Измена. Мы (не) твоя семья

Глава 29

Милена

Вечером я оказываюсь дома немного раньше, чем обычно. Сегодня с Мироном сидела наша новая няня Анфиса.

Первый день прошел хорошо. Надеюсь, и дальше смогу приглашать ее, чтобы спокойно заниматься работой.

Дальше – я передаю сыночка маме.

Она приедет за Мирошей с минуты на минуту.

В этот раз я согласилась оставить Мирона с мамой в пятницу и в выходные. Она говорит, что мне нужна срочная перезагрузка, иначе я начну выгорать и быстро устану от любимого сыночка.

Прижимаю к себе Мирона и смотрю в его серое-голубые глазки.

– Как же можно устать от такого сладкого пупса? Ты хорошо себя вел сегодня?

Мироша говорит пока только «мама» и «баба», еще лепечет что-то на своем детском языке и часто ворочает глазками.

Я поглаживаю его по спинке, несу в спальню и кладу в кроватку, чтобы собрать вещи сына для путешествия к бабушке.

Еще не знаю, что буду делать дома все дни в одиночестве. Наверное, займусь уборкой, разберу то, что накопилось по рабочим вопросам.

В прихожей раздается звук дверного звонка, и я спешу открыть, пока сынок лежит в своей кроватке. Но Мирон меня зовет, не хочет лежать в одиночестве и ждать.

– Так, пойдем и встретим любимую бабушку вместе, – приговариваю.

На автомате открываю двери, не глядя в глазок.

Но на пороге не моя мама.

Цепенею и поёживаюсь, но не от сквозняка, который врывается в открытые двери.

Передо мной стоит Миша.

– Привет. Не помешал? – цедит Гуров.

Лицо моего бывшего мужа перекошено. Кровь играет, а на скулах выдулись желваки от гнева.

Инстинктивно прижимаю к себе сыночка.

Я его не отдам, чтобы не сделал Гуров. Теперь знаю, что это исчадие ада способно на все!

– Что ты здесь делаешь? Уходи! – пытаюсь закрыть двери, но бывший муж точно сломает их.

Он окидывает взглядом нашего малютку.

Мирон напуган агрессивным видом незнакомого дяди.

Не такой я представляла их встречу с самого начала.

Я лежала и рыдала в роддоме, от того, что у к другим приходили мужья, а я была предана и брошена.

Если бы он вспомнил о нас, хотя бы позвонил и поинтересовался, как я… Клянусь, я бы растаяла.

Но сейчас – пропасть между нами.

– Уходи! Нам не о чем разговаривать! – рычу, сдерживая горючие слезы, которые кипятком обжигают веки.

– От кого ты родила, Мила? Где счастливый папаша? – рычит Гуров, прожигая меня взглядом.

Думала, выдержу, но сердце наизнанку выворачивается.

Я ненавижу его, злюсь на то, что когда-то поверила лжецу и двуличной сволочи.

– У тебя амнезия прошла или ты явился, чтобы поскандалить? Я же не спрашиваю, как поживает твоя вторая семья, Гуров! Ты выбрал их, а меня предал! Нам не о чем разговаривать! Мог бы понять, что тебе не стоит приходить!

– Оставить тебе ребенка потому, что ты трахаешься с моим братом? Так не будет, ты ошибаешься! Это ведь мой сын? – отбивает чертову дверь.

Гуров не знает о моей сокровенной тайне.

И не узнает. До последнего ему не скажу.

Совру, подделаю тест. Он ведь мастер вестись на подложные тесты.

– Сын мой, Миша! У тебя дочь от потаскухи, которая сломала мне жизнь. Мы не твоя семья! – шиплю, вспоминая грязную историю в школьном чате.

– Ася не моя дочка! Я все узнал, когда мы с ней попали в аварию. Я проклинаю Дашу за то, что мне жизнь сломала. Я хотел извиниться перед тобой, наладить контакт!

– Что?! Мне от тебя ничего не надо! – адский смех вырывается из горла.

Я готова ему в лицо рассмеяться.

Кому ты нужен, Гуров?!

На мужа отказ действует, как красная тряпка.

Глаза Гурова темнеют, его накрывает цунами ярости.

– Впусти, сказал! У меня много вопросов, Мила. Придется ответить, – бесцеремонно врывается в мою квартиру и в мою жизнь.

– Мила! – за широкой спиной я не вижу того, кто пришел, но узнаю его голос.

Вадим вышел из лифта и спешит к нам. Я чудом держу двери перед тем, как Гуров их закрывает.

Мишу словно каленым железом в спину пронзают.

Он держит двери, как ребенок, не впуская брата.

– Открой! Там Вадим! – говорю ему, прижимая к себе напуганного Мирошу.

Сынок кряхтит, хлопает глазенками, глядя на Мишу.

– Так я помешал все-таки? Шлюха, ты его ждала? – ревет, как лев, Гуров.

– Не кричи! Ты пугаешь ребенка! – отдаляюсь от него.

– Ясно все, Мила. Какая же ты… Я тебя в порошок сотру, – повторяет обещание Талы.

– Пошел отсюда, – сглотнув ком, говорю ему.

В пересохшем горле Сахара, в сердце – ломается стекло и больно крошится после стычки с предателем.

– Что ты сказала?

– Пошел отсюда! Я сейчас полицию вызову!

Двери бьют Мишу в спину, Гуров удерживается на ногах и отшатывается.

– Что за херня, Миша? Ты что себе позволяешь, гребаный рот?! – кричит на брата Вадим.

Мироша начинает хныкать.

А Вадим подходит ко мне и забирает племянника.

Мирон крутится на руках и тянет ручки не к отцу, а к дяде.

У Гурова на лбу жила выдувается.

Я не знаю, что творится у него в душе, но думаю, он чувствует то же, что я и когда увидела, как он трахает Дашу.

Только я ему не врала и не прикрывала измену амнезией.

Я вообще ему не изменяла… А он меня растоптал.

– Ты отец? – хриплым стоном вырывается из груди моего бывшего мужа.

– Да, – отвечает Вадим, прижимая к себе малыша.

Они с мужем похожи, а Мирон – копия Гуров.

Миша не смеет спорить.

Он окидывает тяжелым взглядом своего брата и сына, потом уставляется на меня.

– Шлюха, – бросает напоследок и уходит, громко хлопнув дверью.

Моих сил хватает, чтобы выдержать его натиск и все.

Я едва держусь на ногах и сползаю по стенке. Растекаюсь в прихожей, как растаявшее мороженое в зной.

– Милена! Милена, держись, – говорит Вадим.

Он подхватывает меня, удерживая на руках Мирона.

По щекам текут слезы, отрезвляя меня.

Я очнулась сидя на диване в гостиной. Открываю глаза и через пелену слез ничего не вижу.

Рядом Вадим, а Мирон – у него на руках.

– Все, девочка, тише, – успокаивающим голосом говорит Вадим. – Мирон, мама нас напугала, да?

– Гууу! – говорит мой сынок.

– Я думала, он заберет его! Я так испугалась, боже мой, какая я трусиха, – бормочу, держа Вадима за руку.

– Не говори ничего. Он не имел права врываться! Я буду с тобой. Если ты не хочешь отдавать Мирона, то он его не заберет. Я обещаю, – говорит Вадим.