Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 44 из 149

Глава 25

Глава 25

Пыль южной ночи въедалась в горло, смешиваясь со вкусом крови. Анна и Лео, изможденные, в разорванной одежде, сползали с крутого склона. За спиной еще доносился вой теней из расщелины.

— Держись, Льдина! Еще немного! — хрипло крикнул Лео, подхватывая девушку под локоть, когда ее ноги подкосились.

Добравшись до первых саманных домиков на окраине города, они в растерянности замерли: куда двигаться дальше. Их знания ограничивались только комендатурой, домом губернатора и теми улочками, что ранее им показывал сопровождающий.

— Куда… Куда идти? — вырвался у Анны почти беззвучный шепот. Ее взгляд безнадежно скользил по одинаковым темным силуэтам домов.

И вдруг в небе над ними, прорезая предрассветную дымку, мелькнуло яркое пятно — вспышка солнечно-желтого и алого.

— Барр-рак! Барр-дак! — пронзительный и до боли знакомый крик заставил их вздрогнуть и вскинуть головы.

Над ними, отчаянно махая крыльями, кружил капитан Кракер. Попугай отправился на поиски, едва они пропали во время стычки Вандергриффа с «Лисами», и теперь, наконец, нашел.

— Сюда! За мной! Скорее, скорее! — не просто кричал попугай, а метался в воздухе, явно указывая направление вглубь квартала, к одному из неприметных домов.

— Кракер! Ты… — начал было принц, однако птица, спикировав почти к самой земле, перебила его.

— За мной!! — и он снова взмыл, совершая короткие перелеты от одного угла к другому.

Попугай привел их к низкой, покосившейся двери, постучал клювом по ставне и проорал:— Открывай! Ценный груз прибыл!

Дверь распахнулась, и в проеме возникло три встревоженных лица: шакальи глаза Рыка и знакомые, но осунувшиеся черты Эдди и Хьюго.

— Ваше Высочество! Леди Анна! — первым выпалил Эдди, и голос его дрогнул. Он сделал шаг вперед, стремительно окинув их взглядом с головы до ног, выискивая ранения, оценивая степень истощения. — Вы ранены? Требуется помощь?

— Сначала вода! — прогремел низкий бас Хьюго, от которого, казалось, задребезжала глиняная кружка на столе. Он двинулся к бочонку. — На вас лица нет.

Лео, залпом осушив поданную Хьюго кружку, почувствовал, как туман в голове немного рассеивается. Адреналин, вытесняя изможденность, уже начинал гнать его вперед.

— Патруль из комендатуры вас ищет, — продолжал Хьюго, наполняя вторую кружку для Анны. — Горн в ярости от провала Вандергриффа.

Не вдаваясь в объяснения, Лео развернул на столе потрепанную схему каньона. Его пальцы, дрожащие от усталости, указывали на отметки.— Караван. В Норию. Каньон Змеиный Клык. Засада «Лис».

— Они собираются не просто ограбить, — добавила девушка, сжимая толстую тетрадь. Ее голос звучал без колебаний. — Это диверсия. Цель — Источник Первомагии в Нории, пока все внимание будет приковано к нападению.

Рык присвистнул. Эдди, не отрываясь от карты, принялся бормотать, просчитывая варианты:— Каньон Змеиный Клык… Узкое место, единственный путь для тяжелого обоза. Идеально для засады. Если у них коррозийная магия… — Он поднял глаза на принца, и в них мелькнуло ледяное понимание. — Караван превратится в погребальный костер. И приманку для стражников из Нории.

Хьюго тяжело ударил кулаком по столу, и ярость в этом движении была глухой и сокрушительной.— Подло. По-крысиному подло.

— Рык, к майору Горну. Немедля! — отдал приказ Леонид. — Передай всё: и схему, и что мы узнали.

Шакал исчез в двери. Принц повернулся к своим друзьям.— Эдди, Хьюго. Нужно выяснить. Откуда у «Лис» были карты патрулей канцелярии Вандергриффа. Найдите всех, кто в сговоре.

Эдди прищелкнул языком, обдумывая.— Губернаторская канцелярия… Действовать придется тихо… — Он перевел взгляд на Хьюго.

Тот молча кивнул.— Ясно. Без шума. — Его глаза вновь были прикованы к принцу. — А вы?

Лео и Анна обменялись взглядами.— Кто предупредит караван? Он уже в дороге, — произнесла девушка.

— Обычный гонец не догонит. Потребуется птичья скорость. Грифоны на имперской курьерской станции, — заключил Лео.

— Это безумие! — сорвалось у Эдди. Он шагнул к принцу. — Ваше Высочество, вы оба на пределе сил. Летать на необъезженном грифоне, в таком состоянии…

— Он прав, — глухо вторил ему Хьюго. Его массивная рука сжалась в кулак, словно он пытался схватить и раздавить саму угрозу. — Мы могли бы…

— Вы не смогли бы, — холодно и бесповоротно парировала Анна. Она выпрямилась, хотя тело вопило от усталости. — Искра Грифона, Леонида, — единственное, что может дать нужную стремительность и контроль над птицей. Я могу создать щит в воздухе. Это вызов для скорости и магии, и принять его должны мы.

Лео смотрел на нее с горьким восхищением.— Льдина права, — тихо подтвердил он, обращаясь к друзьям. — Это должны закончить именно мы. На нас эта ответственность. Ваша же миссия, — он посмотрел попеременно на Эдди и Хьюго, — возможно, важнее. Если изменник предупредит Сабрину, все усилия пойдут прахом. Найдите его. Обезвредьте. Помните: подозревать можно любого.

Эдди на секунду сомкнул веки, производя последние расчеты в уме. Потом резко кивнул, приняв неизбежность риска.— Будет сделано, — без лишних слов отозвался Хьюго.

Идти к Горну лично было необходимо; требовалось заручиться его поддержкой.

Их путь к комендатуре превратился в череду коротких перебежек от одного тёмного закоулка к другому. Кракер, мелькая в небе, прокладывал безопасный маршрут. Они шли, подгоняемые жгучим осознанием, что с каждым потерянным мгновением караван неумолимо приближается к каньону-ловушке.

В комендатуре царило напряжение, разрываемое резкими голосами.

— Безумие! — гремел майор Горн, только что выслушавший их. — Вы, в таком виде, на необученных молодых грифонах, против неизвестного числа врагов и разъедающей магии? Это чистое самоубийство!

— Это необходимый риск, майор, — Леонид уперся руками в стол, не скрывая усталости, в его голосе зазвучали стальные нотки имперской власти. — Обычные солдаты, даже ваши лучшие, без магического прикрытия станут живым факелом в таком узком ущелье. Иного выбора у нас нет. Время на исходе.

Анна шагнула вперед:— Майор, они не ждут атаки с неба. Наш прорыв сверху собьет им всю игру.

Горн замер в нерешительности. Его взгляд метался от решительного лица принца к холодному лицу арбитра, затем к зловещим пометкам на карте.