Зомби под прикрытием

- Ведьмак... - пророкотал он, и в его голосе прорезались нотки, от которых Пирожок испуганно икнул и спрятался за кресло. - Я помню его. Черные глаза, полные ненависти. Он сказал, что я буду вечно ходить по земле, не живой и не мертвый, пока его род не прервется.

Он впился в меня взглядом.

- Так вот почему я очнулся. Ты - последняя.

- Эй-эй, полегче! - я выставила перед собой ладони. - Я, может, и последняя, но прерываться в ближайшие лет сто не планирую. И вообще, это все дела давно минувших дней. Семейные разборки предков. Давай не будем переносить их на наши отношения.

- Отношения?! - взвился Валериан. - Да вы за неделю устроили в городе больше хаоса, чем гильдия воров за год!

- Это называется "активная оперативная деятельность", - парировала я. - А ты просто завидуешь, что у нас есть ручной демон, а у тебя - только стопка неоплаченных штрафов.

Пирожок, видимо, решив, что напряжение достигло апогея и пора его разрядить, издал громкий булькающий звук и выпустил из одного из своих многочисленных отверстий облачко фиолетового дыма с запахом паленой карамели и отчаяния.

- О, боги, он еще и портит воздух! - простонал Валериан, зажимая нос. - Я ухожу. Разбирайтесь со своим семейным проклятием, инфернальным зоопарком и надвигающимся апокалипсисом сами. А я пойду напишу рапорт. Длинный. С подробностями. И потребую себе отпуск. На другой континент.

С этими словами он, гордо вскинув подбородок, развернулся и решительно зашагал к выходу. Правда, его триумфальное отступление было слегка подпорчено тем, что он поскользнулся на оставленной Пирожком лужице слизи и с громким шлепком растянулся на полу.

- И дверь с той стороны закрой! - крикнула я ему вслед, пока он, бормоча проклятия, поднимался на ноги.

Когда за Валерианом наконец захлопнулась дверь, я повернулась к Дамиану. Он все еще смотрел на меня своим нечитаемым взглядом.

- Ну что, потомок моего злейшего врага, - усмехнулся он без тени веселья. - Какие будут указания?

- Указания простые, мой дорогой проклятый инквизитор, - я подошла и демонстративно поправила ему воротник рубашки. - Во-первых, найти этого вашего Тень и объяснить ему, что семейные реликвии, вроде меня и тебя, трогать нехорошо. Во-вторых, выяснить, что там за история с твоей кровью, о которой не дочитал наш нервный друг. И в-третьих...

Я сделала паузу, заглядывая ему в глаза.

- Купить Пирожку какой-нибудь корм. А то, боюсь, в следующий раз он решит перекусить мебелью. Или очередным стражем порядка. А это уже порча муниципального имущества.

Дамиан молчал, но в его глазах что-то неуловимо изменилось. Ледяная отстраненность дала трещину, и сквозь нее проглядывало что-то похожее на… растерянность? Он, Великий Инквизитор, гроза ведьм и колдунов, оказался игрушкой в руках судьбы, привязанной к последней представительнице рода своего убийцы. Каково это, должно быть, осознавать, что твое существование зависит от девчонки, которая коллекционирует нечисть и называет демона Пирожком? Наверное, не очень.

- Кровь… - задумчиво протянул он, игнорируя мои хозяйственные распоряжения. - Может она - ключ?

- Ключ? Ключ от чего? От квартиры, где деньги лежат? - фыркнула я, пытаясь сбить пафос момента. - Или от твоего каменного сердца?

Он одарил меня таким взглядом, что я поняла - шутка не зашла. Совсем.

- Ключ к его силе, - медленно проговорил Дамиан, и воздух в комнате будто стал плотнее. - Тень не просто убил меня. Он запечатал что-то в моей же крови. И теперь, когда я… такой… он, видимо, хочет ее вернуть. Забрать себе. И ты...не просто же так ты подняла именно меня и никого больше.

Картинка начала складываться. Ужасная, нелепая, но на удивление логичная. Тень не просто хотел нас устранить. Он хотел апгрейда. А Дамиан, в его нынешнем состоянии, был чем-то вроде ходячего флакона с очень редким и мощным эликсиром. А я - ведьма, чей предок этот эликсир и "сварил" - была, видимо, единственной, кто мог откупорить пробку.

- То есть, я для него - консервный нож, - мрачно подытожила я. - А ты - деликатес. Прекрасный расклад. Просто замечательный.

Внезапно я ощутила, как по спине пробежал холодок, не имеющий никакого отношения к сквознякам или проклятиям. Он был липким, животным, и исходил от осознания одной простой вещи.

- Дамиан, - мой голос сел. - А ты… ты же зомби. Ты ешь… ну, ты понял. Мозги.

Он кивнул, его лицо оставалось непроницаемым.

- И как давно ты… без еды?

- День. Может больше.

Я уставилась на него во все глаза. Он изменился. Я, отвлеченная этими всеми событиями, даже не обратила на это внимания. Он ходил рядом со мной, терпел мои шуточки, спасал от демонов, и все это время был голоден. А его единственная потенциальная еда - это мозги. Свежие, теплые, человеческие мозги... И все же он ни на кого не напал. И вести себя он стал иначе.... Совсем как человек. Словно с каждым днём в нем все больше и больше, вместо расстерянного и глуповатого зомби, проявлялось его прошлое "я".

- И… как ты себя чувствуешь? - осторожно спросила я, инстинктивно делая крошечный шажок назад.

- Как обычно, - пожал он плечами.

Пирожок, до этого мирно дремавший, вдруг вскинул голову и зашипел, глядя на Дамиана. Демон почувствовал хищника. И в этот момент я поняла, не Тень был нашей главной проблемой прямо сейчас. Главной проблемой был мой напарник. Мой ходячий артефакт. Мое фамильное проклятие...

Игра пошла по-крупному. И Дамиан, с его запечатанной силой и неконтролируемым голодом, был не просто слабым местом. Он был бомбой с часовым механизмом, и я понятия не имела, как ее обезвредить. Но одно я знала точно: я не собиралась позволить ему превратиться в монстра. И уж тем более не собиралась становиться его обедом.

- Так, - я решительно выдохнула, отгоняя панику. - Пункт первый: срочно выяснить, как долго зомби может обходиться без еды, и что будет, когда его терпение лопнет. Проведем небольшой научный эксперимент.

Дамиан недоуменно вскинул бровь.

- И как ты себе это представляешь?

- Очень просто, - я хищно улыбнулась и достала из-под прилавка тяжелый моток цепи, который держала на случай особо буйных клиентов. - Ты будешь подопытным кроликом. А мы с Пирожком - наблюдателями.

Через десять минут Дамиан, опутанный цепями и прикованный к самой крепкой опоре в нашем офисе - металлическому стулу, вмурованному в пол, сверлил меня взглядом, полным вселенского укора.

- Это унизительно, - процедил он.