Страница 65 из 75
Уже в машине объясняю, что ее бывший муж и мой брат пришел к ней в гости, но нарвался на меня. Подробности нашей короткой встречи остались у меня на лице. И она все это видит, с ужасом касается моей рассеченной брови.
Милену колотит от испуга. Она, как хрупкий цветок, который не прогибается под бешеным напором тайфуна по имени Гуров. Но долго так продолжаться не будет.
– Милена, я не уверен, что он меня послушает. Мне не нравится то, что Миша преследует тебя.
– Ты и так отдал мне охранника. Он ничего не сделает, все будет хорошо, – говорит, постукивая зубами от холода или от страха.
На светофоре попадаем в какую-то лютую пятничную пробку и встает намертво, застопорившись, как статуя, в автомобильном потоке.
Пользуясь моментом, разворачиваюсь к ней. Смотрю в самые омуты ее глаз.
– Милена, я увезу вас с собой. Вернусь через неделю, и мы уедем. Может, даже раньше получится.
– Вадим, у меня ребенок от твоего брата. Зачем тебе такая обуза? – убивает меня этой фразой.
– Обуза? Ты о чем?! Дети – это счастье! Может, Миша так думает, но не я, точно!
Милена прячет взгляд. Я откровенно по-мужски рассматриваю ее. Кончиками пальцев цепляю ее за аккуратный подбородок и притягиваю лицо Милены к себе.
– Не бойся меня, – говорю ей и без стеснения делаю то, что хотел еще в прошлую встречу.
Касаюсь мягких, пухлых губ без помады. Милена принимает мой страстный поцелуй, выгибаясь мне навстречу всем телом. Обнимаю ее за плечи и притягиваю к себе, почти пересадив на руки.
У меня не было женщины давно, движения мои не нежные, а скорее напористые. Я стараюсь контролировать себя, но все больше отдаю отчет, что дико и яростно хочу ее.
Хочу с того самого дня, когда мы в ее квартире вдвоем остались.
Если бы не машина, пробка и важный повод, клянусь, не отпускал бы ее от себя.
Сладкий яд поцелуя разливается по телу.
Мышцы каменеют, в паху приливает возбуждение и желание.
– Вадим, я должна подумать, – мычит мне в губы.
– Хорошо, – с поцелуем отвечаю.
Ряды машин, как букашки, начинают двигаться от светофора к кольцевой. Нам сигналят, подталкивая двигаться дальше.
Приходится окончательно оторваться от нее.
Но желанный поцелуй горит огнем на губах.
Оставлять ее непросто, но и увезти силой нельзя.
По дороге к дому ее родителей, продумываю, что и как буду делать дальше, чтобы минимизировать время командировки.
– Пойдем со мной в дом, нужно обработать твою рану, – говорит Милена.
Я иду следом за ней, бросив машину у невысокого забора возле дома ее родителей.
Нас встречает мама Милены и снова смотрит на меня волком, видимо, перепутав с Гуровым.
– Мам, это Вадим. Нам нужна аптечка, он поранился, – говорит Милена, принимая малыша.
– Уу-ууу, да- да, – говорит Мирон и тянет ручки ко мне.
– Мироша, не капризничай, – говорит сыну Милена.
– Пойдешь ко мне? – спрашиваю его.
Вид моей разбитой брови малыша не пугает. Он смеется и переползает от матери ко мне.
– Ты такой красавчик. Какая у тебя пустышка, – говорю ему, рассматривая милую цепочку и детскую пустышку «мальчишеского» темно-голубого цвета.
– Ууу… Гу! Да – да, – смешно нараспев говорит по слогам Мирон.
Видимо, это «папа» на его детском языке.
Обнимашки получаются очень душевные, будто мы сто лет знакомы.
Прижимаю к себе кроху, и такое необъяснимое тепло внутри разливается.
Он мне родной, хоть мы и не совсем семья. Я всего лишь дядя, а его папаша катится по наклонной.
Заглянув в серые глаза Мирона, я совсем не хочу, чтобы Миша в таком состоянии смог получить права на кроху.
Тем более не позволю, чтобы он забрал сына у Милены.
Она этого не переживет…
Милена улыбается, глядя на нас, хочет помочь мне, но Мирон ни в какую к ней не идет.
– Расскажи мне, почему ты капризничаешь и что у тебя болит? – спрашиваю его.
– В том и дело, что ничего! Это Толик дал мне неправильный градусник. Милаша, прости, что оторвала тебя… вас… – тараторит мама Милены.
– Я так переживала, думала, что-то серьёзное, – выдыхает Милена.
Наконец, я отдаю сорванца матери, а она – любящей и заботливой бабушке.
Мы идем в кухню, Милена усаживает меня на стул и старательно обрабатывает мое пустяшное «ранение» от пьяного кулака Гурова.
Посмотрев по сторонам, тяну ее к себе за талию. Не могу не дать волю рукам после поцелуя.
Милена встает между моих бедер, отложив вату и средство для обработки раны.
Кладет руки мне на плечи. Утыкаюсь носом в ее блузку, стягиваю талию в кольцо объятий и смотрю снизу вверх в ее глаза.
Каштаново-рыжий всполох длинных волос мягко бьет по моей щеке, приятно обжигая кожу.
Поднимаюсь с места и в коротком рывке жадно сминаю губы Милены своими.
– Милена, я не обижу тебя и не отдам ему, – говорю ей, обнимая.