Страница 84 из 87
«Принц, конечно, весьма хорош собой. Дерется как лев, а смотрит на меня так, что ясно даже слепому о ходе его мыслей». – Расслабившись, она временно отпустила все свои тревоги, незаметно возвращаясь воспоминаниями к прошлой ночи. – «Он не скован догмами народа Илитиире и вполне может себе позволить сделать ко мне первый шаг. Если бы я, хотя бы намеком, дала ему понять о том, что сама думаю обо всем этом, он бы его наверняка сделал.., и тогда не было бы вообще этой нашей дурацкой дуэли..», – она внутренне улыбнулась своим мыслям. – «Хотя теперь он это точно знает..». – Ей вспомнился солоноватый от пота вкус его упругих, но одновременно таких мягких, податливых губ, запах его сбившегося после поединка горячего дыхания, восходящими потоками коснувшегося ее склоненных над его лицом ноздрей.
Если она сама, когда этого хотела, пахла для других – спелой, лесной земляникой, то его аромат из смеси луговых цветов, меда, с почти незаметными оттенками корицы, показался ей очень привлекательным, хотя и не совсем обычным. Привычный же для нее с самого детства запах цветущего мха и лишайников, горящих факелов и льняного масла для их заправки, которым был пропитан воздух Пещеры, и которым естественно пропахли все выросшие в ней дроу, не имеющие, в отличие от благородных женщин илитиире, собственного аромата, настолько приелся ей, что казался вполне обычным, естественным фоном. Здесь же, на Поверхности, она открыла для себя весь широчайший спектр запахов живой природы, а так же ее самых исконных обитателей.
Незаметно для себя она уснула, так и не выйдя из потока своих мыслей. Во сне, ее личный долг перед своим Домом, непоколебимая вера в богиню и зарождающиеся в душе молодой илитиире чувства, приобрели неслыханный, воистину каламбурный коктейль. Наслаиваясь, а затем и сменяя друг друга, этот калейдоскоп из никак не связанных между собой понятий и образов, каким-то чудом уживался сам с собой, причем довольно гармонично существуя, в этом ее сумбурном, беспокойном сновидении.
Зато проснувшись с первыми лучами солнца, она уже имела четкое решение своей главной головной боли. Выскочив из повозки, молодая илитиире вскинула вверх руки и потянулась кончиками пальцев к восходящему солнцу. После этого она сделала полную растяжку своего тела и только потом, с удовольствием, позавтракала свежими фруктами с ломтиками вчера вечером зажаренного, свежего мяса и выдержанного в рассоле сыра.
Оставалось дело совсем за малым: к вечеру этого дня довести сводный Поход до Пещеры, затем выспаться, привести себя в порядок и, наконец, не попадаясь на глаза Сабал’л, добраться до алтаря храма, где, прежде всего – начистоту и обо всем, спокойно и с толком, поговорить с самой Л’лос, верховной богиней своего народа.
Глава 28. Поход. День двенадцатый. Правящий Дом Ми
ззрим.
К концу дня войско дроу обогнуло горы, достигло холмов, а перевалив через них, оказалось у основного входа в Пещеру. Радостные возгласы, ускорившийся шаг и некоторая нестройность в обычно идеальных рядах воинов, говорили о том, что все они бесконечно рады возвращению домой. Анл’луриин же одолевали двойственные чувства. Она, конечно же, была рада тому, что Поход, по сути, очень удачно закончен и с ее плеч вскоре спадет груз тяжелой ответственности. С другой стороны, ее очаровал мир на Поверхности, и она с сожалением прощалась с ним сейчас, не спеша погрузиться в вечный полумрак своей родной Пещеры.
Ряды воинов проходили мимо, а она стояла чуть в стороне от вившейся и плавно опускавшейся вниз дороги, проложенной неизвестно насколько давно и поддерживаемой патрулями дроу в отличном состоянии для того, чтобы груженые товарами караваны, могли в любую непогоду не бояться застрять здесь или поломать свои телеги.
Поравнявшаяся с ней Ал’лак отсалютовала ей, проводя воинов своего Дома внутрь, а Глава Похода все еще стояла неподвижно, не торопясь заходить внутрь. Быстрые мысли и тяжелые думы одолевали ее сознание, заставляя вновь и вновь прокручивать в памяти события этих двенадцати напряженных дней. Внутрь она зашла одна из последних, вместе с бойцами Дома, в этот день двигающегося в арьергарде сводного воинства. Пока она стояла, пропуская бесчисленны шеренги двигающейся колонны, ее омывали восхищенные взгляды дроу, воинские салюты офицеров, благодарные кивки старших жриц. Она воспринимало это как должное, купаясь в лучах заслуженной славы и лишь изредка приветствуя легким наклоном головы участниц штаба или хорошо знакомых ей жриц.
Прошло несколько часов череды извилистых коридоров, перекрестков и развилок с изредка попадавшимися ей патрулями, прижатых к стенке и пропускающих мимо себя спешащих домой участников Похода. И, наконец, уже ближе к полуночи, Пещера распахнула свои просторы перед ней, а в нескольких километрах над ними, небо окончательно потухло, высыпав на свой купол мириады ярких звезд.
Анл’луриин практически последняя вышла в огромную Пещеру и замерла в легком недоумении. Весь Поход, в полном составе, подчиняясь команде Ал’лак, ни словом не жестом не давшей ей намека о своей задумке, дружно встретил появление Главы громогласным троекратным выкриком:
— Анл’луриин, Анл’луриин, Анл’луриин!!!
Все, начиная от простых воинов и заканчивая старшими жрицами правящих Домов, дружно проорали ее имя, вкладывая в каждую букву всю свою любовь, преданность и безмерное восхищение. Они стояли двумя параллельными шеренгами, склонив головы, образуя между собой продолжение скального коридора из своих тесно сомкнутых рядов и Анл’луриин шла по этому живому туннелю, своды которого были образованы из поднятых над ее головой в салюте тысяч клинков, смыкающихся над ней в центре с ответными, из противоположного ряда.
Эта живая арка из воинов, с воздетыми в руках клинками показалась ей бесконечной, а многочисленные светящиеся лица, вдохновленные своими чувствами к ней, лучились искренними эманациями, которые она впитывала всей своей кожей. С каждым шагом она словно заряжалась их любовью и преданностью, забывая и без остатка окончательно излечиваясь от ран, как физических, так и моральных, которые получила в храме людей. Итак пружинящая и упругая ее походка, становилась все более стремительной и отнюдь не из-за желания поскорее достичь конца этого живого коридора, а потому что она практически перестала уже касаться сапогами пола Пещеры, настолько заряженной она себя чувствовала в данный момент.