Страница 14 из 79
— Проблема в авторитете, Лаки, — сказал он. — Я сам себе хозяин с того момента, как Ротштейна пристрелили. Даже нет — я ушел от него раньше, потому что не собирался работать на человека, который не платит карточные долги. Я построил все сам, сам же решал все проблемы. А теперь ты предлагаешь мне платить долю. Ты ведь не партнерства хочешь, ты хочешь сделать меня своим человеком.
— А это плохо? — спросил я.
По крайней мере никто из тех, кому я раньше предлагал общий бизнес, не отказывался. Это работало, причем наверняка. Но там было то же содержание, но совсем другая форма. И я сразу понял, что мы не договоримся.
Я видел в Вакси всего лишь мелкого бутлегера. Возможно, я зазвездился, когда залез высоко, и зря им пренебрегаю. Но атаковать меня он не решится в любом случае, просто из-за страха перед Организацией.
Хотя уже сейчас понятно, что вопрос с ним придется решать иначе.
— Чарли, про тебя все говорят, что ты умен, и ты знаешь, что я прав. Если я стану платить долю, то начну зависеть от тебя. Сегодня ты берешь двадцать процентов, завтра поднимешь, послезавтра заставишь делать меня то, что мне невыгодно. Я видел это много раз.
— От меня? — спросил я, уставившись ему прямо в глаза. — Кто-то из моих людей говорил про меня такое?
Он посмотрел в ответ несколько секунд, после чего покачал головой.
— Нет. Про тебя такого не говорили. Но уже то, что вместо решения конфликта ты предлагаешь платить тебе долю…
— Я предлагаю войти в партнерство, — перебил его я. — А какое решение конфликта предлагаешь ты? Ты подошел к нам в клубе и избил Лански, напал на него первым. Сам подумай, как я должен отреагировать? Моему человеку сломали нос.
Я затушил недокуренную сигарету в пепельнице — теперь это было мое правило, я не скуривал больше, чем на две трети — и продолжил:
— Посмотри на ситуацию трезво. Джерси теперь — территория Организации. Нью-Йорк тем более, здесь даже черные и ирландцы Мэддена работают с нами, — на самом деле со мной лично, но этого говорить я не собирался. — Ньюарк с нами, Буффало с нами. Ты фактически работаешь на территории, которую мы контролируем. Ты, конечно, можешь отказаться платить долю, и это твое законное право. Но тогда в кого мы превращаемся? В конкурентов. И я не могу со своей стороны гарантировать, что наши интересы не пересекутся снова.
— Ты мне угрожаешь? — он снова вскинулся.
— Я описываю реальность, — ответил я. — А перспективы этой конкуренции очень нерадужные. Капишь?
Он опустил взгляд, взял из корзины кусок хлеба, повертел в руках и положил обратно. Подумал немного — это в целом хорошо, что он думает. Может быть, все-таки согласится или найдет еще какое-то решение. Ну вот не хотелось мне воевать, совсем не хотелось.
— Мы можем начать общий бизнес в другой сфере, — сказал он. — Ходят слухи, что ты начинаешь дела на Кубе.
— Начинаю.
— Я могу войти? — прямо спросил он.
Я посмотрел на него. Он спрашивал не из интереса, а просто искал вариант, при котором сможет получить партнерскую неприкосновенность, и при этом сохранить лицо, и не платить долю.
И я даже на секунду задумался. Вакси — это человек с деньгами, которые можно вложить, и большим опытом, применимым к ситуации. Он мог бы быть полезен на Кубе. Только вот при этом с ним все равно будет куча проблем — он конкурирует с Семьями Джерси, и при этом с Лански. То есть мне придется сглаживать углы и выгораживать его как партнера. А еще Лански — он рулит на Кубе, и поставить их рядом в одном деле — это вызвать постоянные трения.
Нет, это не вариант. Совсем нет.
— Нет, — сказал я. — Куба — это закрытый клуб, в который входят только те, кто уже давно со мной. Я помню времена, когда мы вместе работали с Ротштейном, но это было слишком давно. Извини.
Вакси кивнул — похоже, что именно такого ответа он и ожидал, после чего проговорил:
— Похоже, мы в тупике, — сказал он.
— Похоже на то, — кивнул я.
Он взял чашку, допил кофе в несколько глотков, после чего проговорил:
— Лаки, я скажу тебе честно. Я уважаю тебя, уважаю то, что ты делаешь, то, как ты за полгода стал главным. Но я не могу быть под тобой. И я не могу позволить Лански обирать себя. Ты понимаешь?
Принципы? А черт его знает, может быть и так.
— Хорошо, — пожал я плечами. — Ты сказал, что думаешь, и я тебя услышал. Но я настоятельно рекомендую тебе послушать меня. Ситуацию в Джерси я тебе обрисовал, и ничего там не изменится в ближайшее время. Ты можешь работать там — я не буду специально тебе мешать. Но если наши интересы снова пересекутся, я не смогу остановить то, что начнется.
Вакси поднялся, одернул пиджак, и сказал:
— Понял тебя.
— Надеюсь.
Он кивнул и пошел к выходу, рук мы друг другу не пожали. Через полминуты я увидел, как он кивнул своему человеку, и тот открыл для него дверь машины. Винни посмотрел на меня через окно, и я жестом подозвал его к себе.
Вакси не дурак. Он правильно прочитал ситуацию — платить долю означало стать зависимым, но зависеть ни от кого он не хотел. И развести его на общий бизнес не получилось тоже. Так что…
Остается всего один вариант. Он не успокоится, рано или поздно закусится или снова с Лански, или с нашими друзьями из других городов. И начнется война. И вот именно эту войну мне надо предупредить.
Убить его, вот и все. Его лично, а потом договариваться с тем, кто придет после него. Если не получилось как с Мангано, Ардиццоне или Санто, придется действовать так же, как с Маранцано.
Винни вошел, и я кивнул ему, мол, садись. Он сел, посмотрел на меня.
— Есть дело, — сказал я. — И я хочу поручить его Сэлу, ты все передашь, слово в слово.
Да, Сэл будет идеальной кандидатурой, потому что он в последнее время много ведет дела с Джерси. И с итальянцами, и с ирландцами Макгрегора, которые перевезли заводы туда. И даже с Магаддино договариваться поехал именно он, и смог в конечном итоге.
Анастазия сейчас занят, большинство его людей скоро отправятся в Чикаго. Багси… Вакси ударил Лански, а значит Сигел уже записал его в свои личные враги. Он — горячий парень, и может накосячить или устроить резню. С него станется.
— Конечно, босс, — кивнул он.
— Этот человек — Вакси Гордон. И он — проблема. Его нужно убрать, но пусть не суется лично. Наши друзья из Ньюарка не откажутся нам помочь. Но сделать все нужно наверняка — это точно. Пусть понаблюдают за ним несколько дней, а потом уберут, — тут, пожалуй, не нужно ничего придумывать, другой город, так что с нами этого не свяжут. — Действовать нужно быстро, но аккуратно.