Страница 96 из 96
А я не свожу с тебя абсолютно обдолбанных своих глаз, ну и видуха у меня, должно быть. Смотрю в твою беззвучно смеющуюся рожицу: сложив руки на груди, скосив голову набекрень, прикалываешься, потешаешься надо мной. Голая и бесстыжая, моя, родная до одури. Смейся, смейся же надо мной, мне и самому смешно, мне радостно. Радостно слушать твое признание в любви, радостно так, что голова кругом. Радостно слушать твои стихи, потому что они твои. И они такие же, как ты – местами красивые и головокружительные, а местами – корявые и спотыкучие. Да, в них ты, все – ты. И поэтому – читай их мне. Читай всегда, я буду слушать их все.
Солнце играет у тебя в темно-золотистых твоих волосах, освещает твои глаза бешеной подсветкой. Они сияют, они прозрачны, как стеклышки, через которые на солнце смотрят. А у меня сейчас башка лопнет от счастья.
Отшвыриваю в сторону твой дневник, лезу к тебе, хватаю за руки, тыкаюсь в тебя головой, лицом, закрывая глаза, рожа сама собой расплывается в блаженной ухмылке. Потом заглядываю тебе в глаза:
- Оксан, я люблю тебя, - говорю тебе просто.
- Андрюш, а я
тебя
люблю.
- Скажи еще, - прошу, - мне мало…
- Я люблю тебя.
О-о-о-о, какой кайф это слышать. С ума сойти, греет как. А всего-то слов… И не надо ничего больше, все в них, в этих словах. Ничего больше не хочется, только смеяться от радости. Так я и делаю – смеюсь и начинаю ее тыкать. Она пытается увернуться, но я тискаю ее, и ей не деться уже никуда.
- Чего раньше не говорила, а? Я же ждал… столько ждал…
- Не знала… Ошибиться боялась. Тут ведь – или да или нет, середины быть не может.
- Чего-о-о?
- Ну… не уверена была…
- Ни фига себе – не уверена. А – вон? - киваю на дневник.
- А, мало ли, что я там писала… У меня в башке знаешь сколько всего…
Это точно. Но не все бестолковое. А что бестолковое, мы забудем просто. Я уже забыл, забудешь и ты.
- И потом… я ведь не знала тебя совсем… какой ты… я полюбила твой образ, но не знала, такой ли ты на самом деле… Может, я все себе понапридумывала… Со мной и такое бывает…
- И что –
таким
я оказался?
- Нет, - уверенно качает она головой. - Не таким. Другим совсем. Но это было уже неважно. Это все мысли, впечатления. А чувства – они как-то помимо этого жили, своей жизнью… Все эти годы… Мне только время потребовалось – окончательно понять.
- И когда поняла окончательно?
- Не знаю. Понимаю как раз. У меня так – приливами-отливами. Как у моря.
- Блин, значит еще и отлив может случиться? – смеюсь. – Тогда ловлю волну: а ну, скажи еще…
Ее шаловливые губы – нижняя чуть кривенькая, словно закушенная, с родимым пятнышком – произносят опять:
- Я люблю тебя, Андрей. Я люблю тебя, - а в глазах – нежность, робость, любовь. Да, свет этот – это и есть любовь.
Кайф, аж трясет. Да этим вообще, по ходу, питаться можно. Еще хочу, еще… Каждое ее признание награждаю поцелуем, будто пью ее. Сон это, что ли? Не хочу больше просыпаться тогда.
- Солнышко… - целую ее, - солнышко мое… ясное мое солнышко, вот ты кто… Мне-то чего не отвечала? Говорил же тебе уже…
- Боялась… боялась, что и ты ошибаешься… что передумаешь… И разлюбишь, когда узнаешь меня получше... когда поймешь, какая я...
Не бойся, не передумаю. И не разлюблю. Не надейся, вернее.
- Любимая моя… - целую опять, взяв в руки ее нежное, сияющее личико. - Любовь моя…
О, а тебе тоже вставляет. Вон, вздрагиваешь как, глаза закрываешь… дрожишь… Совсем как когда ласкаю тебя…
- Оксанка, ты – моя любовь… Я люблю тебя…
Ты открыла глаза и смотришь в мои, когда говорю тебе. И говоришь мне просто:
- Андрюшка… мой Андрюшка…
Стискиваю тебя покрепче. Трусь об тебя, целую твое лицо, губы, потом всю тебя целую, исцеловываю… Давно надо было так, давно, давно, годами – только целовать тебя, прижиматься к тебе, слиться с тобой, стать тобой… Мне нужно наверстать все, так что держись…
Мну, щипаю тебя, тащусь от твоих визгов. Ох, как же ты хочешь меня – а как я тебя хочу. Всегда хочу, всегда хотел. Я пришел и забрал тебя наконец-то, я останусь с тобой, счастье мое. Так на же, получай… меня получай теперь…
Держу тебя крепко, вхожу в тебя глубоко, от твоего приветственного стона, от того, как ты подаешься навстречу мне, отдавая себя, у меня сбивает крышу. Я двигаюсь в тебе, а ты льнешь ко мне всей своей плотью, всем существом, словно тебя не могло быть без меня в тебе, словно это и не ты была вовсе, а я люблю тебя страстно, почти жестко, почти грубо, но только
почти
. Вытворяю с тобой то, что и собирался, но, наверное, нежнее все-таки. Ведь помимо необузданного желания, накатывающего снова и снова – так будет всегда – меня распирает нежность к тебе.
И я бормочу, беспрестанно бормочу, уткнувшись в тебя, двигаясь в тебе:
- Любимая… любимая… любимая моя девочка… люблю… люблю… люблю.
Конец второй книги
***
Саундтрек-ретроспектива
Ашиль-Клод Дебюсси –
Clair
de
lune
(Лунный свет)
Midge Ure – Breathe
Jewel – Satisfied
Aqualung – Brighter than sunshine (OST A lot like love)
Back on the road (OST A lot like love)
Loreen – Euphoria
Roman Naboka - Endless
Cj VladRe – Star
Эта книга завершена. В серии Любовь моя краеугольная есть еще книги.