Страница 36 из 51
Глава 13. Чем глубже в океан...
Глава 13. Чем глубже в океан...
Первый поцелуй - это всегда волнительно. Особенно когда вы под водой, а он принц морского королевства, в котором интриги похлеще, чем на суше. Могла ли я себе такое представить? Да даже во сне не приснилось бы.
Мужчина отвечает на мой слегка неловкий поцелуй уверенно, так, словно очень давно ждал этого момента. Касается моей шеи, притягивает за талию ближе к себе. Никто ещё не целовал меня так приятно и так нежно.
Он целует меня, удерживая за шею, слегка запрокидывая мою голову, горячо, безрассудно. Кажется, что он сдерживает желание схватить меня ещё крепче.
Когда мы, наконец, отстранились друг от друга, то на мгновение показалось, что сейчас грянет буря.
Я всё ещё держала руку на его затылке, тяжело дыша. Сама не заметила, как во время поцелуя прижималась к русалу всем телом.
Казалось, что я запуталась окончательно. В его густых, белоснежных волосах, запуталась в своих желаниях и сомнениях, но...
Страх, кажется, ушёл.
Тойриэль снова потянулся ко мне, хотел накрыть своими губами мои вновь, но я упёрлась руками в его грудь. Едва нашла в себе силы покачать головой и увидела насколько затуманены страстью глаза принца. Он растерянно хлопнул ресницами пару раз, облизал губы.
- Но почему? Ты же хочешь этого не меньше меня, я не сделаю тебе больно!
Моё сердце колотилось где-то в горле. Я хотела принца настолько сильно, что сама испугалась. Наверное, именно этот страх он и увидел в моём взгляде, потому что тут же отстранился, глядя потемневшими глазами, словно что-то понял. Протянул руку, осторожно коснулся моего напряжённого плеча и прошептал:
- Ты меня боишься?
Я едва заметно кивнула. Тойриэль тяжело вздохнул, провёл рукой по моей щеке.
- Всё, что случилось с тобой в последнее время - сущий кошмар и я понимаю, что это моя вина. Ты имеешь полное право злиться на меня, знаю, но позволь мне помочь хоть немного забыть обо всём этом. Пожалуйста, позволь тебе помочь. Мне это нужно.
И я позволила. И снова был поцелуй, а за ним ещё и ещё. Я была почти счастлива в этот момент, если бы не...
- Смотрю, у вас тут мир да любовь? Как это мило. Он тебя уже брал? Сама захотела или заставил? Хотя, если бы не сама, вы бы тут как голубки не обжимались. Поздравляю, ты пополнила список его фавориток!
Мои внутренности сдавило, даже дышать стало труднее. Напротив балкона в толще воды была фигура знакомой мне рыжеволосой русалки. Она не говорила слова - она их выплёвывала. Измывалась, видя мою растерянность.
Титаническим усилием воли мне удалось сохранить более-менее спокойное лицо.
- Трисс, ты же, вроде бы, болеешь? Во всяком случае, этим ты оправдывала свои пропуски собраний совета и отсутствием какой-либо деятельности. Так что, теперь ты здорова? Ну иди, повеселись на играх. Ты ведь их любишь, так же, как и подбивать на преступления и разносить слухи.
Русалка выглядела так, словно ей дали пощёчину. Я не совсем поняла что Тойриэль имел в виду, но эти двое точно знали о чём речь.
- Если я начну список твоих преступлений и нарушений законов, то мы останемся тут до следующего утра. Не тебе говорить мне об этом, человеколюбец ты наш царственный! Что притихла, рыбка? Проглотила язык? - Трисс вдруг обратилась ко мне. - Я знаю о вашем маленьком секрете, друзья мои. И не забывай кто тебе позволил узнать наш мир. Я в любой момент заберу эту возможность назад. Интересно, успеешь ли ты всплыть до того, как...
Русалка неприятно улыбнулась и помахала нам рукой, резко ныряя вниз.
Принц тут же схватил меня и заключил в свои объятия. Почти приказал, сдерживая нервный смешок:
- Не верь ей. Никогда. И никогда её не бойся.
Я кивнула, прячась у мужчины на груди. Рядом было так спокойно и тепло, словно я грелась на солнце. Как же мне этого не хватало...
- Триана, мы тебя ищем везде!.. Ой.
Ну вот. И как тут можно остаться наедине, не понимаю...
Я поспешно выпуталась из рук принца, но было уже поздно. Клуд всё видел. Пару секунд непонимающе смотрел, а потом всё переменилось. Искристые ореховые глаза, которые так ярко блестели, когда мы смеялись теперь потухли, кончики красивых губ опустились. Он немного побледнел и опустил глаза, по-мальчишески закусывая нижнюю губу. Так и не подняв ресниц, тихо проговорил:
- Я искал... Мы искали тебя. Праздник скоро кончится, там осталось ещё немного ледяных конфет, которые тебе так понравились. Я... Извините меня.
Парень словно пружина вылетел с балкона. Принц недоумённо посмотрел на меня и нахмурился, заметив, как дрожат мои губы.
- Что это было? Ты весь вечер таскаешься с этим сыном ремесленника, почему? Он же горшки лепит.
Я даже вздрогнула от того, насколько изменился его голос. Посмотрела недоумённо, приподняв брови.
- Да, я именно это и имею в виду. Он тебе понравился? Потому что он весь такой милый, а ещё его очень жалко. Злые люди убили маму, хвостик ободрал... - Я положила руку ему на губы, вынуждая замолчать. С тяжёлым взглядом покачала головой и написала на песке:
- “Парень действительно пострадал. Он был добр ко мне.”
Принц усмехнулся.
- Он только и умеет, что жаловаться. Не надо так очаровываться после первого же знакомства. Ты такая не первая.
Ну всё, с меня хватит.
Я слегка оттолкнула от себя мужчину, поплыла к выходу. Напоследок обернулась, хотела посмотреть на него, но на балконе уже никого не было.
Что за сцены ревности он мне устраивает? Какое право он на это имеет?
Сам пол дворца пере... Ну, то есть, фавориток у него целый дворец. А мне тут подружиться ни с кем нельзя даже. Надо будет обязательно этот вопрос обсудить, раз уж так выходит, что придётся задержаться...
- Самое главное, что достаточно всего капли. И нужно устроить всё так, чтоб принц видел всё наилучшим образом, чтоб понял... Как навредил вам... - Немура осторожно передала рыжей русалке пузырёк с ярко-синей жидкостью.
Трисс взяла его дрожащей рукой. Она уже не могла вспомнить, когда в последний раз спокойно спала или просто улыбалась. Девушке казалось, что она прошла за прошлые дни все стадии горя. Дважды.
Немура придумала тысячу планов, среди которых было даже покушение на самого принца, но Трисс больше нравился тот вариант, где он будет страдать подольше.
Она решила сделать это на последнем пиру перед отъездом короля Каспиана. При всех, в том самом тронном зале, который она обожала.
Старалась не слишком ярко представлять этот момент, чтоб не испортить впечатление в моменте, но... Это было единственным, что держало её на плаву.