Страница 35 из 257
Он наконец открыл глаза, почти нос к носу столкнувшись со знакомым лицом. Только благодаря невероятной выдержке Мо Хэ не дрогнул и снова напомнил себе, что все это не по-настоящему.
Мужчина, сложив руки за спиной и чуть склонив голову, изучающе разглядывал даоса. В его радужках будто полыхало зеленое пламя, создавая странный контраст с огненным небом. Черты его лица казались несколько грубыми, резкими, но все равно такими же прекрасными, как в юности, просто красота словно омылась кровью. Мягкие черные волосы свободно рассыпались по плечам, а полные губы изогнулись в насмешливой улыбке, когда Мо Хэ открыл глаза.
– А-Чжи… – выдохнул этот человек, находясь так близко, что тепло коснулось кожи Мо Хэ.
Он моргнул, прогоняя иллюзию. Этого не могло быть, все это лишь плод его воображения, сердечный демон, который манипулирует эмоциями.
Этот человек давно мертв.
Стоило этой мысли сформироваться в голове, как мужчина улыбнулся еще шире.
– Ты не прав, А-Чжи, я не мертв.
Ты
убил меня. Это разные вещи. Я доверял тебе, был твоим единственным другом, твоей родственной душой. И чем ты отплатил мне? – Он шагнул назад и раскинул руки. Рукава его черного халата упали, обнажая белую кожу, испещренную порезами, а волосы вдруг намокли от крови, что текла из раны на голове. Алая струйка медленно поползла по лбу к глазам, делая облик мужчины еще более демоническим – и почему-то притягательным.
В его груди красовалась огромная зияющая рана, из которой текла и текла не переставая кровь, но мужчина этого будто не замечал.
Ци в меридианах Мо Хэ забурлила и обернулась вспять.
– Ты первый обманул меня, – выдохнул он.
– Я? – Мужчина расхохотался. – В чем? Разве были мои слова, поступки, чувства лживыми? Разве я когда-либо принуждал тебя к чему-то? Чего-то требовал? Просил тебя предать себя, орден, праведный мир? Разве я когда-либо о чем-то просил? Только один раз.
Один раз.
Кровь все сильнее покрывала его лицо, заставляя сливаться с небом, и он расхохотался – маниакально, пугающе, – напрочь стирая образ юного Шаньцзю из памяти Мо Хэ и превращая его в того, кем он являлся на самом деле.
Дэ Цзэшань, великий Владыка демонов.
Хохот раздавался в ушах Мо Хэ, и он закрыл глаза.
– Я никогда не притворялся кем-то еще, и в этом разница между нами, – наконец тихо проговорил он. – Я никогда не лгал тебе и не обманывал тебя. Я дал тебе больше шансов, чем любому демону. Но ты сам выбрал этот путь.
– Солнце и луна не могут быть вместе, но пытаются. – В голосе Дэ Цзэшаня послышалась горькая усмешка. – В этом вся суть? Инь и ян несочетаемы, верно? Если бы я не притворялся… В ясные дни солнце и луна могут оказаться на одном небе. Ты когда-нибудь видел?
Мо Хэ отрешился, сделал вид, что не слышит этих слов, и усилием воли направил ци в правильное русло. Боль от этого казалась почти физической, хотя не могла быть таковой, потому что страдала только душа.
– А-Чжи, А-Чжи… – Голос становился все тише, пока не исчез.
Последний язычок темной ци испарился из золотого ядра Мо Хэ, и тогда он открыл глаза. Вокруг снова ничего не было – толькопустота и тьма, привычное окружение.
Когда-то в его духовном пространстве плескалось бескрайнее море и сияло светлое небо. Но триста лет назад осталась лишь бесконечная ночь, данная ему самим собой в наказание за проступок.
Алая лента в волосах удивительным образом удлинилась, опутывая даоса со всех сторон, пока не превратила в кокон.
* * *
Гу Вэньвэнь немного беспокоилась. С утра пораньше сначала дядя Лу заперся с Учителем в своем кабинете и никого туда не пускал, а затем оказалось, что и шиди куда-то запропастился. Завтрак она провела в одиночестве, и долгожданная радость от победы над змеей померкла, уступив место тревоге.
После Гу Вэньвэнь несколько раз попыталась проникнуть в кабинет дяди Лу, где он обычно очищал пилюли, но каждый раз натыкалась на барьер. Каким бы слабым мечником ни был дядя Лу, он все-таки являлся могущественным заклинателем, и Гу Вэньвэнь не могла преодолеть его защиту без разрешения.
Тогда она начала подозревать, что с Учителем что-то случилось. Может, шэяо его ранила? Или он переутомился? Или – еще хуже – его болезнь обострилась? Новостей не было, и Гу Вэньвэнь металась по двору.
Поэтому, когда вернулся Се Юньци, она уже порядком себя накрутила и бросилась к нему.
– Шиди! Где ты пропадал? – обвинительно спросила она.
– Гулял, погода сегодня замечательная, – буркнул тот.
Гу Вэньвэнь подняла глаза на пасмурное небо и недоуменно сморщила нос. У ее шиди… были странные предпочтения. Да и вообще, обычно Се Юньци бывал с ней вежлив и улыбчив, и редко когда она видела его в таком настроении.
– Ты тоже беспокоишься об Учителе? – прозрела она. – Давай вместе подождем новостей, так спокойнее. – И она похлопала его по плечу, жестом предлагая усесться в каменной беседке посреди двора.
Се Юньци недоуменно вскинул брови и уже открыл было рот, но захлопнул его, послушно последовав за Гу Вэньвэнь. А уже там он сменил маску и улыбнулся.
– Не волнуйся, шицзе, Учитель все-таки Бессмертная душа.
Правда, этот достопочтенный понятия не имел, что случилось с проклятым даосом за время его отсутствия. Буквально ни на мгновение нельзя оставить! Когда они расстались, тот был жив и здоров, затем этот достопочтенный наносил визиты Четвертому брату и своим слугам, а когда вернулся, оказалось, что этот даос заболел?
– Да, но… – Гу Вэньвэнь в сомнении пожевала губами. – Возможно… – Она не знала, стоит ли доверять Се Юньци свои догадки насчет болезни Учителя, поэтому решила просто оставить их при себе и вздохнула: – Может, змея его ранила, ты не видел?
Се Юньци покачал головой.
– Дядя Лу заперся с ним в кабинете, но я не знаю когда. – Найдя благодарные уши, Гу Вэньвэнь тут же вылила на шиди все свои тревоги. – Вдруг что-то случилось с Учителем? А я даже не могу войти.
– Не волнуйся, дядя Лу все-таки божественный лекарь, – утешил ее Се Юньци, а сам повернулся к запертым дверям, и его глаза сверкнули.
Что бы ни делали Лу Уюэ и даос внутри, разве барьер мог остановить Третьего господина царства демонов? Вероятно, девица права, и даос ранен. Разве это не лучший момент, чтобы напасть?