Страница 146 из 223
Красный крест
Одним из пилотов, который работал вместе с Норой на том воздушном мосту, был муж Элис. «Каждый раз, когда он приземлялся в Брюсселе, я стояла вместе с женой другого командира с сэндвичами и чистыми рубашками, потому что они почти сразу же отправлялись обратно в Леопольдвиль. У них не было времени отдохнуть, — вздыхает Элис. — Мой муж был особенно рад тому, что они летали на 707-м, который можно было заполнить беженцами до предела. Люди там и стояли, и сидели на полу, они были везде. Но таким образом Sabena спасла много жизней».
Сначала на рейсах воздушного моста можно было летать только стюардам, но дней через восемь Sabena также позвала отважных стюардесс. Двумя такими добровольцами стали Нора и Моник. «Было тяжело, — говорит Моник, — потому что мы работали без отдыха: возвращались в Бельгию и чуть позже снова должны были лететь. Так нужно было, потому что мы перевозили несчастных женщин и детей. Они теряли все и были в отчаянии. Не один раз нам приходилось надевать раненым кислородную маску или даже вызывать «Скорую» по прибытии в Брюссель».
«В первый раз, когда я в конце концов прилетела из Южной Африки, я была очень рассержена на авиакомпанию, — рассказывает Нора. — Я не понимала, почему они отправляли нас в Конго, когда там было так опасно, но после призыва волонтеров все стало иначе. На этот раз все было организовано хорошо — нас везде сопровождали мужчины, поэтому мы не рисковали жизнью. Нам не разрешили носить униформу — только белый фартук с красным крестом. Этот знак защищал нас от мятежников. Я думаю, что записалась в добровольцы, потому что мне было любопытно и хотелось приключений.
На рейсах из Брюсселя в Конго у нас были военные, в основном солдаты ООН из Скандинавии. Старший бортпроводник часто разговаривал с их офицером и однажды спросил его, не хотят ли трое из его солдат помочь нам в обслуживании. У экипажа было достаточно работы во время обратного рейса.
Когда мы приземлились в Конго, пилоты и стюарды могли выйти из самолета, а мне не разрешили этого сделать — слишком опасно. Рядом со мной остался охранник. Я навела порядок и прилегла на кушетку. После девяти часов полета это было здорово, вот только не было кондиционера. В салоне было жарко, как в машине, которая несколько часов простояла на солнце. Мужчины вернулись назад с бутылками холодного пива и вафлями — единственными продуктами, которые мы могли предложить пассажирам.
Для нас такие перелеты тоже были сложными. Мы делали разворотные рейсы: прилетали, немного спали и снова вылетали обратно. В Брюсселе нас встречал доктор из Sabena и давал нам витамины».