Страница 36 из 75
– Беременна, значит? А мой брат в курсе, что скоро станет отцом? – говорит, переключая спортивный режим авто, когда выезжаем на пустую трассу.
Я бледнею. Не хочу, чтобы Вадим знал о беременности.
А Гуров тем более не должен знать.
Я боюсь, что Миша просто заберет у меня сына, подключит опеку.
У его матери очень хорошие связи.
И даже инцидент с Дашей болезненно отразился бы на моей карьере, если бы она не забрала заявление…
– Вадим, я прошу тебя не говори ему, – мотаю головой, закусывая губы до боли.
Гуров поднимает глаза вверх, выдыхает, на минуту оторвавшись от дороги.
– Ты не хочешь, чтобы он знал о сыне? Но он отец, – говорит без нажима, но металлическая интонация заставляет тело покрываться мурашками.
– Он меня предал. Гуров спит с Дашей. У меня было два видео. И, я уверена, что и сейчас они занимаются сексом, когда Миша приезжает к Асе.
– Не держал свечку, – выплевывает Вадим.
Он завелся от этой темы. Но я не понимаю, чем я могла его так разозлить.
Может, Вадим помогает Мише и легко выдаст ему мою тайну?
****
Вадим сосредоточенно смотрит на дорогу.
До моей новой квартиры мы добираемся в тишине, не сказав ни слова.
Я сама выбрала новое место жительства. Теперь я живу не в большом коттедже премиум-класса, а в уютной студии в новой высотке. Квартира небольшая, но обходится мне недорого. Дальше планирую выкупить ее, поэтому хочу обустроиться основательно.
Мне и моему малышу нужна тихая гавань, чтобы спокойно растить моего кроху.
– Скоро ты сможешь купить себе такую же. Гуров уже испугался и предложил щедрые отступные или вы еще не обсуждали с ним развод? – говорит Вадим, занося чемоданы в прихожую.
– Я бы не хотела вообще ничего принимать от мужа, – говорю, отвернувшись.
После тирады Гурова в машине вообще не понимаю, как он ко мне относится.
У брата моего мужа тяжелый характер, но заставлять меня признаться Мише он не смеет.
Вадим словно чувствует мое колючее состояние.
Я напряжена, жду, пока он уйдет как можно скорее.
– У тебя, наверное, дела? Можешь не помогать. Я сама, – говорю.
Получается не очень-то правильно с моей стороны. Это выводит Вадима сразу же.
От ненависти до любви не получается.
Мы с ним никогда не общались и теперь вопрос моей беременности стоит между нами.
– Мила, я не говорю, чтобы ты бежала к нему в кровать. Но ты должна понимать, что ребенка после развода запишут на Мишу. Ты беременна от него?
– Вадим, как тебе разница? Ты мне помогаешь ради чего? Скажи?
Я упираюсь взглядом в его синие глаза.
Они как море в шторм, поблескивают опасным грозовым разрядом. В них недобрый огонек загорается.
– Ты думаешь, что мной движет только жажда отомстить брату? Ты думаешь, что все как Гуров? Раз он отжал фирму отца, то я через тебя заберу свое?
Я вспыхиваю, задыхаюсь и краснею, как помидор.
Краснота разливает по коже от шеи до линии роста волос.
– Да, я так думаю! Сейчас ты узнал о моей беременности, можешь меня шантажировать. Только юрист уже сказал, что Гуров все успел переоформить. Так что можешь больше не помогать мне! Миша предлагает мне компенсация в пятнадцать миллионов. И я соглашусь, ради сына!
Гуров мрачнее, его лицо становится каменным.
– Ты молодая дурочка, Милена! Он заработал в сто раз больше, пока ты носилась с ним после аварии, в которую он сам же себя и отправил! Шантажировать тебя не буду, много чести! Сама бы сказала, что беременна не от Миши! Знаю я вас, женщин! – отмахивается.
– Что? Пошел вон отсюда! Чтоб тебя!
Я открываю перед ним двери.
Как я вообще могла подумать, что он мне бескорыстно помогает?!
Как могла верить, что хотя бы один человек из этой гнилой семьи способен что-то сделать для меня и не упрекнуть за это?!
Мы поругались в хлам с полуслова.
Что дальше ожидать от этого человека, я не знаю!
– Сын только мой! Уходи, Вадим. Если тебе хватит совести, то ты не скажешь Гурову! – говорю, открыв двери.
Он с силой хлопает ими, и дергает меня к себе.
Я, как бумажка, гнусь в его руках.
– От кого ты беременна? От этого мудака, сводного?
– Какая тебе разница? У тебя с женой все проблемы решены, м?
Он отпускает мои руки, а потом выдает вдруг то, что меня шокирует.
– Моя жена забеременела от бывшего ублюдка в день нашей свадьбы. До этого Наташа показала мне два теста, принесла снимок УЗИ, чтобы я женился на ней. А на свадьбе трахнулась с бывшим, – говорит зло.
– Мне очень жаль. Но причем здесь я и мой ребенок? – повернувшись к нему, спрашиваю.
Наша беседа мне не нравится.
– Моя жена любила своего бывшего, за меня вышла из-за бабок. И повесила на меня их сына. Я не люблю Мишу, мне его не жаль. Но ситуация похожа, черт возьми.
Его триггерит.
Я вжимаюсь в стену от услышанного.
Вадим любил свою жену, любил сына. И любит, я уверенна.
Но такое предательство никто не простит. Никогда.
– Как ты узнал?
– Я сделал тест. Спасибо, что нянечка в роддоме мне сказала, что к моей жене приходил какой-то мужчина. Вот так постепенно все и раскрылось.
– Не сравнивай нас! Миша побежал делать тест с дочкой Даши! Он узнал, что у него дочка и бросил меня в день рождения, уехал к ним! Он меня не любит! И никогда не любил.
– Когда он узнает, что будет, ты представляешь? – спрашивает Гуров.
– Нет, сын только мой. Не говори ему, – я начинаю плакать.
Слезы заливают глаза.
Я хочу вырвать эту боль из сердца и растоптать, смешать с пылью. Также, как мой муж смешал наши чувства, разбив семью вдребезги.
Я плачу. Хотела быть сильной, но опять накрыло.
Вадим сгребает меня в охапку, обнимает, прижав к себе.
– Прости, я не хотел. Меня понесло. Прости, – шепчет, поглаживая меня по плечу.
Я утыкаюсь мокрым носом в его шею, вдыхаю крепкий аромат мужского парфюма.
– Я знаю, что лишаю отца его сына. Но я не смогу жить с предателем. Не говори брату, – шепчу, цепляясь ногтями за воротник пиджака.
– Прости, не скажу. После жены я озверел. На людей бросаюсь, – говорит, прижимая меня к себе.
Я слышу, как гулко бьет в груди его сердце. Его рука невольно касается моего живота.
– У тебя мальчик будет? – спрашивает Гуров низким голосом.
– На УЗИ пока не видно, но мне снится мальчик, – говорю Вадиму.
Он осторожно касается моего живота, проводит окружность по белому трикотажному платью.