Страница 93 из 109
После того, как мы с ней разошлись, вообще не думал, что она появится в моей жизни когда-либо.
Молча смотрю на него, не думаю, что даже отец согласится отдать ту сумму, что просит Макар.
И так расходов выше крыши, Эмин откровенно зря полез в этот проект.
– Тогда ничем не могу вам помочь. Или деньги, или ваш грандиозный проект будет выполнен лишь наполовину, – хмыкает боров-Морозов, пожимая плечами.
Я ухожу от Макара с условием, что мы увидимся с ним завтра. Но вряд ли у меня для него найдется положительный ответ.
Хмыкаю себе под нос, еще раз вспоминая, кто мне подосрал сделку.
Лейла куда вообще лезет?
Или это ее папочка мстит мне за то, что бросил его дочь и не стал жить со шлюхой, поведясь на его деньги?
Отец словно читает мои мысли, знает все о проблемах с Хаялем даже на расстоянии. Уже через полчаса, пока торчу в пробке, получаю звонок от Эмина.
– Марат, как дела? – кратко говорит, без приветствия и лишних слов.
– Ты договорился с идиотом. Этот депутат не дает никаких гарантий! Он шантажирует меня, просит еще денег, – хмыкаю в ответ, потирая болящую переносицу.
– Мне нужна эта стройка. Любой ценой я хочу, чтобы Хаял был достроен в соответствии с проектом. Мне безразлично, что ты предпримешь, чтобы получить место с домами людишек.
Вспыхиваю, бросаю взгляд на водителя.
– Отец, ты не заигрался? Эти люди жили здесь сто лет, у них там семьи, дома… А ты в одну минуту решил, что тебе нужен именно этот гребаный кусок земли!
– В чем проблема? – говорит Эмин.
– Эту землю хочет купить Лейла. За взятку Макар готов нам помочь ее оформить.
Отец шумно ругается в трубку, обвиняет меня в том, что поторопился с разводом.
– Договорись с ней. Что тебе стоит? Я получу землю, и ты спокойно уедешь из Успенска.
– Отец, я с ней даже здороваться не стану! И вообще… Я хочу выйти из проекта. У меня есть своя доля в фирме, есть свой интерес в строительстве бюджетных коттеджей. Я устал от крупных масштабов и твоего темпа, видимо.
Эмин, как хитрый лис, сразу все знает и видит насквозь. Он затягивается своей неизменной сигарой, звучно выдыхает дым в трубку.
– А может есть какие-то причины о которых я не знаю, сын? Сколько тебе заплатили Юнусовы, чтобы ты слил им мою стройку?
Отец совсем выжил из ума из-за своих денег!
– Я сегодня же уезжаю в Москву. И мне нафиг не сдался твой Хаял, Успенск и вся эта гребаная гонка за бабками! – гневно и отрывисто цежу в трубку, наплевав на приличия.
– Тогда останешься с голым задом, мой мальчик. Я тебе ни копейки не дам. Одумайся, я ведь узнаю все. Скажи сразу, какая причина.
Про Веру и детей я не хочу говорить в таком контексте нашей беседы.
Не хватало, чтобы обезумевший Эмин посчитал их причиной моего побега из Успенска! Хотя, в чем-то так и есть. Но я давно хотел скинуть это тяжкое бремя.
– Мне ничего от тебя не надо. Я ненавижу тебя и твои деньги, завидую Дамиру, что он смог отказаться от этой клоаки и жить спокойно!
– Он бандит, преступник без кола и двора! – рычит отец в трубку. – Хорошо, уезжай. Но если ты в сговоре с Имраном, ты пожалеешь, Марат.
Отключаюсь и выдыхаю.
Пульс гуляет в висках. Стучит так, что слышу свое сердцебиение.
Я долгие годы ждал этого момента.
Теперь я свободен, отец мне не указ, и я его не боюсь.
Пусть держит своих подданных в напряжении, я начинаю свою жизнь с Верой с чистого листа.
Сегодня же мы уезжаем домой. Я не хочу ни минуты здесь оставаться!
Набираю номер Веры, чтобы сообщить ей радостную новость, но слышу, как она всхлипывает на том конце трубки.
– Вера, что случилось? – с тревогой спрашиваю....