Страница 46 из 64
– Как ты можешь так говорить? Какое поле? – меня душат слезы. – Неужели ты ничего не чувствуешь? Тебе меня больше не жаль?
– Алёна, – он произносит мое настоящее имя, и я вздрагиваю, как от удара током. – Жаль или не жаль – не имеет никакого значения. Я знаю твою историю. У меня нет выбора. Поверь, ты находишься далеко не в худшей ситуации. По сравнению с некоторыми твоя сестра сущий ангел. Очень о тебе заботится. Ну все, мне надо идти, – он вздыхает, но я понимаю, что это вздох облегчения.
Алексей быстро скрывается за дверью. А я понимаю, что тот, кого я считала другом и защитником, на деле оказался предателем…
Осмотр, таблетки, еда…
Час спустя я, при помощи медсестры, переодеваюсь, меняя больничную сорочку на свои старые джинсы и футболку. Из сумки пропала вся дорогая одежда для беременных. Все, что покупала для меня Марина. Я понимаю, что она сохранила несколько моих старых вещей специально для того, чтобы выдать их мне после родов.
Джинсы с трудом застегиваются – живот еще не исчез. Но выбора у меня нет. Я надеваю специальный поддерживающий пояс, который чудом остался в пакете с бельем. Он потуже затягивает живот, и молния джинсов более плавно ползет вверх.
Я смотрю на себя в зеркало. От Марины ничего не осталось. Только пряди светлых волос. И те уже довольно сильно потемнели. А так – на меня смотрю я.
Алёна.
Давшая жизнь прелестной девчонке. Я уверена, что она прелестна, даже ни разу ее не увидев.
Сглатываю слезы.
Медсестра закатывает кресло.
– Садитесь. Я вас довезу до выхода. А там вы пересядете в машину.
Возле выхода стоит лимузин.
Меня буквально выводят под руки.
Солнце село за горизонт. Мое сердце опустело.
– Я могу заплатить! – я оборачиваюсь к администратору, которая вместе с медсестрой помогала мне дойти до машины. – Я продлю проживание! У меня же есть деньги на карте, – я вспоминаю о том, что Марина обещала мне заплатить. Лихорадочно роюсь в сумке и, достав телефон, открываю личный кабинет. Так и есть. Огромная сумма лежит на счету…
– Мест нет, – сухо отвечает женщина.
– Но здесь же пусто! – мой голос сорвался. – Полно свободных комнат!
– Мы и так для вас сделали больше положенного. Не скандальте.
Из здания появляется Марина.
– Я так и думала, что тебя надо бы проводить.
Она берет меня за локоть и подталкивает к машине.
– Смотри, какая шикарная тачка. Я попросила заполнить бар. Можешь пить, сколько душе угодно. Ты выполнила свою часть договора. Будь умничкой.
Она посылает мне воздушный поцелуй.
Мое сердце бешено заколотилось.
– Ничего не выдумывай, – Марина мягко, но настойчиво подталкивает к чёрному лимузину. – Водитель отвезёт тебя в аэропорт.
– В аэропорт?! – я вспоминаю, что меня отправляют в ссылку. – Я никуда не полечу!
– Билет уже куплен. И квартира тоже. Чем быстрее улетишь, тем лучше. Садись. А то опоздаете.
Водитель гостеприимно распахивает дверь машины.
– Нет! – я рванулась назад, но сильные руки водителя хватают меня за плечи.
– Сударыня, не усложняйте.
Меня буквально вталкивают в салон.
– Хорошего перелета! Там возьмешь такси. Адрес тебе даст водитель после регистрации на рейс, – дает напоследок инструкции Марина.
Дверь захлопывается.
– МОЯ ДОЧЬ! – я бью кулаком в стекло.
Марина стоит на ступеньках, улыбаясь, и машет рукой.
– Прощай, сестрёнка.
Двигатель взревел.
Я заставляю себя успокоиться. Ради Мишани.
Машина мчится по аллее, увозя меня прочь из долгого заточения.
Прочь от ребёнка. Прочь от надежды.
А в глазах Марины, оставшейся позади, читалось лишь одно:
«Ты больше её не увидишь».
***
Я стою в аэропорту на стойке регистрации.
– Багажа не будет?
– Нет.
У меня с собой только полупустая сумка, с которой без проблем можно пройти в салон.
Мне выдают посадочный.
– У вас бизнес-класс. Приятного полета!
Водитель проводит меня до зоны, в которую ему уже пройти нельзя.
– Там вас встретит представитель авиакомпании, – сообщает он. – У вас забронирован вип зал. Все на высшем уровне, – водитель кривит губы в неприятной улыбке. – Вот ваш адрес в Оренбурге.
Он протягивает мне бумажку. Название улицы мне ни о чем не говорит. Но мне все равно, где это. Очень хочется остаться одной. Рухнуть в кровать и первым делом отлежаться. Прийти в себя. Дождаться Мишаню. А потом уже принимать решения.