Страница 96 из 156
Он уже все передумал, перестрадал, теперь хочет просто быстрее закончить свою затянувшуюся эпопею с эвакуацией.
– Я потребую, чтобы вывезли, – обещаю я.
– Значит, не ты решаешь теперь, – повторяет уже для меня Биндер.
– Теперь не я, – признаюсь ему, потому что нет смысла спорить.
Клаус отпускает бланк и долго мнёт большим пальцем край повязки. В поезде он говорил со мной жёстче, хотя тогда был в безвыходном положении. Я успел принять это за доверие. Возможно, тогда он просто ещё считал, что может хоть что‑то выбирать.
– Передай им одну вещь, – говорит он. – Инге не станет спасать меня, если приказ будет другой. Не надо принимать старое знакомство за жалость.
– Передам.
– И не говори ей про меня, – вдруг просит он.
– Я не собирался, – удивляюсь я.
– Ты иногда собираешься уже после того, как начал, – теперь уже прилетает мне.
– У тебя с ней что‑то было? – интересно мне, если для него так важно все подобное.
Раз он сам бывал у нее, слышал ее разговоры по телефону, значит, не только в магазине и на улице встречался.
– Было. Не получилось, – коротко отвечает Клаус, расспрашивать я не собираюсь, не тот сейчас момент.
Он возвращает отвёртку на документы и выравнивает листы. Я не спрашиваю, откуда у него точная оценка моего характера, поскольку для одной ночи сходств уже достаточно.
Снаружи цокают когти. Лотта проходит вдоль стены, останавливается у вентиляционной решётки и шумно втягивает носом воздух. Теперь она уже не рычит – только тихо скулит, узнав знакомый запах.
– Дальше! Лотта! – зовёт ее сторож. – Там всё те же крысы.
Клаус поднимает кружку в сторону решётки.
– За здоровье местных крыс.