Страница 158 из 181
Глава 77
Наверное каждый хотя бы один раз в жизни испытывал разочарование в ком-то, кому доверял больше всех. Минимум в половине случаев пережить последствия такого разочарования без потерь — не получалось. А в некоторых случаях ты до последнего не веришь, что человек, считавшийся надежным поступает по абсолютно нелогичному и непредсказуемому сценарию.
Увидев сереброволоску, на краткое мгновение я испытал облегчение, а Аки настолько искренне обрадовалась, что не теряя ни минуты приглушила окружавшие ее языки пламени и едва не сорвалась в ее сторону, и это при том, что прежде она старалась эти порывы сдерживать.
— Сестра! Во имя Хвостатой Богини, Токаторо-кун, он… ты должна его урезонить, он собирается…
— Замолчи! И не приближайся! — вдруг остудила ее Китсу и Аки застыла, словно наткнувшись на одну из пресловутых невидимых стен. — Ты какого демона здесь устроила?
Улыбка медленно сползла с губ рыжей вредины, сменившись недоумением.
— Китсу, я…
— Молчать! — отрезала она, переводя взгляд наверх, где все еще полыхала нестерпимым сиянием огромная раскаленная сфера. — Отзови силу! Сейчас же!
Аки послушно протянула руку, и шар начал стремительно уменьшаться и бледнеть, пока не упал ей в руку, уже будучи размером с яблоко, которое девушка сжала в руке, заставив погаснуть.
— Китсу…
— Как все это понимать? — снова перебила сереброволоска, требовательно нахмурившись. — С каких пор ты возомнила себя вершительницей судеб? Как ты смеешь бросать вызов нашим устоям и традициям, нарушать порядок, установленный веками? Кто дал тебе право поступать столь дерзко и безрассудно⁈ Может быть ты и мне бросишь вызов⁈
Аки сглотнула, ее взгляд стал каким-то обиженным и испуганным.
— Нет, конечно. Прости… Но, сестра, вспомни, ты же сама мне говорила… Мы ведь с тобой тогда решили покинуть Японию и Храм в Долине именно потому, что старые обычаи и предрассудки изжили себя. Твой отец, господин Сирогане, он…
— Отец… — Китсу вдруг осеклась, скривилась, словно проглотила лимон, и поправилась: — Отец ошибался. Не следует отвергать то, что было основой несколько тысячелетий. Не стоит рушить что-то, не создавая ничего взамен. И Сиро… отец больше не с нами, Аки. Придётся это принять и жить дальше.
Она устремила на сестру ледяной взгляд.
— А ты прямо сейчас покоришься и сдашься. Ты не окажешь сопротивления. Ты будешь наказана за свою дерзость, а Яромир вернётся под сень своего Императора. Мы больше не можем его защищать.
Я похолодел. В груди неприятно заныло, а сознание затопила горечь предательства. Уж от кого-кого, но от Китсу… Я просто отказывался верить. А где-то в глубине моего моря разума напряглась Малисса, одновременно наблюдая, как меняется выражение лица и сужаются глазки Аки.
— Что ты такое говоришь, сестра? — Аки отшатнулась, словно получила пощёчину. — Но как же… мы же с тобой договаривались… Ты ведь ему обещала!
— Сложные времена требуют от лидера умения принимать непростые решения, — холодно ответила Китсу.
— Чушь! Никакие сложные времена не оправдывают предательство! А это — предательство! Что с тобой случилось за эти две недели?
— Довольно, — отрезала сереброволоска. — Лучше вспомни Трактат. Клан не должен жертвовать большинством ради одной жизни. Ещё пять минут назад ты сама цитировала его, заявляя во всеуслышание о своих правах на звание сильнейшей и искренне заблуждаясь, что готова принять бремя Почтенной Старейшины. Однако должность Почтенной — это не только длинные хвосты и длинный язык. Неужели ты не осознаёшь очевидность выбора: жизнь одного слуги или благополучие всего клана на противоположной чаше весов?
— Что ты имеешь в виду? — насторожилась Аки.
