Страница 32 из 87
Глава 10. Тренировки жрицы
Несколько недель пролетели незаметно, хотя и были для Анл’луриин заполнены новой муштрой матери, лекциями и ее самостоятельным постижением различных нюансов и тонкостей на Пути служения Л’лос, в качестве жрицы. За это время прошла еще одна служба, уже не такая значимая, а потому гораздо менее посещаемая дроу Дома Миззрим. Ее уже, по традиции, провела, как и положено, сама Сабал’л, выглядевшая на ней вполне восстановившейся, после того случая, что произошел в день прохождения Анл’луриин Ритуала «Единение с Л’лос», не позволившего верховной жрице, принять участия в тот же день, в большой службе и тем более возглавить ее.
Фаэрил’л с блеском тогда заменила Сабал’л и даже не скрывала своего торжества, когда именно к ней подходили высокопоставленные дроу их Дома за благословением, или чтобы поздравить ее, с на редкость удачно прошедшим, праздничным Действом. Мать не высказала дочери тогда ничего: ни похвалы, ни упреков, а это значило, что ее напутствие было выполнено молодой жрицей в полной мере, и она делала в тот раз все правильно и согласно канонам.
Сама же Анл’луриин, уже спустя пару дней после Ритуала, почувствовала себя в норме и даже не столь зверски избивала на тренировках, подвернувшихся ей партнеров по спаррингу. Не желая себе признаваться даже в такой, казалось бы, маленькой слабости, она, тем не менее, ждала каждое утро Найл’лота, чтобы признаться ему в том, что ей не помешали бы уроки по шлифовке техники работы с холодным оружием.
Ей уже до смерти надоели все те дроу, которых она побеждала ни по одному десятку раз. Она откровенно скучала в подобных спаррингах, устав изобретать сама себе трудности, чтобы не завершить схватку на первых же минутах очередного тренировочного боя. Даже когда она действовала только левой рукой, отбросив на пол правую сику – это не слишком удлиняло очередной поединок.
Наконец, одним удачным утром, когда она вошла в залу, ее взору открылась долгожданная картина. Она увидела Найл’лота, бодро гоняющего по тренировочной арене сразу двух молодых дроу, вооруженных одинаково: классический узкий меч эльфов и прямой кинжал. Офицер же, в свою очередь вооружился двумя плоскими, гибкими саблями, которые мелькали в его сильных, татуированных на ловкость руках так быстро, что смазывались временами в своих стремительных движениях. Ей даже сначала показалось, что мастер боя вооружился двумя металлическими веерами, раскрытых сектором, градусов в шестьдесят.
Тихонько встав у входа, чтобы своими движениями не отвлекать бойцов от поединка, она наблюдала за тем, как сначала один, а затем и второй противник офицера, поднимают мечи вверх, показывая этим, что их ранения, хоть и условные, уже не позволяют им дальше вести бой. Улучив момент, пока Найл’лот все еще добивал последнего, она, стремительной тенью пробежав позади него, выскочила перед ним на то самое место, что только что покинул последний его противник, и тут же закрутила свои парные сики в атакующем вихре.
Если Найл’лота что-то и обескуражило, то он никак этого не показал. Его не успевшие потерять скорость сабли, со звоном столкнулись с ее оружием, высекая искры при прямом парировании. Но дальше, их клинки чаще лишь скользили друг по другу, отводя удары не за счет блоков, а благодаря умелому изменению направления чужих ударов. При такой скорости, времени на увороты у нее особо не было. Скорость летающей в воздухе стали, в эти минуты намного превышала возможности ее мышц, обеспечивать соответствующую для них быстроту движениям ног, рук, или тем более корпуса.
Кисти девушки работали наравне с бицепсами и трицепсами, усиливая за счет гибкости суставов амплитуду, рычаг, а, следовательно – скорость и силу ударов ее сик. В эти минуты, ей некогда было обозревать обстановку, но по дружным «охам» и «ахам», она понимала, что поединок заворожил всех, кто в этот момент был в зале, а народу было, как она видела при входе, сегодня не мало. Переступы, быстрая смена позиций, боковые, приставные шаги, наклоны корпусом вперед или назад, при смене атаки на оборону – все это она использовала в полной мере, но с каждой минутой все больше понимала, что при работе на одной технике, в подобном бою, Найл’лота ей не одолеть. Ее же сильные стороны, такие как гибкость и стремительность текучих, обходных или обманных движений, при такой откровенной рубке, ведущейся на запредельных для глаз скоростях – не работают, потому что на это – тупо нет времени. Снизить же темп, чтобы дать шанс своему гибкому телу начать успевать за сталью – противник ей сегодня не позволял.
Нечего было и надеяться на то, что он устанет первым или ей удастся его ранить, чтобы хоть немного замедлить. Тем более на ее руках и плечах уже красовались следы его попаданий, правда пока лишь касательные и не слишком глубокие. Сама же она, лишь единожды сумела уколоть Найл’лота в корпус. Более опытный и превышающий ее в технике владения клинками, противник был к тому же и более силен физически. Поэтому последним аргументом, для нее оставалась магия, которой офицер был практически лишен, а точнее, как и все дроу, конечно же, обладал, но на гораздо меньшем уровне искусства, чем ею владела она.
— Огонь души! – Тихо и мелодично пропела дроу, на мгновение, ослепляя противника и тут же перекатом уходя в сторону, от включившего незамедлительно веерную защиту офицера.
Она прекрасно понимала, что миг почти полной слепоты от вспышки ее заклинания, повесившего в зрачки бойца ослепляющих «зайчиков», длится не более пары секунд, позволяя за несколько смаргиваний вернуть свое зрение. Поэтому времени для задуманного, у нее было в обрез. Но для гибкой и очень быстрой дроу, даже этой пары секунд вполне хватало, чтобы следом за перекатом, метнуться за спину, продолжавшему крутить перед собой парные сабли бойцу.
С легкой, победной ухмылкой, она нанесла срубающий голову удар правой сикой, метясь под его затылок, но тут же улыбка погасла на ее устах. Перед ее почти достигшей цели сикой, вклинился клинок его сабли, а второй рукой, Найл’лот уже захватил в плен ее левое запястье, продолжающее нести стальную смерть, успев перед этим, откинуть в сторону свою вторую саблю.
— Слишком предсказуемо, молодая жрица. – Просипел он, тяжело дыша, как собственно и она, после такого дикого по интенсивности спарринга.