Стекло. Неидеальная

Глава 3. Вера

Раньше у меня с этим не было проблем – хочу с человеком расстаться и расстаюсь. Дело облегчало то, что ко мне в квартиру я никого старалась не заселять. Все отношения были «гостевыми», поэтому человек просто не допускался «в гости», на мою территорию. Иногда начинались телефонные разборки, но я их быстро пресекала. Меня тоже бросали, а куда деваться. Однако в этом случае было еще проще – с моей стороны вообще ничего не требовалось. Страдала ли я? Наверное. Но не сильно. Я привыкла не привязываться к людям, а к мужчинам и подавно. Да и не так много их было, этих мужчин: нельзя сказать, что я натренировалась посылать их подальше. Мастерство оттачивалось скорее на самом первом этапе под названием «отшивание».

И вот надо Лешку отправить обратно домой, на его этаж. Хорошего, в общем-то, человека, попавшего в мои жернова случайно, из-за нелепого стечения обстоятельств. Пока он на работе, я хожу-брожу по квартире, благо погода начала марта не способствует прогулкам – за окном то дождь, то мокрый снег. Как заправский актер, я вслух репетирую фразы:

– Мы с тобой все-таки разные люди, нам надо расстаться, – произношу я и понимаю, что звучит это ужасно.

– Я подумала, нам надо расстаться, – коротко и ясно. Но почему я так подумала? Надо ведь объяснить, как такая мысль пришла в голову.

– Я не хочу ехать в Пекин, – о, вот это вообще бесполезно ему говорить. Он спокойно ответит: не хочешь, оставайся, поеду один. И после Китая вернется в мою квартиру.

Я оглядываюсь: присутствие постороннего мужчины очевидно. У входа стоят ботинки. На диване валяется несколько рубашек и свитер. В комнате стоит большой экран телевизора. Да, у женщин тоже бывают телевизоры, но у меня-то лично не было. На кухне царит разнообразие посуды: немытая моя тарелка после завтрака, мой бокал, моя чашка. Лешка моет посуду после себя сразу, а когда мы едим вместе, то моет и мою. Домработница ко мне больше не ходит, и это тоже очевидно – чистотой квартира больше не блещет. По деньгам я ее вполне могу себе позволить, но совесть – штука странная. Мне стыдно ее приглашать, раз я не работаю. Можно было бы уходить из квартиры, что я и делала первые недели, выжидая, пока она закончит уборку. Но мне быстро надоело зависеть не от погоды и собственного желания уйти, а от ее прихода. Иногда я включаю пылесос и брожу с ним по квартире. Самое ужасное – это протирание пыли. Оказывается, у меня куча каких-то мелких предметов, каждый из которых надо взять, протереть, протереть под ним, поставить на место. На примерно третьей вазочке или слонике я ломаюсь и перестаю вытирать пыль, ограничиваясь открытыми пространствами.

В холодильнике теперь больше продуктов. Я приноровилась готовить самые простые блюда, и покупаю не только готовые к употреблению продукты. Правда, готовлю все равно редко, изредка меня хватает лишь для Лешкиных ужинов. Благодаря погоде, послонявшись по квартире, я говорю себе: «Начался твой рабочий день». Открываю на телефоне сохраненные рецепты или просматриваю новые. Выбираю, что готовить. Смотрю в холодильник. Часто не нахожу нужного. Делаю заказ. В течение часа мне его обычно привозят. Изредка иду в магазин сама. Потом включаю видео и согласно инструкции готовлю. Если что-то непонятно, ставлю на паузу и звоню Рите. У нее есть женщина, которая готовит на всю семью, но Ритка умеет и сама. Соображает в этом деле. Она подсказывает или, в крайнем случае, спрашивает у своей готовщицы. К вечеру у меня готов ужин. Лешка нахваливает, радуясь, что я встаю на путь истинный.

Сейчас я хочу с пути истинного свернуть. Понимаю, что рушу довольно крепко стоящее здание – да, не Версаль, не бог весть какой архитектуры, но крепенькое и простоять может долго. А изыски – кому они в семейной жизни нужны? Все эти ампиры, лепнина, колонны и бальные залы с шикарным паркетом и огромными хрустальными люстрами… В семейной жизни требуются нерушимые стены, потолок и не проваливающийся пол. Простое оформление. И мне такое досталось. Это ж идеал! Но любви нет. Порыва нет, полета, волшебства. Наоборот, меня все больше пришибает к земле. Кругом серость и обыденность. Зачем это нужно?

Короче, сказать надо Лешке, что мы больше не вместе. Причем, сказать быстрее, а то он заберет мой загранпаспорт, купит билеты, закажет отель. У них там большая компания собирается на автосалон, и я могу подвести не только его. Сроки поджимают – в любой день может грянуть необратимость поездки. А если ехать, то после совсем будет неприлично.

Я мечусь, как зверь в клетке. Хочется на волю, в джунгли, пусть в меня стреляют охотники, но в зоопарке хуже. Причем, зоопарк-то неплохой, получше многих…. Надо ехать к Ритке, советоваться. Смотаюсь одним днем – Лешка даже не заметит.

***

– Ты собралась от него уйти, – припечатала прозорливая Ритка, – точнее, его прогнать обратно к себе.

– Как ты догадалась? – я иду за ней от такси к дому и думаю: наверное, моя подруга экстрасенс.

– Ой, ну ты ж разве приедешь просто так, – смеется Ритка. – Значит, что-то случилось. А что у тебя сейчас может случиться? Я подумала, скорее всего, ты хочешь бросить Лешку на произвол судьбы. Не могу сказать, что в тебе с ним булькало счастье, честно говоря.

От жуткого ветра с ошметками снега мы спасаемся в теплой Риткиной столовой. Она уже накрыла на стол, а зная, что я на такси, поставила вина. Я сразу расслабилась – здесь не надо притворяться, делать вид и беседовать с собой. Для бесед есть Рита.

– Ну, я тебя слушаю, – строго произносит Ритка, а сама улыбается и разливает вино. – Клади салатики. У меня новая повариха. Она из ресторана ушла. Точнее, ее ушли. У меня перекантовывается. И выпендривается, конечно. Но вкусно. Высокая кухня бывает вполне съедобной. Даже парни жрут. Так чем там тебе Лешка не угодил?

Я вздыхаю. Хороший вопрос. Можно я отвечу: ничем. Именно поэтому я и хочу от него избавиться. Но я же приехала на своеобразную психотерапевтическую беседу с подругой. Надо что-то из себя выжимать. Мне же легче будет принять осознанное, взвешенное решение (о чем это я? – я и осознанное, взвешенное решение?).

– Рита, он просто мне надоел. Я его не люблю.

– Дело в Сергее? – она смотрит на меня, как инквизитор.

– Не-е-ет! Что ты! Дело во мне, – оправдываюсь я. Как будто нельзя хотеть бросить одного мужчину, не влюбившись в другого. Почему должна быть замена? А тогда да, ты будешь выглядеть чудовищем, но понятным чудовищем, но не таким, которого надо срочно усыпить.

– То есть, ты с Сергеем не общаешься? – сейчас Рита достанет пыточные инструменты. Я уже ее боюсь. И врать мне ей сложно.