— За время вашей двухнедельной прогулки, пока вы прохлаждались неизвестно где, очень многое изменилось, — вклинился Токаторо, медленно спускаясь по ступенькам. — Отец пропал. Мы пережили нападение врагов. Альянс сейчас фактически в состоянии войны. Наше положение сильно пошатнулось. Империя официально требует выдать двоих преступников, которые нарушили приказ, совершили акт измены, убили высокопоставленных сотрудников Службы и Имперского Князя Волкова. Вы объединились с объектом задания и скрылись. Теперь у нас нет выбора.
— Что? Что значит в состоянии войны⁈ С кем⁈ — не выдержала Аки.
— Император Всея Руси Борис Третий официально направил ноту Сыну Солнца и Неба с предложением прислать нового уполномоченного посланника, — продолжил Токаторо. — Наш дипломатический статус приостановлен. И теперь СИБ официально требует выдать двоих преступников, которые нарушили приказ, совершили акт измены, убили высокопоставленных сотрудников Службы и Имперского Князя Волкова, а после объединились с объектом задания и скрылись. Теперь у нас нет выбора. Империя обвиняет нас в гибели Князя Волкова, требуя вас выдать. И прямо в этот миг подняли головы наши старые враги, словно падальщики, почуявшие кровь. На усадьбу совершено вооруженное нападение, восточная часть посольства — в руинах, несколько человек погибло… И на фоне всего этого ты осмеливаешься дерзить и демонстрировать непокорность, когда должна наоборот бросить все силы на сохранение единства и защиту наших людей! Ты ли смеешь говорить о предательстве, Акакитсу?
Аки опустила голову, стиснула челюсти, а в ее душе поднялась настоящая буря, буквально разрывающая ее на две части.
«Ярик, готовься уходить», — донеслось до меня по нашей чувственной связи.
Я замотал головой, совершенно забыв, что меня не слышит никто кроме моей рыжей вредины.
«Что еще значит — готовься… какой в этом смысл? Я тебя не брошу!»
«Я должна остаться, — обреченно донеслось до меня. — Я поклялась в верности Китсу, и я не могу нарушить своего слова. Но тебя это ограничивать не должно — Токаторо сам публично освободил тебя от обязательств. Ты можешь и должен уйти… Прыгай! Сейчас же!!»
— Сдавайтесь! — снова нарушил молчание Токаторо, медленно спускаясь по ступенькам. — Не усугубляйте свое положение, тем более, что вашей жизни ничего не грозит: ты поедешь отбывать наказание в Храм, а он — предстанет перед судом своего Императора, и сможет привести доводы в свое оправдание…
И тут случилось то, чего ни я, ни Аки, ни тем более все остальные не ожидали: в игру вступила Малисса. Воздух вокруг неожиданно зазвенел, и вокруг раздался разъяренный, резонирующий в ушах голос демонессы:
— ЭТО ЛОЖЬ!! ЯРИК ОН ЛЖЕТ!
Все присутствующие, включая Токаторо, Китсу и старейшин заозирались по сторонам в поисках источника голоса, а Аки бросила взгляд в мою сторону:
«Что это значит?» — мысленно позвала она.
«Не знаю… Малисса, она…»
— СЛОВА ЧТО ВАМ НИЧЕГО НЕ ГРОЗИТ — ЛОЖЬ! — снова подала голос Малисса. — УХОДИТЕ!
И моя правая рука схватила Аки за ладошку, а левая сложилась в жест тенебриса, отводящего глаза.
Китсу вздрогнула. Томоэ, всё ещё лежавшая на дорожке, выпучила глаза. Охрана завертела головами, Токаторо отпрянул назад, быстро отдавая какие-то распоряжения.
— Оцепить периметр! Ищите их!
— Ярик что ты делаешь? — растерянно прошептала Аки. — Не нужно…
— Они где-то близко! — побулькала Томоэ, крутя носом и спешно оглядываясь. — Они не успели уйти! Запах остался!
— Уходим, сейчас же! Позже решим что со всем этим делать! — рыкнул я, прижимая к себе растерявшуюся лисичку. — Ты должна уйти со мной! — я буквально влил в эти слова небольшую толику нажима. — Уноси нас на тропу, живо!