Страница 47 из 257
– Даочжан Янгуй. – Из-за спины Учителя выглянула Гу Вэньвэнь. Она немного побаивалась сварливого старика.
– Вэньвэнь так выросла. – Лу Минчуань погладил седеющую бороду, оглядывая девушку. Затем он обратился к Мо Хэ. – Вэньвэнь уже давно вошла в брачный возраст…
– Даочжан, а это мой шиди, новый ученик Учителя! – Гу Вэньвэнь бесстыдно вытолкнула вперед растерянного Се Юньци, бросая его под удар. Все эти разговоры о женитьбе… Она видела старика от силы раза три, и каждая встреча начиналась с того, что он предлагал выдать ее замуж!
Уловка Гу Вэньвэнь удалась, и Лу Минчуань переключился на Се Юньци. Он оценивающе оглядел его с ног до головы, как только что Гу Вэньвэнь, и остановился на лице. Взгляд Лу Минчуаня вдруг стал задумчивым, и он странно поджал губы.
Се Юньци прошиб холодный пот. Хотя Двуликий колокольчик успешно скрывал его демоническую ауру, молодому человеку показалось, что этот старик что-то заподозрил. Однако в следующее мгновение Се Юньци сообразил, что старик внимательно разглядывает его лицо, и похолодел еще сильнее. Мало кто знал внешность наместников царства демонов, но все же такие имелись… Мог ли даочжан Янгуй быть одним из них?
Се Юньци подобрался, чувствуя, что слишком расслабился и оказался совершенно не готов к этой встрече.
– Второй ученик? – спросил старик, обращаясь к Мо Хэ.
– Меня зовут Се Юньци, «Се» как «благодарность», «Юнь» как «лучи солнца», «Ци» как «необыкновенный», – проговорил Се Юньци, складывая перед собой руки. – Для меня большая честь встретиться с великим даочжаном Янгуем. – И он слегка поклонился, опуская лицо.
Мо Хэ чуть не усмехнулся, отчего-то вспомнив их первую встречу в поместье Чан. Тогда этот павлин был гораздо самодовольнее, а сейчас присмирел, как перепелка. Гу Вэньвэнь, должно быть, тоже об этом вспомнила, потому что тихонько захихикала.
– Я взял его в ученики в Сянъяне, – проговорил Мо Хэ. – Юньци довольно способный.
– Понятно. – Даочжан Янгуй отвел взгляд от лица Се Юньци и изобразил сухую улыбку. – Поздравляю вас.
– Отец, что мы гостей на лестнице держим, – вмешался Лу Уюэ, ухо которого приобрело багровый оттенок. – Синьчжи подумает, что мы нерадивые хозяева.
Лу Минчуань бросил на него грозный взгляд, явно еще не закончив с этим сыном, но тем не менее махнул рукой, приглашая их следовать за ним. В павильоне находилась просторная чайная комната, светлая и теплая, с большим нагретым каном у окна, натопленная жаровнями по углам. После зимней стужи очутившись в тепле, Мо Хэ еле заметно выдохнул и расслабился. Ему не хотелось этого признавать, но его тело точно стало хуже реагировать на холод, несмотря на стадию Бессмертной души. Должно быть, таковы последствия отравления и недавнего искажения ци. Он пока не знал, какие побочные эффекты его ждут еще, но даоса это не слишком волновало.
Даочжан Янгуй уселся на главное место на кане, а Лу Уюэ примостился рядом, чтобы наливать чай. Мо Хэ устроился напротив, а оба его ученика заняли места с краю. На длинном столике появились белые изящные пиалы. Пока Лу Уюэ кипятил воду и заваривал чай, никто не говорил, но, взяв пиалу, Мо Хэ наконец разорвал тишину:
– Поветрие в Шанло побеждено. Уюэ проделал прекрасную работу по созданию противоядия в кратчайшие сроки.
Лу Уюэ бросил на него быстрый благодарный взгляд. Хотя отец и заботился о нем, но мало что доверял ему. В этот раз он послал сына в Шанло, и это был своего рода тест для Лу Уюэ, однако тот все же не справился в одиночку, а потом и вовсе пропал на неделю.
Лу Минчуань помрачнел и посмотрел на этого бесполезного сына, которого он зря оберегал. Стоило ему отвернуться, как тот тут же побежал просить защиты у сильнейшего в мире заклинателя, вместо того чтобы обратиться за помощью к отцу.
– А-Шу снова побеспокоил вас, – суховато произнес он.
– Что вы, никакого беспокойства, я проходил мимо и случайно оказался в Шанло. Мы встретились, как ряски на воде
[92]
[萍水相逢 – обр. о случайной встрече.]
, и я лишь немного помог между делом, – спокойно проговорил Мо Хэ.
Гу Вэньвэнь подняла глаза к потолку, с трудом удерживая невозмутимое выражение лица, а Се Юньци вскинул брови: как ряски на воде? Между делом? Разве не этот достопочтенный не смог выспаться из-за того, что его подняли ни свет ни заря и погнали в Шанло на помощь? Он посмотрел на лекаря и заметил, что лицо того разгладилось и он уже не выглядел таким напряженным.
Се Юньци вспомнил, как даос ослеп и чуть не умер из-за проклятой змеи, а его золотое ядро едва не досталось Те-эру. И все это из-за одного несчастного глупого лекаря, который не умел решать проблемы самостоятельно. Хорошо иметь в друзьях сильнейшего заклинателя Поднебесной, не правда ли? Странная злоба на Лу Уюэ проснулась в душе Третьего господина, а язык аж зачесался сказать какую-нибудь гадость и все испортить. Например: «Кажется, от той змеи только пепел и остался, да, даочжан?» Или: «Дядя Лу, а помните, вы еще Учителя на улицу вышвырнули после того, как он вам помог?»
Однако в этот момент Мо Хэ слегка повернул голову, и их взгляды встретились. Се Юньци некоторое время смотрел в черные глаза даоса, обрамленные длинными ресницами, – темные омуты стоячей воды, но не мутной, а блестящей, будто два чистейших озера. Таких не найти в Огненной пустоши, потому что вся вода там будто вечно кипит. И сам Се Юньци всегда кипел.
Но один этот взгляд – и Се Юньци отвел глаза, прикусив язык. И впервые, наверное, за всю жизнь промолчал, не ляпнув то, что было у него на уме.
Глава 45. Демона одолел северо-западный ветер
[93]
[Отсылка к чэнъюю 喝西北风 «питаться северо-западным ветром» – обр. голодать, жить впроголодь, в нужде.]
Даочжан Янгуй еще совсем не долго поболтал с ними, а затем посмотрел на сына:
– Проводи гостей до комнат, – сказал он. – Вечером устроим приветственный пир.
У Гу Вэньвэнь тут же загорелись глаза, и она поднялась, готовая уходить, но вот ее Учитель не торопился. Он отставил пиалу и многозначительно посмотрел на старика.
– Даочжан, мне еще есть о чем побеседовать с вами.
Лу Минчуань понял, что этот разговор не касался всех остальных, а потому махнул рукой, отпуская Лу Уюэ. Тот радостно вскочил, будто освобожденный от казни, споткнулся о подушку и чуть кубарем не полетел на пол. Лу Минчуань щелкнул пальцами, и духовная ци придержала его непутевого сына и поставила на ноги.