Страница 58 из 181
— Понятно, -выдохнул я тихо.
— Что-что?
— Говорю, благодарю, святая сестра, что поделилась мудростью. Не смею больше отнимать твое драгоценное время, и пусть твое священное пламя освещает дорогу темным недоучкам вроде меня,- я хитро улыбнулся и собрался было аккуратно отчалить, когда она снова меня одернула.
— Ну наконец-то ты научился хорошим манерам… А ну стой! Я с тобой еще не закончила! — ее рука схватила меня за отворот грубой толстовки, которую мне выдали заместо провонявшей одежды рейдеров Нового Эдема, не давая возможности свалить по-тихой.
— Прости?
— Я удовлетворила твое любопытство? — спросила она зло прищурившись.
— Ну… да.
— Благодарю, Святая Сестра! -снова ткнула она меня надменным тоном, явно выделяя эти слова, буквально произнося их с большой буквы.
— Благодарю, Святая Сестра, — повторил я как попугай. — Могу я быть свободен?
— Нет. Я ответила на твой вопрос, теперь ты ответишь на мой. Ну! Я жду?
— Задавай свой вопрос… Святая сестра.
— Я уже его задавала, дикарь. Но если у тебя такая короткая память — повторю: правда ли то, о чем сплетничают, что ты устойчив к божественному пламени как мы, жрецы? Если да — то… — она вдруг замолчала, явно о чем-то раздумывая. — Впрочем, не важно. Можешь не отвечать!
И с этими словами она вдруг шагнула вперед, взяла своей рукой мою, и пока я слегка растерялся от удивления резко подтянула к одной из чадящих рядом масляных ламп, решительно занося обе наши руки над полыхающим языком пламени.
— Ты что делаешь! — мои глаза полезли на лоб, а ноги сделали стремительных два шага в сторону, прочь, но жрица и не подумала отпускать, удерживая меня неожиданно сильным движением.
— Не смей вырываться! Или нанесешь мне несмываемое оскорбление! — Она поднесла наши сцепленные руки под пламя, и с вызовом улыбаясь принялась наблюдать за моей реакцией.
Кожу припекало, я рефлекторно дернулся еще пару раз, но жрица продолжала удерживать ладонь над огнем, явно наслаждаясь моими потугами. По запястью неожиданно заструились капли влаги, словно мою руку держали над кипящей водой и пар конденсировался на коже. Было очень горячо, и даже больно, но… терпимо. Я с удивлением понял, что могу выдержать, правда завтра у меня будет охренительный ожог.
Довольная улыбка и выражение превосходства на лице девушки сменились сначала недоумением, потом беспокойством, явным непониманием, и наконец начала подкатывать паника. Ее губки сжались, задрожали, она сглотнула и снова перевела взгляд на наши руки.
— Тебе совсем не больно⁈ — стараясь говорить ровным голосом уточнила она, но ее рука уже дрожала.
Я лишь улыбнулся, и не смог удержаться чтобы не подергать бровью в излюбленном мимическом жесте.
— Ай! Пусти! — уже почти умоляюще попросила она, я подержал для вида еще секунду и разжал ладонь.
Отдернув руку, жрица принялась ее тереть, как-то странно оглядевшись по сторонам. Затем медленно повернула ребром ладони к себе и досадливо поморщилась: на коже красовался приличный ожег и уже набухал волдырь. Движимая непонятным побуждением, она снова схватила мою руку, подтянула к себе и пристально оглядела. Смахнула с кожи скопившуюся там сажу и влагу. Место соприкосновения с огнем немного гудело и побаливало, но кожа была гладкой и розовой — ни следов ожога.
— Как это⁈ — чуть не выкрикнула она, но затем быстро огляделась по сторонам. — Тебе совсем не больно⁈ — ее глаза буквально лезли на лоб от удивления.
— Больно, — я злорадно ухмыльнулся, и высвободил свою руку. — Но видимо не настолько сильно как тебе. Странная у вас религия… для того, чтобы доказать… что там нужно доказать, кстати? — ты должна увечить себя ожогами?
