Страница 35 из 75
Глава 20
Милена
– Милаша, ты точно все решила? Может быть, тебе будет тяжело одной, без нас, – говорит с сожалением мама, провожая меня.
Я отрицательно качаю головой.
Прижимаюсь к ее теплой кофте. Но меня греет тепло ее горящего сердца.
– Может быть, он изменится, – продолжает о Мише.
– Изменит, скорее, – говорю ей.
У меня за две недели никакой информации о муже и его похождениях.
Но памятую, как у Гурова дымились штаны и как он с удовольствием натягивал Дашу на видео, думается, что муж занят своей Блиновской-Гуровой…
– И школу жалко. Сколько ты потратила сил на этих сорванцов, – мама легко улыбается.
– Мам, я учитель в третьем поколении. У меня даже мыслей не возникло о том, какую выбрать профессию. А школу я найду другую. Или, может быть, совсем профиль сменю. У меня хороший английский.
Я вздыхаю.
После того, как Даша забрала со скрипом свое гаденькое заявление, я могла бы спокойно вернуться в родную гимназию. Только работать со своим классом, смотреть в глаза мамочкам, которые видели член моего мужа в Даше, я не смогу…
Мерзко.
Я вспомнила и поморщилась.
Мама считывает мои эмоции и говорит, что не будет больше о плохом.
– Приехал Вадим Александрович, – сдержано уведомляет отчим, входя в дом.
У него есть все основания предъявить Вадиму претензии, но они с мамой видят, что он единственный мне помогает…
Вадим был у нас дома уже один раз, после того как разобрался со Стасом.
И снова их дорожки пересеклись.
Мой сводный брат как раз привез домой вещи дяди Толика, но пристать ко мне ему не удалось.
Я говорила с Вадимом у дома по поводу моего развода. Стас бросил несколько колких слов, видимо, спутав его с Гуровым.
Я не сдержалась…
– Зачем ты сказал мужу, что я беременна от тебя? Зачем ты вообще ходил к Мише? Когда ты от меня отстанешь?!
– Потаскуха ты, Милка! Так тебе и надо!
Вадим схватил его за плечо и резко, в болевом приеме, уронил в грязь.
Гуров-младший выкрутил руку, но тот стал задирать его.
Вадим ударил Стаса. Метко разбил ему нос, губу задел. Стал захрипел. Но ничего не понял.
– Как же ты меня за*ал! Я тебя уничтожу, если ты с ней еще раз заговоришь! Ты какого хера пошел к моему брату?
– Да, это было прикольно, – похабно смеется, вытирая. – Я думал, что ты мне врезал, хотел зарядить ему в рожу в ответ, а тот позвал охранников, они меня скрутили. Пришлось рассказать о цели визита!
– Скорее, ты за деньгами к нему пришел. Сколько тебе дал мой брат за эту гнилую версию про беременность? Я не мой брат. Церемониться не буду. Давно работаешь у Самсонова в охране?
Можно было только догадываться, откуда Вадим узнал последнее место работы Стаса.
На моего сводного брата слова Гурова произвели впечатление.
Вадим замахнулся еще раз, но Стас заскулил и стал умолять не трогать его.
Вся спесь и бравада слетели после угроз и крепких ударов.
Брат поднялся с земли, бросил сумки с вещами мне под ноги и укатил восвояси…
Я не ожидала, что Вадим, толком не зная подробностей, так вступится за меня.
– Он такой хороший. Хотя, Мишу я тоже считала хорошим, – отмечает мама.
Я не знаю, какой он. Никогда не рассматривала его, не думала.
Для меня он младший брат моего мужа-предателя.
Но понимаю, что Вадим помогает мне, чтобы позлить своего брата.
Мы – родственные души, как говорит Гуров.
Он переживает предательство жены, а я – развод с любимым мужем.
Отчим помогает мне, подтаскивает чемоданы к выходу. О конфликте Стаса и Вадима дядя Толя не говорит ни слова.
Отчим поднимает на меня переживающий взгляд.
– Милена, если тебе будет там плохо, то мы всегда ждем тебя. И, когда родится внук, то мама приедет к тебе, обязательно. Ты должна знать, что ты не одна! – трясет меня за плечи.
– Спасибо, дядя Толик. Я всегда жду вас в гости, – с нотой печали в голосе, отвечаю ему.
Вадим в это время стоит у машины. Заметив нас на пороге дома, размашистым движением открывает калитку.
Он поправляет белоснежные манжеты, закатывает рукава пиджака и принимает три моих чемодана с порога.
Кивком здоровается с Анатолием, потом с моей мамой.
– Господи, как они похожи! Близнецы, прямо-таки, – охает мама.
На самом деле, Вадим совсем не похож на Гурова.
Невольно бросаю взгляд на лицо брата моего мужа.
Он спокоен, суров и никогда не улыбается. Его никак нельзя назвать любимчиком женщин и плейбоем, каким мнит себя Миша.
За внешней холодностью и жесткостью Вадима скрывается то, что притягивает и пугает.
Вадим ловит мой взгляд, наши глаза напротив.
Я краснею неловко, а он впервые легко улыбается.
– Милена, садись на пассажирское. Чемоданы придется уложить сзади. Мой багажник занят, – говорит Гуров.
Мама обнимает меня, делает шаг к нему и протягивает руку в знак благодарности.
– Спасибо вам, Вадим Александрович! Вы очень помогаете нашей девочке. Только я прошу вас, не говорите своему брату, куда она переехала. Нас не будет рядом. Я боюсь, чтобы он не доставал ее… – мама тихонько всхлипывает.
– Мама, Вадим не нянька. Я справлюсь сама.
– Вадим Александрович, Милена в положении. Она храбрится, но ей тяжело после того, как ваш брат привел другую в свой дом.
Вадим принимает фразу, которую проронила мама, с той же фирменной невозмутимостью. Кажется, что он и не слышал то, что она сказала.
– Насколько мне известно, Миша никого не привел домой. Дарья и его дочь живут там же, где и жили, – защищает брата. – Не стоит благодарить меня. Я помогаю Миле от чистого сердца.
Смотрю, как он буравит мою стройную фигуру взглядом.
Вадим не врет. На лицемера он никак не похож.
– Я сделаю все, чтобы ваша дочь не пострадала при разводе. Насколько смогу, я помогу Милене. Не переживайте, – твердо отвечает.
Вадим берет меня за руку и уводит, как малышку, к авто.
Открывает дверь, пока я машу рукой маме на прощанье.
– Присаживайся, Милена. Аккуратно, – говорит Гуров.
Отчим и моя мама остаются на пороге нашего дома. Вадим плавно выжимает педаль газа, и машина трогается, мягко ступая по грубой, угловатой дороге.
– Ремень не давит? Я могу отпустить его побольше, если не удобно, – переживает, не отрываясь от дороги.
– Все хорошо, Вадим. Спасибо, мне удобно.
Его забота заставляет безумно смущаться.