Страница 182 из 223
Граждане мира
Везде как дома
В пятидесятых-шестидесятых годах одним из главных преимуществ профессии была возможность увидеть мир, чего не могли себе позволить большинство соотечественников. Путешествия, особенно самолетом, были привилегией состоятельных людей, но бортпроводники тоже могли наслаждаться поездками в разные страны. Они сами искали свой путь и везде чувствовали себя как дома — как в Леопольдвиле, так и в Лёвене, как в Нью-Йорке, так и в Брюсселе. Они знали, что за икрой нужно лететь в Тегеран, за мясом — в Бостон, за шелковыми пижамами — в Бангкок. Для того, кто сегодня совершает дальние рейсы, все работает точно так же: место в экипаже — ключ ко всему миру.
«Я снова еду в Рим. Там мой плащ чистят намного лучше, чем здесь, в Антверпене, — Мари-Поль говорила так все четырнадцать лет — именно столько она пролетала вместе с авиакомпанией Saudia Airlines. — Мой партнер всегда утверждал, что мы, стюардессы, летаем немного в другом смысле. Он считал, что мы парим над реальностью. Но, если твоя работа постоянно переносит тебя по миру, это же нормально, что ты начинаешь чувствовать себя везде в своей тарелке? К счастью, я осознала, что не всегда смогу наслаждаться «международным» стилем жизни. Девушки, которые этого не поняли, после завершения карьеры провалились в черную дыру.
Тяга к путешествиям у меня так и не прошла. Мне до сих пор нравится дважды в год летать в Рим, гулять по какому-нибудь городу с одной из подруг или навещать друзей в Уэльсе, Бангкоке или Париже».
«Чем дольше я работала, тем больше получала возможностей самостоятельно выбирать направления рейсов, на которых хотела работать, — говорит Жюли об американской части своей карьеры. — Последние четыре-пять лет работы в Delta я летала практически только в Сан-Франциско и в Портленд в Орегоне, где у нас сейчас есть второй дом. В Сан-Франциско я делала покупки и отдавала свою униформу в химчистку. Я никогда не делала этого дома в Огайо».
Шанталь из Brussels Airlines стала таким же международным покупателем: «Иногда одна из нас наденет новые босоножки, а другие у нее спрашивают, где она их купила. Та отвечает «в Нью-Йорке» или «в Абиджане». Тот, кто ничего не знает о нас или о нашей профессии, может подумать, что мы толстосумы, но для нас стало совершенно нормальным то, что мы делаем покупки во время наших командировок. Я часто хожу в тех местах на педикюр или к парикмахеру. Местные меня уже знают. Когда я иду по рынку в Дакаре покупать корзинки или салфетки, они окликают меня издалека: «Мадам Шанталь!» Это здорово.
Когда я начала работать, то на шесть лет застряла в Европе. Я говорю «застряла», потому что очень хотела летать, как более опытные сотрудники, на такие направления, как Чикаго, Нью-Йорк или Токио, — продолжает Шанталь. — В тот момент, когда я могла начать летать на дальние расстояния, они попросили меня стать старшей бортпроводницей на европейских направлениях. Я отказалась, потому что не хотела упустить шанс проявить себя на международных рейсах.
Я работала на больших самолетах — там был большой экипаж и более спокойные пассажиры. И какие замечательные были направления! Думаю, я раз пятьдесят побывала в Нью-Йорке. Когда случились события 11 сентября, было чувство, как будто это произошло на Большом рынке у нас в Брюгге. Когда Sabena вскоре после этого обанкротилась, я чувствовала не только неуверенность в будущем, но и беспокойство. Я боялась, что навсегда потеряла красивую жизнь».