Страница 48 из 257
– Спасибо, отец. – Лу Уюэ сложил перед собой руки, поклонился и поспешил к выходу. Гу Вэньвэнь пошла за ним, тоже радуясь, что поскорее освободится от этого въедливого старика: здесь ее мысли сходились с ее дядей Лу.
Один лишь Се Юньци медлил. Он поднялся совершенно неторопливо, небрежно сложил за спиной руки и нога за ногу поплелся к дверям, потому что в голове его крутились мысли: что такое даос собирался обсуждать со стариком? Касалось ли это каких-то вопросов Великих орденов и кланов? Эта тема Се Юньци совершенно не заботила, но что, если разговор пойдет о демонах? Тогда уж этот достопочтенный непременно должен подслушать.
Впрочем, Мо Хэ не оставил ему ни шанса: как бы медленно ни плелся Се Юньци, даос хранил молчание, а после двери захлопнулись, и, когда Се Юньци обернулся, перед его носом оказалась завеса тишины.
Третий господин раздраженно цокнул языком и был вынужден уйти.
Убедившись, что никто не подслушивает, Мо Хэ снова повернулся к терпеливо выжидающему старику, однако тот опередил его.
– Глава Вэнь уже сообщил Совету о том, что вы нашли. По правде сказать, именно так я узнал, что вы скоро объявитесь в Чанъане. Расскажите мне поподробнее о том, что случилось.
Мо Хэ кивнул и не стал ходить вокруг да около.
– Я обнаружил странную активность демонов в нескольких городах. Повсюду обнаруживаются следы одного из четырех наместников – наместника запада. Это и жестокое убийство Лянь Хэсина, торговца из Сянъяна, и вскрытая гробница наместника Цзинчжоу, и ожившие мертвецы, и многое другое. Некоторые следы темной ци я обнаружил еще в Чанъяне, но тогда не придал этому значения. Я уже сообщил главе Вэню о своих опасениях – это может быть заговор против праведного мира. Мы давно не сталкивались с демонами, и яо зашевелились. Последний случай стычки с происками наместника запада был в Шанло – шэяо, которая заразила город поветрием, перед смертью созналась, что ее послал Второй господин. Хотя меня и гложут сомнения, учитывая, что змеи, по моим данным, служат Четвертому господину, я предполагаю… что на грани смерти даже демону незачем лгать. – Мо Хэ выпрямил спину и посмотрел на Лу Минчуаня. – Но я не хочу действовать наобум, потому передал полученные сведения главе Вэню, дабы тот вынес их на рассмотрение Совета.
– Вы поступили правильно, – кивнул Лу Минчуань. – Глава Вэнь назначил Совет через три дня, я уже отправил в Чэньси своего старшего сына. Думаю, что скоро мы узнаем итоги обсуждения.
Мо Хэ кивнул. Это полностью соответствовало его ожиданиям: шиди не стал бы утаивать такую важную информацию и немедленно созвал Великие ордены и Десять кланов. Тринадцать представителей праведного мира будут решать судьбу царства демонов. Даосу не нравилось, как это выглядит и звучит, но в нынешней ситуации медлить больше было нельзя – Шанло показал, что демоны настроены решительно.
Он не рассказал ни шиди, ни Лу Минчуаню о том, что поведала ему змея: будто он – цель демонов. Будучи великим даочжаном Сюаньи, Мо Хэ привык не воспринимать всерьез подобные заявления: после гибели прежнего Владыки демонов на даоса совершалось по несколько покушений в месяц, но он выжил во всех. Даже если прошло много лет, он ничуть не растерял навыки, и эти молодые яо его не страшили.
– Если все так, как вы говорите, – после долгой паузы произнес даочжан Янгуй, – то это означает новую войну.
Мо Хэ оторвал взгляд от пиалы в руках и посмотрел на старика. Морщины на его лице будто еще глубже врезались в кожу, а губы плотно сомкнулись. Взгляд Лу Минчуаня помрачнел. Он был достаточно стар, чтобы своими глазами видеть прежнего Владыку демонов и даже скрестить с ним мечи. За свою жизнь он убил немало яо и в прошлой великой войне праведного мира с демонами потерял множество товарищей. Мо Хэ тогда был еще юн и только начинал свой путь по тропе совершенствования, но Лу Минчуань пережил многое.
Мо Хэ не знал, что ему сказать: посочувствовать? утешить? заверить, что все будет хорошо? Мо Хэ и сам не знал, правда ли это. Он был как богомол, пытающийся удержать повозку
[94]
[螳臂当车 – обр. пытаться сделать непосильное, переоценивать свои силы.]
. Триста лет назад Мо Хэ стал спасением праведных заклинателей, гением, появившимся из ниоткуда, который смог победить Владыку демонов и остановить войну. Но лишь он один знал, как все было на самом деле. И лишь он один понимал, что не сумеет стать спасителем во второй раз.
Но стоит прозвучать слову «война», как вместе с ним легенду об Алом клинке Небес вытащат со дна сундука, смахнут с нее пыль и выставят на всеобщее обозрение. И бремя снова ляжет на узкие плечи Мо Хэ. И он не сможет отмахнуться, потому что поклялся защищать этот мир.
Казалось, и сам Лу Минчуань осознал тяжесть своих слов, потому что неловко свернул разговор.
– Вам стоит отдохнуть с дороги, даочжан. Уверен, что Чанъань вам понравится.
Мо Хэ склонил голову, и красная лента, стягивающая хвост, упала вперед. Он скосил на нее глаза, а затем медленно поднялся. И напоследок кланяясь, заметил в глазах Лу Минчуаня чужеродную, совершенно несвойственную этому суровому лицу эмоцию – сочувствие.
* * *
Се Юньци, стоило ему остаться в одиночестве, совсем не изящно плюхнулся на кровать спиной и тяжело вздохнул. Он ощущал, как в нем бурлит энергия, но комфорта при этом не испытывал. Впрочем, и боли тоже, лишь замешательство и непонимание. А Третий господин ненавидел что-то не понимать. Должно быть, именно это чувство и беспокоило его – к такому выводу пришел Се Юньци, пролежав на кровати без дела некоторое время.
Морозный день уже клонился к вечеру, и в кои-то веки вышло солнце, тонкие ветви качались за окном на ветру. Се Юньци некстати вспомнил, что совсем скоро день зимнего солнцестояния. Несмотря на бытующее в праведном мире мнение, что все яо – варвары, которые только и заняты тем, что грызут друг другу глотки и сеют хаос и боль, это было вовсе не так. Хотя царство демонов – это жестокое место, в котором правят сильнейшие, даже им не чужды простые радости. Правда, ни один демон, и тем более некий достопочтенный, под страхом смерти в этом бы не признался.