Страница 103 из 156
– Еще? Силовое обеспечение переговоров. Лично для меня это вообще самое важное. Смотри: у нас юридическая компания, на сложные встречи и конкретные стрелки мне ездить придется регулярно. Если с той стороны за столом будут присутствовать бритые братки, то с нашей – крепкие ребятки в камуфляже и с легальным, зарегистрированным огнестрелом. Это сразу другой уровень диалога. Далее, когда штат немного вырастет, можем смело брать на себя охрану коммерческих офисов и, особенно, складов. Сейчас там дедушки‑сторожа сидят, дай бог с ржавыми берданками. А мы будем предлагать обученный, мотивированный персонал с дробовиками и автоматами.
– Это – интересно, – медленно протянул Степан. В его голосе зазвучали профессиональные нотки.
– А я неинтересное и не предлагаю! – усмехнулся я. – Ну и вишенка на торте – персональная охрана первых лиц. Телохранители.
– А что тут крутого? – скривился бывший опер. – Тупых амбалов по качалкам искать?
– Если просто амбалов к телу приставлять, чтобы они за спиной маячили – то да, занятие глупое. Но ты‑то профессионал, Степа! Должен понимать, что эту элитную услугу можно и нужно предоставлять на совершенно другом качественном уровне. Проверка маршрутов движения, скользящие графики, глубокий анализ угроз, проверка персонала самого клиента на вшивость…
– Я в таких тонкостях настолько глубоко не волоку, – честно признался Степан. – Это уже уровень спецслужб.
– И не надо! Людей нужных наймем. Из того же КГБ профи перекупим…
– Ага, – недоверчиво хмыкнул Степан. – Так они к нам в частную контору и пошли. У них там выслуга, пайки, госбезопасность.
– Побегут! – я в запале рубанул ладонью воздух. – Стаями к нам побегут! Еще немного времени пройдет, и…
И тут я резко осекся. Я вдруг понял, что слишком много болтаю. Откуда простому студенту в самом начале девяносто второго знать о грядущем катастрофическом развале системы, массовом исходе кадров и нищете офицеров?
– Короче, – я быстро свернул скользкую тему, – найдем кого‑нибудь с опытом. Это дело техники. Тебе вообще как сама идея?
Степан снова замолчал, внимательно следя за заледенелой дорогой.
– Знаешь… – наконец нехотя произнес он. – А над этим и правда можно подумать.
– Думай, – я небрежно пожал плечами, всем своим видом показывая, что никого уговаривать не собираюсь. – Времени на раздумья у тебя… ровно до завтрашнего вечера. Потом я начну искать другого человека.
– А найдешь? – снисходительно усмехнулся Степан, бросив на меня короткий взгляд.
– Незаменимых людей не бывает, Стёп. Вон, хотя бы того же Скворцова твоего переманю, – невозмутимо парировал я. – Чего он нервы на государевой службе попусту треплет?
Степан плавно притормозил, подкатываясь к знакомому крыльцу ДОСААФ, и перевел рычаг передач в нейтраль.
– А у тебя, значит, работа прям совсем без нервов планируется? Сплошной курорт? – саркастично хмыкнул он.
– Почему же? Естественно, с нервами, рисками и головной болью, – я взялся за дверную ручку. – Только у меня за эти вытрепанные нервы будут платиться большие и стабильные деньги. А не картонные грамоты на День милиции выдаваться. Почувствуй, как говорится, разницу.
Таксист на несколько секунд задумался, переваривая мой последний, самый весомый аргумент, а затем коротко кивнул:
– Хорошо. Завтра созвонимся.
Мы пожали друг другу руки на прощание. Я захлопнул тяжелую дверь «Волги» и, запахнув куртку, зашагал к центральным дверям ДОСААФ.
Первое, что сразу бросилось в глаза и принесло огромное облегчение – площадь перед зданием была пуста. Черного оцепления из бойцов ОМОНа как не бывало. Маски‑шоу испарились, словно дурной утренний сон. Внутри, в гулком и пропахшем порохом холле, незваных гостей из милиции тоже уже не наблюдалось.
Едва я переступил порог, как навстречу мне поднял тяжелый взгляд наш бессменный «страж».
– Тебя Зимов искал, – буркнул вахтер, на секунду отрываясь от своей вечной газеты.
– Ну еще бы, – хмыкнул я, на ходу расстегивая куртку. – Я же самый незаменимый человек в этом здании.
Вроде бы я просто бросил на ходу дежурную шутку, но, поднимаясь по гулким бетонным ступеням на генеральский этаж, вдруг отчетливо, до мурашек, осознал: а ведь так оно и есть! Это не было глупой мальчишеской бравадой или пустой короной на голове. Это был сухой факт.
За какие‑то пару часов я в одиночку, без шума и пыли, отбил полномасштабный милицейский наезд. В груди начало разгораться горячее чувство – уверенность в собственных силах. Я больше не был просто бывшим студентом, который отчаянно барахтается в мутной воде девяносто второго года, пытаясь выжить. Я начал превращаться в игрока, который сам расставляет фигуры на доске.