Страница 121 из 156
– Значит, погоны поменял? – сурово спросил генерал. – Из чекистов в менты подался?
Степан виновато развел своими огромными ручищами. Мол, а что было делать? Жизнь такая, время дикое.
Зимов сверлил его тяжелым взглядом еще пару секунд, а потом напряжение в кабинете вдруг разом спало. Генерал махнул рукой, окончательно расставаясь с былыми ведомственными предрассудками.
– Да и черт с ним. Ерунда! – примирительно прогудел он. – С кем сейчас не бывает. Времена нынче паскудные, каждый выживает как может. Главное – человеком остался. Ну, давайте выпьем за твое возвращение в родные пенаты, Стёпа! Под мое крыло.
С этими словами Зимов снова ухватил бутылку «Арарата» и в третий раз щедро наполнил наши хрустальные рюмки.
Случилось то, чего я так опасался. Степан, и вполне заслужено, встанет во главе нашей будущей конторы. Но все равно чокался я без особого энтузиазма.
Степан так и замер с недонесенной до рта рюмкой. Его густые брови сошлись на переносице.
– В смысле возвращения? – он непонимающе уставился на бывшего командира. – Мы о чем сейчас, Юрий Иванович?
Генерал зачерпнул маленькой ложечкой красную икру, отправил в рот и безапелляционно заявил:
– Ко мне пойдешь работать. Хватит. Нечего боевому ветерану по ночам пьяную мазуту возить. Не по статусу это, да и не дело вообще.
Степан осторожно поставил рюмку обратно на стол.
– А к вам… кем? – с подозрением в голосе спросил он.
Генерал прожевал, удовлетворенно крякнул и прямо этой же самой чайной ложечкой указал на меня.
– Вот этот ушлый малец сейчас закончит одно свое дело с бумажками, – Зимов кивнул в мою сторону, – и мы на базе ДОСААФ плотно займемся курсами по стрелковой подготовке. Там тебе точно хорошее место найдется, Стёпа.
Степан как‑то неуловимо сдулся, его лицо кисло скривилось. В его глазах не читалось ни капли радости от такой щедрой генеральской перспективы. Я его прекрасно понимал: одно дело – возглавить серьезное охранное агентство, решать вопросы с криминалом и коммерсантами, иметь свою команду и реальную власть. И совсем другое – протирать штаны в пыльном тире.
– Инструктором, что ли? – без малейшего энтузиазма, даже с какой‑то тоской в голосе протянул Степан.
– Ну, для начала, конечно, инструктором, – благодушно отозвался Зимов, совершенно не замечая кислой мины своего бывшего подчиненного. – Поучишь телохранителей спуск плавно выжимать, чтобы себе ногу с перепугу не прострелили. А там, глядишь, развернемся, штат расширим…
Коньяк, уже вовсю гулявший по венам, придал мне наглости. Глядя на потухшего бывшего опера, я понял: Степана пора срочно спасать. Иначе он сейчас из одного только безграничного уважения к своему бывшему командиру подпишется на эту унылую должность тирового надзирателя и сгниет там от скуки.
– Погодите, Юрий Иванович, – решительно встрял я в беседу ветеранов. – У нас со Степаном на этот счет есть идея получше. Гораздо масштабнее.
Зимов осекся на полуслове с кусочком лимона в руке. Густые генеральские брови грозно сошлись на переносице – он явно не привык, чтобы какой‑то сопливый студент перебивал его в тот самый момент, когда он вершит судьбы подчиненных.
– Да? – Зимов смерил меня свинцовым взглядом, от которого хмель сразу отступил. – И какая же у вас, позвольте узнать, идея?
– Бизнес‑предложение, Юрий Иванович, – я постарался придать голосу максимум солидности, хотя после нескольких щедрых порций «Арарата» это требовало определенных усилий.
Генерал замер. Медленно откусил кусок лимона и тяжело, с чувством надвигающейся катастрофы, вздохнул.
– Ах, бизнес… Опять у тебя бизнес⁈ – Зимов возвел глаза к закопченному потолку, словно прося у армейских богов терпения. – Знаешь, Маньков, я многое повидал на своем веку. Очень многое. Войну прошел, генеральных секретарей хоронил, перестройку эту проклятую пережил… Но иногда мне становится по‑настоящему страшно, когда ты вот с таким невинным комсомольским лицом начинаешь озвучивать свои предложения!
Степан рядом тихо хмыкнул, пряча улыбку в кулак.
Генерал прожевал, крякнул и решительно хлопнул широкой ладонью по столешнице, подводя черту под официальной частью застолья.
– Значит так, стратеги. В кабинетах такие дела не решаются. Атмосфера не та. Предлагаю сменить дислокацию и переместиться в место, где эти самые ваши капиталистические предложения обсуждать будет куда сподручнее. Да и для моей нервной системы безопаснее.
– В ресторан? – с сомнением спросил я.
Вообще‑то посидеть за столиком и покушать чего‑нибудь вкусненького я любил. Но второй день подряд – явный перебор.
Зимов медленно повернул голову и посмотрел на меня. Долго, внимательно и очень выразительно. Именно так матерый степной орел смотрит на слепого, неоперившегося птенца, который только что пискнул из гнезда какую‑то несусветную глупость.
– Ресторан? – генерал презрительно фыркнул. – Мелко плаваешь! Какой еще, к лешему, ресторан? Чтобы нам там всякая шантрапа в рот заглядывала и чужие уши наши разговоры грели? Нет, есть вариант поинтереснее.