Страница 69 из 223
Работа в команде
Больше чем коллеги
Они выбрали не обычную офисную работу, поэтому они и не обычные коллеги. Во время всех этих бесчисленных часов в воздухе стюардессы и стюарды проходят вместе через радость, усталость, раздражение, волнение, опасность, короче — через любовь и горести. Иногда такая близость приводит к напряжению, но чаще всего — к приятной атмосфере в коллективе и дружбе на всю жизнь.
«Ты спал?» — «Нет, я мертв». — «Я тоже». Мы просто говорили эти слова друг другу, и нам было уже весело, — рассказывает Нора, которая проработала в Sabena тридцать три года. — Уровень напряжения был высоким, и многие пассажиры были высокомерными, но за кулисами всегда было весело.
Мужчина, который смешил меня больше других, — это Тео[97]. Однажды мы отправились на Аляску — нас ждал долгий двенадцатичасовой перелет. Другой стюард чувствовал себя разбитым из-за того, что слишком долго был в дороге, но Тео — в то время он был старшим бортпроводником — оставался в прекрасном расположении духа. Он пел «Singing in the Rain», потому что накануне посмотрел фильм «Поющие под дождем», и все время называл японскую стюардессу Артуром, потому что ее настоящее имя казалось ему непроизносимым.
Незадолго до посадки нам позвонили из кабины пилотов и сказали, что в Анкоридже свирепствует снежная буря и мы не сможем приземлиться. Нас направили на военный аэродром по соседству — туда уже прибыли солдаты, чтобы выгрузить нас из самолета. Ветер был настолько сильным, что без их помощи нас бы унесло. Солдаты связали пассажиров, среди которых были восемь японских монахинь, одной веревкой и таким образом вывели их из самолета. Монахини и Артур ничего не понимали, но Тео поднял большой палец вверх и сказал: «It’s alright»[98]. Когда он сам себя и нас связывал веревкой, он пел: «Snowdrops are falling on my head»[99]. Раскачиваясь во все стороны и напевая, он спускался с трапа самолета. Ах, Тео, только ты мог так дурачиться».
С другими коллегами у Норы тоже сложились приятельские отношения: «Если мы были где-то с экипажем, то старались проводить время вместе — ходили куда-нибудь выпить или поесть. Когда мы заходили в кафе или бар, где договаривались встретиться, то спрашивали у персонала: «Где наши парни?» Мы имели в виду стюардов и пилотов, которые нас там ждали. Неделю спустя мы уже были с другими мужчинами, но спрашивали то же самое. Это, конечно, были шуточки, но они делали нас ближе друг к другу.
Конечно, среди них встречались угрюмые и необщительные люди, но они, как правило, долго не задерживались. Те же, кто оставался, со временем лучше узнавали друг друга, особенно если приходилось уезжать надолго вместе. У каждого бывают трудные времена, и все мы хотя бы раз испытывали состояние влюбленности — в конце концов мы были молодыми. Потом мы могли не видеть друг друга по три месяца, но если мы пересекались в Завентеме — кто-то вылетал, кто-то возвращался, — мы всегда искренне интересовались жизнью друг друга».