Она все так же удивленно смотрела мне в глаза, потирая обожжённую кожу.
— Не говори глупостей, мы себя не увечим. Это… — она посмотрела на свою руку и досадливо сморщила носик, — это пройдет завтра. Но ты… почему? Даже у первожреца нет такого сродства с Пламенем Богини! Как это возможно?
— Прости, я не понимаю, о чем ты говоришь, — я пожал плечами. — Сродство с пламенем… чушь какая.
— Ты! Не смей проявлять высокомерие к жрице Богини, которая… — Она вдруг затихла, словно ей в голову пришла какая-то мысль или идея, и внимательно посмотрела мне в глаза.
Памятуя предыдущую ее отповедь, я послушно опустил глаза — мало ли сейчас опять поучать начнет, но девушка сократила расстояние и взяла меня за подбородок, заставляя смотреть себе в глаза.
— Как же странно, тихо проговорила она, с какой-то тщательностью изучая мое лицо. — Твои глаза — они обычные, немного редкий цвет, но это и все… Но при этом, у тебя есть все признаки… Как это возможно?
— Признаки чего? — нахмурился я, и тут же мысленно приготовился к очередному одёргиванию и лекции об уважении и манерах, но, девушка повела себя еще более странно.
— Слушай…- она огляделась по сторонам и завела прядь волос себе за ухо, словно раздумывая над чем-то. — Хочешь доброго совета?
И не дождавшись моего ответа продолжила:
— Если тебе дорога жизнь и твоя свобода — не стоит распространяться о том, что здесь произошло, и о том, что Божественное пламя щадит тебя больше чем жрецов. Поверь, это для твоей же безопасности…
Я скептически склонил голову набок, рассматривая собеседницу, стараясь уловить хотябы малейшие реакции и признаки обмана.
— Интересно, из каких таких побуждений ты даешь мне «добрые советы»?
— Поверь, это в твоих же интересах, — ответила она, еще раз оглядываясь по сторонам. — Этого так просто не объяснишь. Я не могу… во всяком случае — не здесь…
— Выглядит так, словно ты хочешь меня облапошить, — покачал головой я.
«Она не врет, — вмешалась вдруг в диалог Малисса. — Что-то недоговаривает, что-то планирует, но не врет…»
«А поподробнее не можешь пояснить?»
«Куда уж подробнее. Попробуй прочитать ее, если нужно больше. Без тактильного контакта и тенебриса я не смогу сказать точнее. Но у меня очень хорошее предчувствие насчет нее», — прошелестела она вроде как и не навязчиво, но при этом недвусмысленно намекая.
— Если доверишься — не пожалеешь, — тихо продолжила между тем жрица, сделав еще шаг ближе.
Ее странные малиново-кинноварные глаза казалось просвечивали рентгеном, а улыбка была мудрой и доброй… слишком мудрой для такой юной особы.
— Хорошо, — я медленно кивнул.
— Пойдем за мной, — так же тихо качнула головой юная культистка, разворачиваясь к лестнице, ведущей в жреческое крыло.
— Погоди, — остановил ее я. — Сначала мне нужно найти генерала Хоркрейна, и переговорить с ним, а после я в твоем распоряжении.
— Зачем? — непонимающе нахмурилась она.
— Мои вещи. Их украли. Я хочу их назад.
Брови девушки поползли вверх.
— Украли? И ты знаешь кто?
— Конечно.
— Тогда тебе не нужен генерал. Назови мне имя, или укажи на вора, и я…
В моих глазах тут же сложился пазл. Жрецы явно считаются кастой выше чем военные, а значит…
— В том о и проблема. Мои вещи украли по распоряжению Хоркрейна.
Ее удивление быстро переросло в задумчивость.
— Хоркрейн — председатель совета безопасности и глава боевого крыла. Чтобы его обвинить потребуются очень веские доказательства.
— Замечательно, — выругался я. — Когда я принимал приглашение Джулс Санчес, я был уверен, что общество, противостоящее каннибалам Нового Эдема — по умолчанию будет справедливым. Но здесь похоже свои заморочки…