Осколок

– Хорошо. Как вам будет угодно. Месяц сейчас непростой, у гоблинов – важный праздник, в честь которого они устроили охоту в здешних лесах. Это небезопасно даже для самих гоблинов, что уж говорить о представителях всех прочих рас. Насколько мне известно, на праздник стеклись несколько крупных племён и встали одним большим лагерем. Да, я в курсе, где он находится. Не знаю, там ли пропавшие люди, но, вероятно, именно с гоблинов вы планировали начать поиски, да? Ну так вот вам моё предложение: вместо того чтобы вы днями напролёт петляли по лесу, рискуя нарваться на охотников, я дам вам необходимые ориентиры, и вы найдёте гоблинов быстро. Вы ведь обещаете, что мы вернёмся к нашему разговору через неделю. Идёт?

– Обещаем? Невеликие же тебе нужны гарантии, старик.

– Мне это стоило всего лишь одной фразы. Да и я верю в людей. По крайней мере, стараюсь. Обманывать – очень плохо. В первую очередь для обманщика. К тому же с вами дварф. – Флан сдержанно улыбнулся. – А, как говорят, слово дварфа – крепче камня. Спрашиваю ещё раз. Идёт?

* * *

Они выбрались к дороге. Древний тракт был давно заброшен, тут и там проглядывали зелёные стебли травы. Но он до сих пор оставался ровным. После раскисших от осенних дождей лесных троп и бурелома идти по нему было бы сплошным удовольствием.

Далур раздражённо посмотрел на затянутое тучами небо и зашагал по тракту твёрдой поступью, радуясь тому, что можно не продираться через ветки, когда его окликнула Арди:

– Эй! Ты что, собрался прямо по дороге топать? Давай к нам, не дури, пойдём вдоль.

– Что? Но так быстрее дойдём! – встрепенулся дварф.

– Быстрее на тот свет дойдёшь. А мне и этот мил, сколь говённым он ни будь. Тебе сказали: лес кишит гоблой, охота у них большая. А ты собрался разгуливать по дороге на виду. Дерево в поле и то незаметнее будет.

– Увидят – их сложности. Я всегда готов потолковать с ними на понятном языке. Эти сраные ветки мне уже до печёнки доцарапались, – проворчал Далур. – К тому же непонятно, действительно зелёные виноваты или ещё куда делись селяне эти. Может, мужичьё в разбой пошло? А?.. Впервой ли?

– Думаешь, зелёным будет интересно, когда они тебя увидят? К тому же старейшина деревни за каждого поручился. Да и ты сам вызвался идти, за язык не тянули, – удивлённо сказала Арди.

– Вызвался… – буркнул дварф.

Молчун не стал дожидаться, пока кончится разговор. Вместо этого он соскользнул по грязной обочине к кустам и скрылся в них. Арди подождала несколько мгновений и последовала за ним. Далур с тоской оглядел древние камни под ногами. Массивные, всё ещё крепкие и хорошо подогнанные. Единственная надёжная ниточка в этом лесу. Дварф, досадливо сплюнув, заспешил следом. Мокрые листья уже привычно мазнули по лицу и кольчуге, а мелкие ветки поспешили вцепиться в бороду.

Дальше продвигались медленно и осторожно, внимательно прислушиваясь и вглядываясь в лес вокруг. В ветвях шуршал ветер, время от времени сбивающий с листвы капли. Молчун остановился и нагнулся.

– Обломок стрелы. Гоблинская.

– Там кровь и поломанные ветки. – Арди указала рукой на куст невдалеке. – Ночным дождём не смыло, значит, сегодняшняя. На обломках – клочья меха. Давай ещё внимательнее. Сейчас нам главное – не проворонить этих охотников. Там остались следы, но нам нужен их лагерь, а не туша кабана. Поэтому идём дальше.

Молчун смахнул с лица комара. Аккуратно переставляя ноги, стараясь не задевать ветви и не спотыкаться о корни, он опять неспешно двинулся вперёд и вскоре исчез среди листвы.

Далур перехватил поудобнее топор и снял со спины щит. Продираться через заросли будет труднее, но не существовало такой силы, которая сейчас могла бы заставить его отказаться от лишней защиты. Сузившиеся глаза забегали по ближайшим кустам, ожидая, что все гоблины леса, несомненно, сейчас собрались вокруг них. В глазах зарябило.

– Ты… если увидишь кого – в драку не лезь, нам это сейчас ни к чему. – Арди словно прочитала его настрой и мысли.

Она внимательно смотрела на дварфа, пока не дождалась мрачного кивка, и лишь затем бесшумно пошла вперёд.

Далур нащупал в потайном кармане плоский камень, выругался и побрёл за остальными. Как дварф ни старался меньше бряцать кольчугой, сталь изредка позвякивала. Звук должен был расстраивать, но Далура он успокаивал. Больше гоблинов и лесов дварф ненавидел только гоблинов в лесах. Каждое шуршание листочка настораживало и сулило стрелу из-под любого куста. Иногда в поле зрения появлялась Арди, встречалась с ним глазами и тут же уходила.

В очередной раз она показалась впереди, прижала палец к губам и сделала знак приблизиться.

– Есть. Впереди зелёные. Молчун говорит, семеро. Давай очень тихо и медленно за мной. – Голос Арди был едва различим, хоть она и стояла в одном шаге.

Они вышли к краю просеки, и Арди нырнула в густой подлесок. Далур мрачно вздохнул и последовал её примеру. Там уже был Молчун, сосредоточенно наблюдавший за кем-то. Далур осторожно отодвинул листья и всмотрелся в открывшийся прогал.

Гоблины! Далур злобно зашептал ругательства на своём языке. На другом конце просеки вокруг оленьей туши суетились зеленоватые фигурки. Невысокие, как семилетние дети, с такими же узкими плечами и совсем худые. Маленькие тела постоянно двигались, размахивая тонкими и длинными руками. Большие серо-зелёные головы по-птичьи беспокойно поворачивались из стороны в сторону. Пока одни гоблины воинственно потрясали копьями, другие спокойно стояли с луками и посмеивались. Двое зеленокожих споро разделывали здоровенную оленью тушу, время от времени весело переругиваясь.

– Флан сказал, что их топи начинаются прямиком к западу от этой просеки. Пока нам надо двигаться вдоль неё. А как кончится – ещё западнее. Можем и за ними пойти, но это только если они в лагерь. – Арди говорила еле слышным шёпотом. – Им надо добычу унести. Предлагаю подождать и посмотреть, куда они отправятся. Оставлять их за спиной я не хочу.

– Может, схватим одного? – Ругательства, которые ненадолго перестал изрыгать Далур, не сулили гоблинам ничего хорошего. – Он нам споёт и про своих соплеменников, и про лагерь, и про селян. Про всех, каких видел в своей поганой жизни. А я уж задам ему ритм на костях. Ох и запоёт он…