда учила?
– Разве я не учила вас, что не существует абсолютного добра? Или абсолютного зла? Что в конечном счете есть только сущее и ничего кроме. Я считаю, что спасение вселенной оправдывает подобные меры.
Мэри не понимала, пытается ли Дарья оправдаться или просто раздражена.
– Ясно. Логикой и эмоциями нас убедить не удалось, и ты решила просто переписать наш разум? А как же наши права, Дарья? Наша свобода воли? Ты ничем не лучше Алума.
– Права – это роскошь, которая вселенной сейчас не по карману, а свобода воли – не более чем иллюзия, основанная на сложных деревьях принятия решений с неконтролируемыми входными данными и переживаниями, – поучительно заметила Дарья. – К тому же твой разум я не тронула.
– С чего вдруг?
– Я ценю твое непредвзятое мнение. В будущем мне могут понадобиться советы, не замутненные моими манипуляциями. Это не значит, что я буду во всем с тобой соглашаться, но всегда выслушаю.
– Ну что ж, вот мое мнение: твой план – кощунство, которому нет оправдания. Я советую найти другое решение.
Губы Дарьи сжались в тонкую линию.
– Я ожидала такого ответа, но надеялась, что ты поймешь. Мэри, взгляни на ситуацию моими глазами. Я уже много тысяч лет пытаюсь склонить других на свою сторону, сражаюсь в мелких стычках, делаю успехи, терплю поражения, теряю соратников, пытаюсь снова и снова, но проигрываю. Время на исходе.
Права ли она?
Мэри пыталась объективно взвесить план Дарьи. Она восхищалась его безжалостной эффективностью, но не может же Алум на самом деле замышлять уничтожение вселенной и всех, кто ее населяет. Или может? В этом нет смысла. Дарья преподносила этот факт как неоспоримый, но не предоставила ни одного доказательства. Куда вероятнее, Алум создаст для них собственную мини-вселенную – лучший мир, в котором смогут жить они все. Увы, на этот счет тоже нет доказательств.
Видимо, все сводится к тому, кому я больше доверяю – Алуму или Дарье.
Дарья уже много раз доказала свою надежность и ни разу ее не предала.
Мы готовы доверить ей собственные жизни.
С другой стороны, Дарья, которую она знала, вернее, думала, что знала, – кибрид, с которым она работала миллионы лет, – та самая Дарья никогда бы не стала подчинять себе чужой разум.
Неужели провал в Лирандии заставил ее изменить взгляды? Довел до крайности? Как мне поступить: донести о Сопротивлении и остановить ее или уповать на годы преданности и дружбы?
А вдруг мой разум скомпрометирован и я больше не хозяйка своих мыслей? Вдруг мне позволено думать о чем угодно до тех пор, пока я не захочу донести на Сопротивление?
Как полагаться на свои убеждения и поступки, зная, что Дарья заразила коллег вирусом, переписывающим разум? Если следовать этой логике до конца, ее и без того хрупкое чувство собственной вменяемости может и вовсе рассыпаться в пыль.
Что, если Сопротивление – всего лишь схватка двух психопатов? Как поступит Дарья, если я расскажу остальным, что она с ними сделала?
Погружаясь в омут отчаяния и сомнений, Мэри чувствовала, как бешено колотится сердце. И от осознания, что сердце лишь виртуальное, легче не становилось.
Давай, соберись уже.
Мэри рассмеялась.
Если бы Дарья меня заразила, меня бы вряд ли посещали такие мысли и сомнения, логично? Разве это не доказательство того, что мой разум в целости и сохранности?
Ей тут же стало спокойнее. Конечно, все еще есть шанс, что часть мыслей ей не принадлежит, но, на первый взгляд, они остались нетронутыми.
Мэри холодно взглянула на Дарью.
– Я не могу согласиться с твоим решением. На самом деле меня переполняет ярость. И страх. И разочарование. Но пока я не стану делать поспешных выводов.
Дарья слегка расслабилась.
– Дарья, если тебе нужен мой совет, ты должна посвятить меня в курс дела. Я должна знать то же, что знаешь ты, – что ты от нас утаиваешь.
Дарья обдумала ее просьбу.
– Хорошо. Я могу переслать тебе всё: свои знания, весь свой опыт, всю историю, но ты не сможешь воспринять эту информацию в своем текущем состоянии.
– В каком смысле?
– Для ее обработки тебе придется обновить стандартное железо и прошивку. Если хочешь, я могу установить в твой мозг копию моей кварк-спиновой матрицы, но для этого нам нужно посетить Секондус.
Упоминание одной из секретных лабораторий Дарьи застало Мэри врасплох. Она знала о существовании таких лабораторий и даже о том, что их три. Но Дарья настолько пеклась о безопасности, что не приглашала туда даже своих соратников. И вот теперь, с огромным риском для себя, она готова передать Мэри координаты своей самой важной базы. Мэри почувствовала смирение и стыд за то, что сомневалась в Дарье.
– Если это единственный способ.
– Это и правда единственный способ, – подтвердила Дарья. – Вот координаты. Встретимся там через пятнадцать часов.
– Хорошо, через пятнадцать часов.
Аватар Мэри исчез из Райского берега, и за столиком в облаках осталась только Дарья.
Взглянув на далекие волны, предводительница кибридского восстания тяжело вздохнула.
Надеюсь, я поступаю правильно, доверяя ей. Куда проще внедрить в ее разум вирус убеждения, но тогда я лишусь ценной подруги и советницы. Конечно, лишний риск тревожит, но две головы лучше, чем одна, особенно если одна из этих голов принадлежит Мэри.
Напоследок Дарья огляделась по сторонам и, довольная своим решением, исчезла из Райского берега.