Василиса и суженый

- Нет-нет, это точно, - согласно кивнула Василиса, сменив шутливый тон опять на серьезный, - Вчера и вправду было не до шуток. Ты герой, Сима, мы все тобой восхищаемся!

- Нет, правда, - подхватила Анастасия, - Вам же теперь, наверное, сан без экзаменов дадут? Это же что было?!

- Бес это был, - спокойно ответила Серафим, - А сан тут ни при чем, во всем свой порядок есть. Я, например, не вижу для себя монашеской карьеры.

- Как так? – удивилась Анастасия, - А кем вы себя видите?

- Приходским священником. Я из мира уходить не готов, а для карьеры надо быть монахом. Да и вообще не собираюсь я никому рассказывать о вчерашнем.

- Как?! – раздался всеобщий возглас удивления.

Серафим опять смущенно замолчал, и его опять подхватила Василиса:

- Ну Рустам, Анастасия Пална, Серафиму рассказать о вчерашнем – это все равно как охотник будет хвастать, что в одиночку ножом справился одновременно с парой-тройкой львов. Бывают, конечно, и такие случаи, но… Правда ведь, Сима?

- Ну… в целом да, - кивнул Серафим, - А вот тебе как раз, Вася…

- Да-да, я понимаю, - закивала Василиса.

- Что, тебе как раз надо рассказать? – спросил Чмых.

- Не рассказывать, а идти в храм исповедоваться и причащаться. Если допустят, конечно. Ты, вообще, понимаешь, Женька, чем я занималась последние три с половиной недели? Инквизиция меня за это на костре бы сожгла. И, кстати, правильно бы сделала. Было за что!

- Так это… - растерялась Анастасия, - А за что?

- Ну Анастасия Павловна, кому я отдавалась все это время! И не смотрите на меня так: Вы и Ваши подруги по незнанию, а я понимала, с кем имела дело. Вам бы тоже исповедаться, но Вам простительно. А меня бы точно ждал костер инквизиции.

- Серафим, это правда? – Анастасия была не в силах сдержать удивления.

- Разрешите мне не обсуждать инквизицию, - скромно ответил Серафим, - Убивать именем Бога – отвратительно и преступно. А они убили тысячи ни в чем неповинных.

- Конечно, - кивнула Василиса, - Но уверена, что из этих тысяч все же найдется десяток-другой таких как я, которых сожгли за дело. Ладно, я знаю, как мне себя вести, поэтому за меня не переживайте. Надеюсь, мне зачтется то, для чего я это делала, и что другого способа заманить его действительно не было. Разве что оставить все как есть и ждать, пока Вы сама привезете его туда, Анастасия Павловна. Но, уж извините за откровенность, я не была уверена, что Вы справитесь… и вот рискнула занять Ваше место.

- А сама? – съязвил Женя.

- Ой, Чмых, не говори! – махнула рукой Василиса, - Сама еле-еле. Как я вырвалась оттуда, диву даюсь. Он же все парализовал. Говорю же, и сознание и волю парализовал. Я же как наркоманка была – без него уже не могла. И это при том, что у нас с Вами, Анастасия Пална, был седой старик. Представляю вашу романтичную Лену с ее мальчиком-красавчиком! Или Машу с героем-офицером. Я бы не справилась, окажись, на их месте.

- Василисушка! - Анастасия, снова не в силах сдержать слез, наклонилась и поцеловала девушку в лоб, - Нет, я бы точно не справилась и на твоем, то есть на своем месте! Как хорошо, что он ничего не знал!

Чмых и Василиса переглянулись.

- В том-то и дело, что он все знал, Анастасия Павловна, - ответил Чмых, - Васька рисковала намного больше, чем даже Вы думаете. Если бы мы вовремя не поняли, что он контролирует Ваш дом, ничего бы у нас не вышло. Он знал, что Васька его раскрыла, и знал, что Вы теперь все знаете, ведь Васька все Вам рассказала у Вас в кабинете. И представляете, как Ваське надо было быть! Дурочкой не прикинешься, он знал, что с ним играют и заманивают в ловушку! Но, будучи умной, надо изобразить себя не умнее его и изобразить, что попадаешься в уже его ловушку. Представляете, что Васька провернула!

У Анастасии не находилось слов, она опять обняла и расцеловала Василису, не в силах сдержать эмоции, и Василиса, уже не стесняясь, нежно погладила хозяйку по голове.

- Как вы до всего этого додумались? – после некоторой паузы и в очередной раз придя в себя после удивления, спросила Анастасия.

- Ну вот я говорю, женская интуиция. А Чмых мне не верит, он верит только в свои программы. Но это все ерунда! Всему виной мой любопытный нос, за который я регулярно от Вас получала.

Василиса опять рассмеялась, Анастасия раскраснелась и снова смущенно обняла свою горничную.

- Да что ты всем лапшу на уши вешаешь, Васька, - не удержался Женя Чмых, - Не слушайте ее, Анастасия Павловна, при чем тут любопытный нос! Глаз у нее острый и голова работает как мощный процессор. Вот, смотрите!

Женя достал из кармана стопку фотографий, ту самую, которую Василиса так недавно раскладывала пасьянсом перед ошарашенной Анастасией Павловной. Он проглядел все фотографии, и выложил перед Анастасией две: Лену в объятьях Владика, ту самую фотку, которая всегда лежала в столе Анастасии, и фотку ее самой в объятьях Владимира Андреевича. Анастасия наклонилась над фотографиями, и Серафим с Рустамом тоже с интересом посмотрели на фотографии вслед за ней. Минуту спустя Анастасия подняла непонимающий взгляд на Женю, потом перевела его на Василису.

- Не видите? – улыбнулась Василиса, - И я не сразу заметила. И Чмых тоже. Вот он – понтовый подростковый браслет! Весь переплетен вязью «VM». А у нашего с Вами Владимира Андреича заколка на шейном платке. Я после того, как порылась у Вас в столе, встретилась с ним на выходе, и подумала, а не встречала ли я его раньше. Что-то знакомое. А потом сообразила: не лицо знакомое. Только что на фотке видела «VM», и у него на заколке «ВМ». А теперь смотрите… Чмых, покажи им остальных, - на стол легли фотографии Маши с Виктором и Ольги с Валерием, - У этого Миртиановского перстень-печатка с инициалами. Вот, смотрите, он ее как раз обнимает, и четко видно: «ВМ». А у этого ничего не видно, но у него, как у военного, жетон на шее. Жетоны бывают номерные, бывают именные. Даю голову на отсечение, что у этого именной: Виктор Марченко. Владислав Мортин, Виктор Марченко, Валерий Миртиановский, Владимир… как, Анастасия Пална?

- Мартынов… - прошептала Анастасия.

- Вот. А в итоге все - Владимир Марков. А это его, своего рода, визитная карточка: браслет у Владилава, жетон у Виктора, печатка у Валерия и заколка у Владимира. Это я не на лицо, на заколку среагировала, что что-то похожее видела. А когда поняла… Ну в общем, когда поняла, стала, что называется, совать свой нос в чужие дела.

- Ну надо же… - со месью удивления и восхищения проговорила Анастасия Павловна, - Прямо… прямо Воландеморт.