Страница 16 из 87
Глава 6
Мы впятером сидели в кабинете Директрисы. Несмотря на солнечные лучи, проникавшие сквозь большие окна, и тёплые тона хорошей мебели, которую, как я полагала, Людовик XIV с гордостью назвал бы своей, у меня по спине пробежал холодок. Алисия обхватила себя руками и всё ещё заметно дрожала. Наверное, я должна радоваться, что в мире существует что-то, что выбивает её из колеи. Беда заключалась в том, что меня это тоже чрезвычайно выбивало из колеи.
— Перескажите это ещё раз, — сказал Адвокат Дьявола, и выражение его лица стало суровым. — Что на самом деле произошло?
Я сглотнула, мечтая, чтобы во рту всё не было таким пересохшим.
— Я была в конференц-зале. Я вышла, чтобы найти кого-нибудь, кто помог бы мне с обучающим видео, потому что оно зависло. В это время из лифта вышел фей-курьер.
— Откуда вы знаете, что он был феем-курьером? — спросила Директриса, не сводя с меня своих тёмных глаз. Её голос оставался приятным, а выражение лица — доброжелательным. Однако в этой ситуации не было ничего добрым или приятным.
Это хороший вопрос. Я облизнула губы.
— Я предположила. Он определённо был феем, и на нём были велосипедные шорты. Я не видела никаких документов, но, похоже, он знал, что делает.
Миссис Джардин, сидевшая рядом со мной, смущённо кашлянула.
— Он показал мне своё удостоверение внизу. Его звали Джо.
— Фамилия? — рявкнула Директриса.
Она дёрнулась.
— Он расписался в книге, но это неразборчиво, — она держала в руках ту же книгу, которой, как я видела, пользовались Алисия и остальные. Рядом с именем Джо был отпечаток большого пальца, за которым следовало нечто, что можно было описать только как закорючку.
— Вы не записали его полное имя?
Миссис Джардин покачала головой. У неё хватило такта напустить на себя пристыженный вид.
— Я этого не сделала.
— Вы видели его раньше? Он доставлял сюда другие посылки в прошлом?
— Несколько раз.
На щеке Адвоката Дьявола дёрнулся мускул.
— Я свяжусь с курьерами и выясню, что ещё они могут о нём рассказать. Если предположить, что он настоящий и действительно работает на них, тогда, возможно, он сможет рассказать нам больше о том, откуда взялась эта… коробка.
Мы все уставились на коробку, о которой шла речь. Снаружи она всё ещё выглядела довольно безобидно, но содержимое явно было чем-то иным. Там лежало аккуратно завёрнутое в обёрточную бумагу окровавленное ухо. Оно только начинало сморщиваться по краям, что указывало на то, что оно было разлучено со своей владелицей в очень недавнем прошлом. С безжизненной мочки свисала единственная жемчужная серьга.
— Вы знаете, кому оно принадлежит? — тихо спросил Адвокат Дьявола.
Алисия подняла голову.
— Лидия, — прошептала она, и её ответ был едва слышен.
Директриса прижала кончики пальцев к вискам.
— Лидия Дюшан, — сказала она.
— Она исчезла в прошлом месяце? — поинтересовался он.
Она кивнула.
— Да.
Я переводила взгляд между ними.
— Она была крёстной феей? — спросила я.
— Она
и есть
крёстная фея, — отрезала Директриса.
Я слегка отпрянула от тона её голоса, хотя инстинктивно понимала, что причиной этого был стресс ситуации, а не мой выбор слов. Почти сразу же Директриса, казалось, тоже пожалела об этом и снова смягчила своё отношение ко мне. Я не могла отделаться от мысли, что она специально старалась быть любезной со мной. Что-то здесь не так. В любом случае, есть более важные вещи, о которых стоило беспокоиться. Тогда как Директриса смягчилась, Адвокат Дьявола пристально посмотрел на меня.
— Вы не знаете, — сказал он. — Вам не сказали, что здесь происходит, — это был не вопрос.
— Вы можете идти, Саффрон, — сказала Директриса.
Я опешила.
— Но…
— Вы пережили непростой инцидент. Выпейте чашечку чая и отдохните, — она сделала паузу. — Прямо сейчас.
Если бы это был не мой первый рабочий день, я бы настояла на своём и потребовала объяснить, что происходит и кто такая Лидия Дюшан на самом деле. Однако прямо сейчас всё это было слишком ново и сбивало с толку. Учитывая, что в сознании Директрисы я теперь навсегда буду ассоциироваться с тем, что я швырнула ей в лицо отрезанное ухо, я решила, что должна сделать, как мне сказано. Однако я собиралась выяснить, что здесь происходит. Я уже знала, кого спросить. Я склонила голову всего один раз, как хорошая девочка, которой я пыталась казаться, и вышла. Как только дверь закрылась, я услышала позади себя громкие голоса, хотя сами слова были слишком неразборчивы, чтобы их можно было как следует расслышать. Вместо того чтобы задержаться и попытаться подслушать, я медленно вернулась к своему столу, сознавая, что все взгляды прикованы к каждому моему шагу.
Несмотря на её прежнее недружелюбие, я едва успела сесть на свой сломанный стул, как Далила начала. Именно на это я и рассчитывала.
— О, Боже мой, — её глаза сделались круглыми, как блюдца. — Это было настоящее ухо. Оно пахло? На нём была кровь? — она оглядела меня с ног до головы, и по выражению её лица можно было предположить, что она почти ожидала увидеть брызги крови.
— Там было немного крови, — призналась я. Мне надо было дать ей что-нибудь, чтобы заставить её заговорить. — Но на самом деле я к нему не прикасалась.
Выражение нездорового восторга на её лице снова вызвало у меня приступ тошноты.
— Ты знаешь, кому оно принадлежало? — спросила она, наклоняясь ко мне.
Я последовала её примеру и придвинулась к ней поближе. Мой стул тревожно заскрипел, когда я подкатила его через небольшое расстояние между нами, но он устоял. Во всяком случае, моя задница не оказалась на полу, что можно было считать победой.
— Они сказали, что это была некая Лидия.
— Нет!
— Да, — я кивнула.
— А ухо было, ну, свежим?
— Думаю, да, — я моргнула, глядя на неё в искреннем замешательстве. — Лидия исчезла, не так ли? В прошлом месяце?
Далила оглянулась. Несколько человек по-прежнему наблюдали за мной, но одного взгляда Далилы было достаточно, чтобы заставить их опустить головы и вернуться к своей работе.
— Мы не должны были говорить с тобой об этом. Предупреждение пришло сверху. Но, — она пожала плечами, как будто это уже не в её власти, — ты, очевидно, уже знаешь об этом.
— Мммм.
— Это ужасно шокирует.
Я покивала в знак согласия.
— Ужасно. Особенно учитывая то, что она была не единственной.