Скрытые воды

Глава 9

АДДи

Я перехватила поудобнее большую тканевую сумку с продуктами на неделю и пошла по тротуару. На окраине города был супермаркет побольше, с куда лучшим выбором, но без машины мне туда было слишком далеко. К счастью, в маленьком магазине здорового питания нашлось почти все, что мне было нужно.

Идти все равно приходилось немало, но обычно мне это нравилось. Сегодня каждый шаг давался с трудом. Прошлой ночью я ворочалась без конца и никак не могла провалиться в тот глубокий сон, после которого просыпаешься отдохнувшей. Я привыкла знать, что в доме одна. Со временем даже нашла в этом какое-то умиротворение.

Когда я только переехала, спала, вцепившись в деревянную бейсбольную биту, купленную в местном спортивном магазине. Все ждала, что отец ворвется и потащит меня домой за волосы. Но этого так и не случилось. Постепенно, со временем, я немного расслабилась.

Тишина в отреставрированном фермерском доме стала бальзамом для моей души. Я так привыкла к тому, что люди отца устраивали черт знает что, что на его ранчо никогда по-настоящему не расслаблялась. В доме Хейза все было иначе, и вместе с тишиной пришел покой.

Одно только знание, что Беккет где-то в конце коридора, заставляло адреналин бить в кровь, а за ним накатывало чувство вины. Он был ко мне исключительно добр. Когда мы доели пиццу, он осмотрел ранку на моем пальце, чтобы убедиться, что она хорошо заживает. Потом предложил посмотреть фильм в гостиной, но я отказалась и поднялась к себе почитать.

Я хотела довериться этой доброте. Поверить, что Беккет просто такой человек. Но меня не так воспитали. Годы жизни под каблуком у отца заставляли меня сомневаться в мотивах каждого. От этой мысли во мне вскипала злость. Я не хотела так жить — боясь подпускать людей ближе и сжимая свой мир до того же крошечного размера, каким он был, когда я уехала с ранчо Кемпер.

— Адалин.

Я дернулась, будто меня ткнули электропогонялкой. Мышцы свело, сердце заколотилось о ребра.

— Адалин. — Теперь в его голосе слышалось больше напряжения, едва сдерживаемой ярости.

Я медленно повернулась и оказалась лицом к лицу с человеком, который превратил мою жизнь в кошмар наяву.

— Отец. — Я изо всех сил старалась говорить ровно, но слово вышло скорее хрипом.

Он шагнул ближе, и я тут же отступила. Взгляд заметался по улице. Я стояла на главной дороге, проходившей через город, вокруг было полно людей, так что просто схватить меня он не мог. Мышца на его бородатой челюсти дернулась — верный знак, что мне сейчас достанется.

— Такое поведение недопустимо.

— Я не делаю ничего плохого. — Голос дрогнул, но я все равно произнесла эти слова.

Его глаза чуть сузились. Обычный прохожий, может, и не заметил бы, но я привыкла выискивать каждую мелочь. Любой знак, что ветер меняется и мне пора бежать.

— Я слышал, в дом, где ты живешь, въехал мужчина. Ты вышла замуж, а я пропустил?

Спина у меня выпрямилась как струна. Он знал, где я живу. Это не должно было меня удивлять, но от мысли, что он следит за мной так пристально и уже знает, что Беккет переехал вчера вечером, мне захотелось содрать с себя кожу.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь.

Лучше было прикинуться дурочкой. Если я ничего не подтвержу, он мало что сможет сделать. Может, даже начнет сомневаться, живу ли я там вообще.

На его челюсти снова дернулась мышца. Я просчиталась и теперь пожалею.

— Эти Истоны только и делали, что разваливали нашу семью. Мало того что твоя кузина шлюхой легла под одного из них. Я не позволю тебе пойти по той же дорожке. Не позволю так позорить свою семью. За такие вещи приходится платить, и не думаю, что ты готова заплатить эту цену.

К горлу подступила желчь, меня захлестнула тошнота.

— Д-держись от меня подальше.

Отец ухмыльнулся. Мало что радовало его сильнее, чем понимание, что он меня напугал. Наверное, дело было в том, что я слишком похожа на мать, а он никого не ненавидел больше. Он не мог вынести, что она вырвала у него свою свободу.

— У нас свободная страна, Адалин. Я могу ходить, где захочу. Может, прогуляюсь по твоей милой улочке. Может, чиркну спичкой и посмотрю, что загорится.

Мне нужно было выбраться. Уйти. Я не могла дышать.

Я больше не сказала ни слова. Просто развернулась и бросилась прочь.

Легкие горели, пока я бежала по тротуару, а сумка с продуктами била меня по боку. Я свернула в переулок, надеясь, что поступила правильно: меньше людей увидит, как я выставляю себя дурой, но и меньше людей заметит, если со мной что-то случится.

От этой мысли я побежала еще быстрее. Домой я пошла дорогой, которой никогда раньше не ходила, надеясь, что отец не знает этого маршрута. К тому времени, как впереди показался знакомый белый фермерский дом, мышцы уже кричали от боли.

При виде дома из глаз хлынули слезы, но я не остановилась, пока не добралась до входной двери и не начала шарить по сумке в поисках ключей. Рука дрожала, когда я попыталась открыть замок. С третьей попытки я вставила ключ в засов и повернула.

Сигнализация пискнула, и я захлопнула за собой дверь, тут же заперев ее. Потом бросилась к панели и ввела код. Только палец соскользнул, и я пропустила одну цифру. Сигнализация издала серию коротких писков.

Черт, черт, черт. У меня оставалась всего одна попытка, прежде чем охранная компания позвонит на стационарный телефон, а потом Хейзу, если я не отвечу правильно. Я судорожно вдохнула и одной рукой придержала другую. Сосредоточилась на каждой цифре, делая паузу перед тем, как нажать.

Когда сигнализация издала один короткий писк, означавший, что код принят, тело меня подвело, и я рухнула на пол, вся спутанная, как сломанная кукла. Я подтянула колени к груди и крепко обхватила их руками.

Кровь так громко шумела в ушах, что я больше ничего не слышала. Казалось, весь мир то проступает, то снова расплывается, пока я сидела там. Я понятия не имела, сколько прошло времени, прежде чем надо мной скользнула тень.

Чистый инстинкт заставил меня закричать и лягнуть.

Беккет поймал меня за щиколотку одной рукой.

— Дерьмо! Адди, это всего лишь я. — Все мое тело тряслось, и он отпустил мою ногу, присев передо мной. — Ты ранена?

Я покачала головой.

— Можешь сказать, что случилось?

Дрожь в мышцах усилилась.

— Я увидела отца в городе. — Он заслуживал знать, почему я едва не заехала ему по яйцам. По крайней мере, он имел право на мою честность. И все же стыд, густой и удушающий, накрыл меня с головой. Я была так далека от той нормальности, о которой мечтала.