Страница 25 из 57
— Почему ты разговаривала с женой Зайцева? — Михаил снова проигнорировал мою попытку тихо мирно уйти, и наехал с таким осуждением, будто я посмела нарушить какой-то закон, — ты знаешь какой он мудило?!
— Не знаю и знать не хочу. Эльвира очень интересная женщина. Мы с ней прекрасно поладили и собираемся сходить на шоу фламенко.
Снова в глазах бывшего появилось то самое изумленное выражение, от которого его физиономия становилась бестолковой.
У него в голове трещало скрипело и не могло одновременно состыковаться столько несовместимых вещей: бывшая жена, которая никогда не интересовалась фламенко (какое фламенко, когда рубашки не поглажены? Надо кормить мужа, помогать дочери. И вообще, что это за фигня такая), благотворительный вечер, супруга очень богатого человека, с которой я решила водить дружбу.
И все это на фоне того, что у него самого дела шли плохо.
А они действительно шли плохо. Проведя с ним всего несколько минут, я стала замечать вещи, на которые не обратила сразу внимания. Серебра на голове прибавилось. От меня он уходил с импозантной сединой на висках, а сейчас вся голова посветлела. Морщины прорезались. Он всегда говорил мне, чтобы я не морщила лоб, а теперь у самого между бровей залегли глубокие борозды.
Он всегда одевался с иголочки. Не жалел денег на костюмы и обувь, назидательно повторяя что внешний вид главное в бизнесе, что никто не станет воспринимать всерьёз мужика в затертом.
А что сейчас?
Костюм был покрыт катышками, а рукава и воротник выглядели именно затертыми, словно Кромов все это время носил этот пиджак, ни разу не поменяв на что-то другое. Ботинки, хоть и начищены до блеска, но явно не первой свежести.
Снова вспомнились слова тех мужчин в зале: банкрот, шут, все просрал.
Образ успешного бывшего мужа трескался и осыпался на землю уродливыми осколками.
Не стал он миллионером. Не стал…
Я даже думать не хотела о том, что у него произошло. Куда делись все его инвестиционные проекты, где теперь Оксана — что-то подсказывало, что их пути уже разошлись. К счастью, своим уходом он избавил меня от обязанности воспринимать его провалы, как личную трагедию. Человек взрослый, опытный, пусть сам во всем разбирается, а я лучше себе еще одни леггинсы для занятий спортом закажу. Мелочь, а приятно.
— Вместо того, чтобы ерундой страдать — лучше бы дочери помогла! — сказал он, пытаясь заставить меня испытывать чувство вины и начать оправдываться.
Сейчас, оборачиваясь назад, я вдруг осознала, что, когда была замужем в моей жизни постоянно присутствовало это «лучше бы ты…». Произносилось это обычно с улыбкой или размеренным тоном и воспринималось как должное. Лучше бы убралась лишний раз, чем рисовала картины по номерам. Лучше бы делом занялась, вместо того чтобы по подругам ходить. Почему я тогда воспринимала это, как что-то обычное? Правильное? Почему не задавала себе самый очевидный вопрос: а кому лучше-то?
— Я помогаю. По мере возможностей. Увы они есть не всегда.
Мой спокойный тон Мишу явно бесил.
— Она просила отпустить ее на работу и взять декрет с Ванькой на себя. Трудно было сделать по-человечески?
Моя ж ты хорошая, нажаловалась папочке. Хотя чему удивляться, дочь всегда так делала — если не получалось добиться от меня чего-то самостоятельно, бежала к отцу жаловаться «а вот мама меня…» Интересно, на что она рассчитывала в этот раз? На то, что отец, свалив после развода в лучшую жизнь, будет по-прежнему контролировать нерадивую мамашу? Да плевать ему. Только Кира до сих пор никак не могла этого понять.
Сказать, что я была удивлена? Нет. Разочарована? Пожалуй.
— А я и сделала по-человечески, — улыбнулась я, — для себя. Я, знаешь ли, уже стара для декретов. У меня работа, спорт, встречи с подругами. На фламенко вот с Зайцевой пойду.
Он снова уставился на меня так, словно никогда прежде не видел, а потом подозрительно и даже как-то зло, спросил:
— Ты что…счастлива?
Я не поняла, что это за вопрос вообще такой? Что за недоумение в голосе? Что за претензии? Как же умиляет вот эта уверенность, что после развода мужчина, гордо расправив плечи, идет в новую жизнь, где его ждет все самое лучшее, а женщине не остается ничего иного, кроме как ползти на кладбище, обложившись со всех сторон кошками.
Почему я раньше не замечала, что у меня был такой ошеломительно обескураживающий муж? Или он только недавно обзавелся супер-способностью так обескураживать меня убийственными в своей наглости и абсурде фразами.
— Вроде не жалуюсь, — я пожала плечами, совершенно четко осознав, что жаловаться-то собственно говоря и не на что.
Жизнь не закончилась, небеса не упали на голову, мир не превратился в постапокалиптичную картину. Все как прежде. Может даже чуточку лучше, потому что фокус счастья сместился с внешнего объекта на саму себя.
И до меня вдруг дошло, почему Михаил так бесится, глядя на меня спокойную, уверенную и не захлебывающуюся слезами.
У него не сложилось. Как бы он ни кичился, ни хвастался, ни гнул пальцы при разводе, утверждая, что скоро станет миллионером — у него ни черта не получилось. И он искренне верил, что у меня после его ухода тоже все плохо, и это его радовало и успокаивало. А тут раз и разрыв шаблона. Бывшая жена посмела быть счастливой, занялась собой, смеет общаться людьми, до которых он пытался дотянуться и не смог. Что она не засохла, а наоборот расцвела после того, как великий инвестор исчез из ее жизни. Ему это как серпом по яйцам.
Мне должно быть плохо, тоскливо и одиноко. Я права не имела поднимать голову после его ухода! А я, зараза такая, не просто подняла, а еще и укладку красивую сделала. Платье красивое надело. Красное! Каблуки нацепила — сучка!
Какая же я молодец.
В этот самый момент, глядя на мужа, корчившегося от бессильной злобы и возмущения, я поняла, что горжусь собой. Просто чертовски горжусь.
Лена умничка. Лена просто охренеть какая молодчина. Думаю, я заслужила небольшой подарочек. Например, пару дней в спа-отеле или новое платьишко? А может тортик? Нет, никаких тортиков. После такой реакции со стороны мужа мне захотелось похудеть еще больше, и проводить в спортзале все свободное время.
Обязательно подумаю о том, чем себя порадовать, когда приду домой. Скину туфли, устроюсь в удобной тишине перед телевизором и буду смотреть на красивых корейских мальчиков, попивая минералку из искрящегося бокала.
По-моему, прекрасный план.
Улыбка сама растеклась по губам и стала красной тряпкой для мужа: