Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 15 из 153

Потом на неё.

— Нападение?

— Предупреждение.

Он сел рядом.

Не слишком близко.

Но достаточно, чтобы Клэр почувствовала запах солнца, ткани и чего-то древесного.

Она снова посмотрела на рощу.

— Скажите честно.

— Попробую.

— Это имеет смысл?

— Что?

— Спасать её.

Натан долго не отвечал.

Не утешал.

Не говорил то, что ей хотелось услышать.

И именно поэтому Клэр поверила, когда он сказал:

— Да.

Она посмотрела на него.

— Почему?

Он указал на деревья.

— Потому что они живы. Потому что здесь есть хорошие сорта. Потому что земля подходящая. И потому что старые деревья нельзя получить быстро. Деньги могут купить землю и молодые саженцы. Время — нет.

Клэр медленно провела пальцами по шершавой коре ближайшего ствола.

Время.

Пятнадцать лет тоже нельзя было вернуть.

Но, может быть, не всё старое нужно выбрасывать только потому, что за ним давно никто не ухаживал.

Она тут же поморщилась.

Слишком красивая мысль.

Опасная.

— Не смотрите так, — сказал Натан.

— Как?

— Будто уже придумали что-то.

Клэр поднялась.

Отряхнула джинсы.

— Я ничего не придумала.

— Врёте.

— Мы знакомы второй день.

— Я быстро принимаю решения.

Она посмотрела на него.

Он совершенно невозмутимо вернул ей собственную фразу.

Клэр рассмеялась.

— Ладно.

— Что ладно?

— Покажете мне вашу маслобойню.

Натан поднялся.

— Когда?

— Сегодня.

— У меня работа.

— У меня тоже.

— Какая?

Клэр обвела рукой рощу.

— Вот эта.

Он посмотрел на неё.

Потом на деревья.

— В четыре.

— В три.

— В четыре.

— В три тридцать.

— Вы всегда торгуетесь?

— Теперь да.

— Четыре.

Клэр протянула руку.

— Три сорок пять.

Натан посмотрел на ладонь.

— Это даже не компромисс.

— Конечно. Это моя победа.

Он пожал руку.

— Три сорок пять.

Клэр улыбнулась.

— Видите? Уже учитесь.

— Чему?

— Жить рядом со мной.

Он не отпустил руку сразу.

Всего долю секунды.

Может быть, ей показалось.

Потом пальцы разомкнулись.

Натан отступил.

— Возьмите воду.

— У меня есть.

— И уберите палку.

— Нет.

— Почему?

— Змеи.

Он нахмурился.

— Какие змеи?

Клэр замерла.

— Калифорнийские.

Натан смотрел на неё.

Потом медленно закрыл лицо ладонью.

— Элеонора?

Клэр почувствовала неладное.

— Что?

Он опустил руку.

— Здесь бывают гремучие змеи, как и много где в округе. Но возле дома и на ухоженных участках они не бегают толпами.

Клэр прищурилась.

— Она сказала, что в роще змеи.

— Теоретически.

— Теоретически?!

С террасы, далеко за деревьями, раздался голос Элеоноры:

— Клэр!

Клэр развернулась.

— Что?!

— Ты жива?!

Натан согнулся от смеха.

Клэр подняла палку.

— ЭЛЕОНОРА!

Издалека донеслось:

— Значит, жива!

Клэр посмотрела на Натана.

Он уже откровенно смеялся.

— Ни слова.

— Я ничего.

— Ни одного.

— Конечно.

— Иначе получите палкой.

— Теперь я действительно начинаю понимать её назначение.

Клэр пошла к дому.

Через несколько шагов услышала за спиной:

— Клэр.

Она обернулась.

Натан стоял между старых олив, залитый пятнами солнечного света.

— Что?

Он кивнул на рощу.

— Не продавайте пока.

Клэр посмотрела на серебристые деревья.

На сухую землю.

На плоды среди листьев.

Потом снова на него.

— Не собиралась.

И только произнеся это, поняла, что сказала правду.

---

Элеонора ждала её на террасе.

На столике стоял кувшин с водой и два стакана.

Клэр поднялась по ступеням.

Положила палку рядом.

— Вы ужасный человек.

— Что случилось?

— «Там змеи».

— Они там могут быть.

— Вы прекрасно знали, что я представлю логово.

— Я не отвечаю за твоё воображение.

Клэр налила воду.

Выпила половину стакана.

Элеонора смотрела на неё.

— Ну?

— Что?

— Роща.

Клэр медленно поставила стакан.

— Живая.

В глазах Элеоноры что-то изменилось.

— Натан сказал?

— Да.

— И?

Клэр посмотрела на старые деревья.

Ветер снова прошёл по ним.

Серебро.

Зелень.

Солнце.

— И я пока её не продаю.

Элеонора не улыбнулась.

Только чуть сильнее сжала пальцы на подлокотнике.

— Хорошо.

Клэр посмотрела на неё.

— Вы рады?

— Нет.

— Врёте.

— Не льсти себе.

— Плохо знаете своё лицо.

Элеонора медленно повернула голову.

Клэр улыбнулась.

Возвращать собственные фразы оказалось невероятно приятно.

— Хамка.

— Развиваюсь.

— Заметно.

Клэр взяла второй стакан.

И вдруг заметила на террасе старую каменную ступеньку.

Всего одну.

Невысокую.

От двери к нижней части внутреннего двора.

Пандус шёл сбоку.

Элеонора смотрела туда же.

Очень коротко.

Потом отвела глаза.

Клэр проследила за взглядом.

— Что?

— Ничего.

— Элеонора.

— Я сказала ничего.

Клэр подошла ближе.

— Вы смотрели на ступеньку.

— Поздравляю.

— Почему?

— Потому что она там находится.

Клэр нахмурилась.

— Вы когда-нибудь пытались встать после операции?

Тишина.

Элеонора стала совершенно неподвижной.

— Не твоё дело.

— Значит, пытались.

— Клэр.

— Что сказали врачи?

— Закрыли тему.

— Кто?

— Я.

Клэр смотрела на неё.

На тонкие руки.

На неподвижные ноги.

На идеально поднятый подбородок.

И впервые подумала не о том, что Элеонора не ходит.

А о том, почему никто больше не пытается сделать так, чтобы она ходила.

— Когда вы последний раз были у специалиста по реабилитации?

— Я сказала: закрыли тему.

— Хорошо.

Клэр села напротив.

— Сегодня.

Элеонора сузила глаза.

— Что сегодня?

— Сегодня закрыли.

— Клэр.

— Завтра откроем снова.

— Не смей.