Попутный ветер

Глава 21 Тень над офисом

Глава 21 Тень над офисом

Первые две недели работы Воронцова прошли под знаком внешнего благополучия.

Он появлялся в офисе каждый день ровно в девять, здоровался с секретаршами, улыбался, пил кофе и погружался в документы. Он задавал вопросы, делал пометки, встречался с сотрудниками, и все отмечали его профессионализм. Никто не мог сказать о нём ничего плохого — он был вежлив, корректен, безупречен.

Но Лёля чувствовала.

Она чувствовала, как его взгляд задерживается на ней дольше, чем нужно. Как он находит поводы поговорить с ней наедине. Как его вопросы о контракте становятся всё более личными, всё более нацеленными на то, чтобы понять, где можно нажать.

— Вы давно работаете с Олегом Викторовичем? — спросил он однажды, когда они остались в конференц-зале после совещания.

— Я не работаю с ним, — ответила Лёля, собирая бумаги. — Я работаю с контрактом.

— Но вы же его девушка, — сказал Воронцов, и в его голосе не было вопроса. — Это не секрет.

— Это не имеет отношения к моей работе, — ответила она, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

— Конечно, не имеет, — согласился он, и его улыбка стала мягче. — Я просто отмечаю. Вы — талантливая девушка. И у вас есть доступ к информации, которая может быть полезна.

— В каком смысле? — Лёля подняла на него глаза.

— В прямом, — сказал он, подходя ближе. — Я здесь, чтобы оценить состояние компании. Вы здесь, чтобы помочь французам. У нас общие цели, не так ли?

— Моя цель — переводить, — ответила она, отступая на шаг. — Всё остальное — не моя компетенция.

— Жаль, — вздохнул он. — Я думал, мы можем сотрудничать более тесно.

Он отошёл, и Лёля выдохнула, чувствуя, как дрожат руки. Она знала, что это было предупреждение. Или предложение. Или и то, и другое одновременно.

---

Олег заметил, что Воронцов проявляет к Лёле интерес, и это бесило его больше, чем он готов был признать.

— Он постоянно к тебе подходит, — сказал он вечером, когда они лежали в постели.

— Он задаёт вопросы по контракту, — ответила Лёля, хотя знала, что это не так.

— Это не вопросы по контракту.

— Ты ревнуешь? — она повернулась к нему, пытаясь перевести всё в шутку.

— Я не ревную, — сказал он, и в его голосе прозвучала сталь. — Я не доверяю этому человеку. И я не хочу, чтобы ты была с ним наедине.

— Олег, — Лёля села, глядя на него. — Ты не можешь контролировать, с кем я разговариваю. Это моя работа.

— Я знаю, — он провёл рукой по лицу, и в его жесте было столько усталости, что она вдруг поняла: дело не в ревности. Он боялся. — Я знаю, что не могу. Но я прошу тебя. Будь осторожна.

— С Воронцовым?

— С Натальей тоже, — добавил он. — Они теперь работают вместе. И я не знаю, что они задумали.

— Ты думаешь, они что-то задумали?

— Я знаю Наталью, — сказал он, и в его голосе прозвучала горечь. — Она не прощает. И она не успокоится, пока не разрушит всё, что мы построили.

— Мы? — переспросила Лёля.

— Я и она, — поправился он. — А теперь — я и ты.

Она легла обратно, прижалась к нему, и он обнял её, утыкаясь носом в её волосы.

— Я не позволю ей причинить тебе боль, — сказал он.

— Я знаю, — ответила она. — Но ты не можешь защитить меня от всего. И не нужно.

— Почему?

— Потому что я не хрустальная, — сказала она, поднимая голову. — Я могу постоять за себя. И за нас.

Он посмотрел на неё, и в его глазах появилось что-то новое — не страх, не тревога, а что-то похожее на гордость.

— Знаю, — сказал он, целуя её в лоб. — Но ты всё равно будь осторожна.

— Обещаю, — прошептала она, закрывая глаза.

---

Через три недели после начала аудита Воронцов попросил о встрече с французами.

— У меня есть предварительные выводы, — сказал он на совещании, и его голос был спокоен, почти равнодушен. — Я хотел бы представить их Жан-Полю Дювалю и его команде.

Олег нахмурился.

— Какие выводы? — спросил он. — Вы ещё не закончили проверку.

— Предварительные, — повторил Воронцов, и его улыбка стала шире. — Есть некоторые моменты, которые требуют разъяснений. Я считаю, что французы должны быть в курсе.

— Какие моменты? — голос Олега стал жёстче.

— Небольшие несоответствия в отчётности, — ответил Воронцов, раскрывая папку. — За последние два года. Ничего критичного, но... требующего внимания.

Лёля, которая сидела рядом с Олегом, почувствовала, как он напрягся. Она посмотрела на документы, которые разложил перед собой Воронцов, и её сердце ухнуло вниз.

Это были те самые отчёты, о которых когда-то говорила Наталья. Те самые, которые могли разрушить всё.

— Это старые отчёты, — сказала она, и её голос прозвучал громче, чем она ожидала.

Все повернулись к ней.

— Что вы сказали? — спросил Воронцов, и в его глазах мелькнуло что-то — интерес? опасность?

— Эти отчёты, — Лёля подошла к столу, взяла бумаги в руки. — Они были исправлены полгода назад. Я видела новые версии, когда работала с контрактом. Это — черновики.

— Откуда вы знаете? — спросил Воронцов, и его голос стал холоднее.

— Я их переводила, — ответила Лёля, и её голос не дрогнул. — Французская версия этих отчётов была подписана полгода назад. Я видела подписи.

Воронцов смотрел на неё несколько секунд, а потом улыбнулся.

— Вы уверены? — спросил он. — Это очень серьёзное заявление.

— Я уверена, — сказала Лёля, и она чувствовала, как Олег смотрит на неё, как Денис замер в углу, как Наталья, сидящая напротив, побледнела.

— Тогда, — Воронцов закрыл папку, и его улыбка стала ледяной, — нам нужно разобраться, откуда у меня эти документы. Потому что если вы правы, то кто-то пытается ввести в заблуждение и французскую сторону, и меня.

Он посмотрел на Наталью, и Лёля увидела, как та сжала ручку так, что побелели костяшки.

— Мы разберёмся, — сказал Олег, вставая. — Спасибо, что обратили внимание, Лёля.

Она кивнула, чувствуя, как дрожат колени. Она только что бросила вызов Воронцову. И она знала, что это только начало.

---

После совещания Наталья поймала её в коридоре.

— Ты думаешь, ты умная? — прошипела она, и её глаза горели ненавистью.

— Я знаю, что ты задумала, — ответила Лёля, и её голос был спокоен. — Ты хочешь уничтожить его компанию. Используя старые отчёты, которые ты же и составляла.

— Ты ничего не докажешь, — Наталья шагнула ближе, и Лёля почувствовала запах её духов. — Воронцов — профессионал. Он найдёт то, что нужно. И твой Олег останется ни с чем.