Колыбель

Он взглянул на Лилит и Громова:

— Нам нужен прямой доступ к ее главному центру. Война продолжается.

Прошло три дня с момента химической экспедиции. Три дня тяжелой тишины. Фрегат стоял в доке на ремонте. Орбитальные сканеры Евы докладывали: выжженное пятно на экваторе не затягивалось, но и не разрасталось. Планета, получив химический ожог, затаилась. Это затишье давило на нервы сильнее, чем атака.

Макс созвал расширенный Совет в Зале Ассамблеи:

— Мы сидим на орбите и ждем, когда эта бочка рванет, — начал он, стоя перед собравшимися. На экране висела карта планеты. — Позиционная война на истощение приведет к тому, что у нас закончатся либо снаряды, либо люди со здоровым рассудком.

Он обвел взглядом присутствующих:

— С этого дня мы переходим к долгосрочной стратегии. Мы больше не убегаем. Мы строим здесь дом. Объявляю о начале операции «Твердыня». Наша цель — создание постоянного укрепленного наземного форта. Бастиона Вольного Народа.

По залу прокатился одобрительный гул. Громов поднялся с места:

— Капитан, звучит правильно. Но есть один вопрос: из чего строить? На складах «Форта-Стигма» были боеприпасы и консервы, но там нет ни кубометра бетона, ни строительных балок. А добычу на планете мы начать не можем. Чтобы построить крепость, нужен карьер и завод. А чтобы запустить карьер, нужна крепость, которая его защитит.

Макс спокойно выдержал паузу:

— Круг не замкнутый, Громов. Он просто требует практического подхода. Ева, выводи план.

Карта планеты сменилась блок-схемой.

— Операция «Твердыня» обеспечена ресурсами по трем направлениям, — продолжил Макс. — Этап первый: каннибализация.

На экране появилось изображение трофейного корвета «Гиена» и пяти челноков.

— В доках стоит металл, который занимает место. С завтрашнего дня Громов и Крак начинают полную разборку этих судов на сырье. Каждый лист обшивки и переборка пойдут в переплавку на строительные модули.

Он указал на второй блок:

— Этап второй: астероидная добыча. В секторе находится пояс железо-титановых астероидов. Как только ремонт «Старого Грешника» будет закончен, фрегат отправится туда с бригадой шахтеров за рудой.

Третий блок схемы оставался полупрозрачным:

— Этап третий: контактная добыча. Крак и Тим уже разрабатывают проект мобильного герметичного бурового комплекса «Крот», защищенного химическим репеллентом. Но строить мы начинаем сейчас.

Громов опустился на скамью:

— Вопросов нет, Командир. Есть работа.

На следующее утро Главный Док №1, где замер корвет «Гиена», превратился в цех.

Громов отдавал команды с мостика корвета:

— Первая бригада! Срезать носовую обшивку секторами, по швам! Вторая бригада, на двигательный отсек! Снимайте дюзы и топливные магистрали! Медь и платина — в переплавку!

На корвет набросились десятки автоматонов-помощников под управлением Евы и мастера с плазменными резаками. Факелы вгрызались в титановый корпус. Секции брони с грохотом падали на палубу, где их подхватывали магнитные захваты кранов.

Срезанные элементы маркировались и отправлялись по транспортной ленте в кузнечный цех.

В кузнице индукционные печи пожирали металл. За пультом стояла Крак:

— Щ-щ-щ! Больше вольфрама! Модули для стен должны держать прямое попадание!

Жидкий металл заливался в формы. Гидравлические прессы сжимали расплав, превращая его в стеновые панели с пазами для стыковки, балки перекрытий и угловые узлы для турелей. Изделия охлаждались в ваннах с фреоном и складировались в ангаре.

Ева вывела на экран расчеты:

«С корвета класса „Гиена“ мы получим достаточно титана и композитов для возведения трехсот двадцати метров защитного периметра высотой в пять метров. Разборка займет четыре дня».

В грузовом ангаре №4 из бывших каторжан, шахтеров и ученых формировался первый отряд планетарной обороны — гарнизон «Цитадели-1». Обучение возглавили Райна и Лилит.

Райна гоняла новобранцев по полосе препятствий из контейнеров, заставляя отжиматься и ползать под силовыми кабелями. Лилит обучила их тактике, баллистике, маскировке и первой помощи в бою. Каждое движение бывшего биоассасина было отточено.

Через три дня в ангар вкатили первую автоматическую турель, собранную Крак и Громовым. На массивном треножнике стояла спаренная тридцатимиллиметровая пушка, снятая с рейдерского катера.

— Испытания! — протрещала Крак.

В дальнем конце ангара автоматоны выставили титановые листы от «Гиены». Тим за пультом нажал кнопку. Турель вздрогнула, выплюнув очередь. Титановые листы разлетелись на куски. Новобранцы замерли — осознание того, что такие стальные стражи будут прикрывать их спины, вселяло уверенность.

Главный мостик «Тверди» снова стал штабом. Макс, Лилит, Ева, Нира и Соколов склонились над картой.

— Широкая речная долина, — Соколов указал на зеленую точку. — Аллювиальные почвы. Идеальное место для сельского хозяйства.

— Слишком открытое место, — возразила Лилит. — Хищники могут атаковать с любого направления.

Эля предложила плато в предгорьях, но Нира покачала головой:

— В этих местах эмпатический фон планеты максимален. Это ее «сердце». Если мы сядем там, она почувствует нас в ту же секунду.

Нира указала на точку у южного полюса:

— А вот здесь — высокоместое плато, окруженное ледяными каньонами.

Ева вывела данные:

«Температура стабильная, минус пять градусов. Растительности нет, только лишайники. Биоактивность минимальна. С военной точки зрения — идеальное место для обороны. Эмпатический фон разреженный, как шрам».

Макс смотрел на карту:

— В долине нас сожрут в первую же ночь. На ледяном плато у нас будут стены, созданные самой природой. Мы сможем контролировать единственный проход, а еду будем выращивать в герметичных куполах.

Он указывал на центр ледяного плато:

— Операция «Твердыня» начнется здесь. Готовьте десантные корабли. Вылетаем с первым светом.