Страница 61 из 106
Мои пальцы крепче сомкнулись вокруг руки Беккета.
— Что случилось?
— Вошел человек с пистолетом. Теперь, оглядываясь назад, я помню, что видел его рядом с клиникой в предыдущие дни. Я должен был понять, что что-то не так.
— Потому что видел какого-то человека по соседству? Он мог там жить.
— Он слишком пристально следил за нашим зданием. Я должен был понять, что дело нечисто. Но не понял.
Я провела большим пальцем по руке Беккета. Молчаливая просьба продолжать.
— Я не видел, как он вошел. Я был в дальней комнате, но услышал крики. Выбежал — а он держал ее перед собой, как живой щит. Пистолет у ее головы.
— Кого? — тихо спросила я.
— Джаэль. Женщину из этого района. Я так долго добивался, чтобы она начала мне доверять. Она не любила врачей. Но ее сын хромал. Я видел: когда он вырастет, боль будет только усиливаться. Наконец я уговорил ее прийти и позволить мне осмотреть его. Ему нужна была простая лечебная гимнастика. Только и всего. Через несколько месяцев он был бы совершенно здоров.
Беккет закрыл глаза, словно все происходило прямо перед ним.
— Тот мужчина требовал лекарства. Я сказал, что достану ему все, что он захочет, но у нас был перерыв между поставками, и запасов почти не осталось. Он разозлился и сказал, что я лгу. Потом направил пистолет на Адриана, сына Джаэль. Она закричала так громко.
— Я бросился к мальчику. Пистолет выстрелил. Пуля нас не задела, но прошла совсем рядом. Джаэль попыталась отбиться, а я выхватил пистолет, который стал носить с собой. Я приказал ему бросить оружие. Он не колебался. Он пустил пулю Джаэль в голову. Потом начал стрелять по всем, кого видел в приемной. Я убил его. Но было уже поздно.
Не знаю, как вообще расслышала слова Беккета, когда кровь так громко стучала у меня в ушах.
— Беккет.
Я скорее ощутила его имя во рту, чем услышала на своих губах.
Его взгляд встретился с моим.
— Я замешкался, и погибло столько людей. Я пытался спасти всех, кого мог, но со мной была только одна медсестра. Медики приехали, но этого оказалось мало. Адриан уже никогда не станет прежним.
Я двинулась не думая, забралась Беккету на колени и обвила его руками.
— Это не твоя вина.
— Разве?
— Нет.
Я повторяла это слово снова и снова, чувствуя, как он дрожит. И только когда влажные капли коснулись моей шеи, я поняла, что он плачет. Мои пальцы сжали его футболку.
— Мне так жаль.
Я не могла представить весь ужас, который он видел. Не могла представить, каким беспомощным он себя чувствовал. Я отдала бы все, чтобы забрать у него эту боль.
— Это оказалось слишком. Всего через несколько недель мне позвонили и сказали, что Хэдли ранена. Я подвел своих пациентов. Свою семью. Мне нужно было хоть что-то сделать, чтобы все исправить. Я знал, что здесь у меня больше шансов.
Я выпрямилась, чтобы заглянуть в его прекрасные глаза.
— А как же то, чего хочешь ты сам?
Он несколько раз моргнул.
— Большую часть жизни я гнался за тем, чего хотел. Теперь пришло время быть рядом с семьей, если я им нужен.
Я убрала волосы с его лица.
— А ты не думал, что, может быть, ездил во все эти места, разорванные бедствиями и войной, доводил себя до изнеможения, потому что пытался искупить вину? Я не говорю, что работа, которой ты занимался, ничего тебе не давала. Но судя по тому, что я слышала от тебя и твоей семьи, ты загонял себя до предела. Ты не думал, что, возможно, наказывал себя за то, что оставил Шайло с Хейзом? За то, что уехал учиться, вместо того чтобы остаться дома?
На его щеке дернулся мускул.
— Я…
Он осекся и уставился в темное окно.
— Не знаю.
— Ты не заслуживаешь наказания. Ты не заслужил того, что случилось с тобой в Венесуэле. Ты заслуживаешь счастья. Не потому, что ты особенно хороший, а потому, что ты человек. Мы все этого заслуживаем.
Беккет снова посмотрел на меня.
— Не уверен, что могу поверить в это, когда речь о Уолтере и твоем отце.
Я провела рукой по его лицу, кончики пальцев закололо от щетины.
— Может, будь они счастливы, они не были бы такими несчастными ублюдками.
Беккет коротко рассмеялся. Когда смех стих, он вгляделся мне в глаза.
— Как тебе удается заставить меня смеяться даже после всего, через что я только что прошел вместе с тобой?
— Смех нам нужен, Беккет. Он помогает нам оставаться людьми. Я слишком долго его не слышала. А теперь, когда он вернулся, я его не отпущу. И тебе не позволю потерять.
Он опустил лоб к моему. Наши губы разделяло совсем ничего.
— Не знаю, что я сделал, чтобы заслужить тебя.
— Я чувствую то же самое.
Его пальцы скользнули вверх и вниз по моей спине, рассыпая по коже искры.
— Я не хочу сегодня спать один.
— Я тоже не хочу.
Я не могла представить, что оставлю Беккета наедине с его кошмарами этой ночью. Или любой другой.
— У меня огромная кровать. Человека четыре поместятся. Хочешь спать там?
Сердце забилось о ребра. Еще один первый раз. Другая близость. Не обязательно романтическая, но из тех, что соединяют души. Ответ мог быть только один.
— Да.
27