Страница 47 из 66
Глава 30
Глава 30
Тишина в агентстве стала почти осязаемой.
Пирожок свернулся клубком в своем кресле и тихо похрюкивал во сне. Я клевала носом, сидя за столом и в очередной раз перечитывая свои бессвязные заметки. Эксперимент заходил в тупик. Дамиан не проявлял никаких признаков трансформации, кроме нарастающей мрачности.
Может, зомби-инквизиторы вообще не нуждаются в еде? Может, они питаются праведным гневом и чувством собственного превосходства?
Внезапно тишину нарушил тихий, скрежещущий звук. Я вскинула голову.
Зомби сидел неподвижно, но цепи, сковывающие его, мелко дрожали и натягивались. Он смотрел не на меня. Его взгляд был прикован к окну, за которым лил дождь и тускло светил фонарь.
- Дамиан? - осторожно позвала я. - Что-то не так?
Он не ответил. Его голова медленно, рывками, повернулась в мою сторону. И я похолодела.
Это были не его глаза. Пусть и не живые, но всегда осмысленные глаза Дамиана исчезли. Вместо них на меня смотрели два голодных, абсолютно красных, светящихся в полумраке шара. Как у хищника, выследившего добычу. Его губы скривились в беззвучном оскале.
- Ох, черт, - выдохнула я, медленно отодвигаясь вместе со стулом. - Кажется, терпение все-таки лопнуло.
Скрежет усилился. Это был звук металла, который медленно, но неотвратимо поддавался нечеловеческой силе. Звенья цепи стонали и деформировались.
- Дамиан! - крикнула я, пытаясь достучаться до остатков его сознания. - Эй, инквизитор! Вспомни, ты же не любишь ведьм и беспорядок! Ты сейчас пол поцарапаешь!
Никакой реакции. Только низкое, утробное рычание, от которого у Пирожка шерсть на загривке встала дыбом. Он проснулся, зашипел и забился глубже в кресло, превратившись в дрожащую кучу щупалец. Предатель.
Одно из звеньев цепи с оглушительным треском лопнуло. Потом второе. Он медленно, с неотвратимостью стихийного бедствия, освобождал руки. Гадство, я и понятия оказывается не имела, насколько он сильный!
Истерика - плохой советчик, но в данный момент она была единственным, кто орал мне в ухо дельные вещи. Например: "БЕГИ!". Я вскочила, опрокинув стул, лихорадочно шаря в ящиках в поисках хоть какого-нибудь защитного амулета.
Лязг! Последняя цепь упала на пол.
Он сделал шаг в мою сторону. Медленный, тяжелый, шаркающий. Классическая походка зомби из дешевых страшилок. Только этот зомби больше не был медлительным и тупым. В его светящихся глазах плескался ледяной, хищный разум, сфокусированный на одной-единственной цели. На мне.
- Так, спокойно, - бормотала я, пятясь к дальней стене. - Хороший мальчик! Фу! Нельзя! Мы же цивилизованные люди. Ну, почти. Давай поговорим!
Он сделал еще шаг, сокращая дистанцию. Я уперлась спиной в холодную стену. Ловушка.
В руке сжался какой-то круглый камушек - амулет от сглаза. Абсолютно бесполезная дрянь. Я швырнула его в Дамиана. Камень отскочил от его груди, не причинив никакого вреда.
Он был уже в двух метрах. Я видела, как подрагивают его пальцы, сгибаясь, словно когти. Я чувствовала исходящий от него холод и ауру голода, такую плотную, что, казалось, ее можно саму съесть.
Все. Конец. Глупый, нелепый конец. Меня сожрет мой собственный напарник....
Он сделал последний шаг и навис надо мной. Я зажмурилась, ожидая боли. Но вместо этого почувствовала, как его холодные пальцы осторожно коснулись моей щеки...
Я замерла. Его рука медленно скользнула вниз, к шее, где билась пульсирующая жилка. Я чувствовала его ледяное дыхание на своей коже....
Он наклонился ниже, его лицо оказалось в паре сантиметров от моего. Светящиеся красные глаза гипнотизировали. Я видела в них отражение своего перепуганного лица.
И тут его губы дрогнули. Рычание перешло в сдавленный хрип.
- Ли… ка…
Его голос. Прорвался сквозь пелену голода. Его пальцы на моей шее не сжимались, а лишь слабо подрагивали. Он боролся. Боролся с монстром внутри себя. Ради меня. Невероятно! У нас почти получилось!
Весь мой страх испарился, сменившись яростной, отчаянной решимостью.
Не раздумывая ни секунды, я сделала то, что подсказал мне инстинкт. То, что было самым безумным и, возможно, самым правильным решением в моей жизни.
Я подалась вперед и поцеловала его....
Его губы были холодными, как лед, но под этим холодом я ощутила едва заметный трепет. На секунду его тело напряглось, а потом он обмяк, и его голова тяжело опустилась мне на плечо. Свечение в глазах погасло. Он просто стоял, вцепившись в меня, как утопающий в спасательный круг, и тяжело, прерывисто дышал, хотя зомби и не нужно дышать...
Я стояла, обнимая обессилевшего инквизитора, и слушала, как бешено колотится мое собственное сердце. Эксперимент можно было считать завершенным. Результаты оказались… неожиданными. И, кажется, я только что нашла еще одно его слабое место. Или свое. Черт его разберет.
Изо всех сил вцепилась в холодную, жесткую ткань его рубашки, и пыталась отдышаться. Сердце в груди выбивало такой бешеный ритм, что, казалось, вот-вот выпрыгнет и ускачет в закат, подальше от всего этого безумия. Дамиан тяжело опирался на меня, его вес был почти невыносим, но я держала. Если отпущу, он рухнет. А если он рухнет, я, кажется, тоже...
- Ну и ночка, - выдохнула я в тишину, нарушаемую лишь испуганным иканием Пирожка из-за кресла. - В следующий раз, когда мне в голову придет идея провести "научный эксперимент", стукни меня чем-нибудь тяжелым. Желательно, сейфом.
Дамиан не ответил. Он медленно поднял голову с моего плеча. Глаза у него снова были его собственными - темными, глубокими, но сейчас в них плескалась такая вселенская усталость, что мне стало не по себе. Он отстранился, делая шаг назад, и с каким-то странным выражением посмотрел на свои руки, потом на меня.
- Я… чуть не… - его голос был хриплым, надтреснутым.
- Ага, - бодро кивнула я, пытаясь вернуть себе самообладание и привычную маску сарказма. - Чуть не перекусил главной сотрудницей. Это было бы грубым нарушением техники безопасности и трудового договора.
Но зомби проигнорировал мою попытку пошутить. Его взгляд остановился на моих губах. Я невольно облизнула их, и в его глазах что-то полыхнуло - не голод, а что-то другое, куда более сложное и пугающее.
- Что ты сделала? - тихо спросил он.
- Экстренная шоковая терапия, - пожала я плечами, чувствуя, как начинают гореть щеки. - Иногда помогает. В старых сказках так вообще принцессы лягушек целовали, и те превращались в принцев. Ты, конечно, не превратился, но хотя бы перестал светиться, как новогодняя гирлянда, и на том спасибо.