Страница 11 из 153
Они посмотрели друг на друга.
Натан положил папку на стол.
— Я оставлю документы по дороге.
Клэр снова вернулась к звонку.
— Да, я здесь… Нет, не умерла… Простите, это не вам.
Элеонора подняла бровь.
Через три минуты Клэр закончила разговор.
Положила телефон.
Посмотрела на Натана.
— Вы всегда входите в чужие дома без стука?
— Я постучал.
— Я не слышала.
— Элеонора сказала входить.
— Элеонора здесь не хозяйка.
— Хозяйская спальня моя, — напомнила та.
Клэр повернулась к ней.
— Ещё раз — и я переставлю вашу кровать ночью.
— Попробуй.
Натан кашлянул.
Клэр посмотрела.
Он явно прятал улыбку.
— Не поощряйте её.
— Я ничего не делаю.
— У вас лицо делает.
— Какое?
— Весёлое.
— Извините.
— Не верю.
Он открыл папку.
— Дорога.
Клэр придвинула бумаги.
Схема участка.
Старое соглашение.
Смета.
Она прочитала сумму.
— Нет.
Натан опёрся предплечьями о стол.
— Что нет?
— Всё.
— Очень конструктивно.
— У меня нет восьми тысяч на дорогу.
— Ваша половина — шесть двести.
— О, тогда беру две.
— Клэр.
Первый раз он произнёс её имя без «мисс Морган».
Она почему-то заметила.
— Что?
— Ремонт нужен.
— Почему именно сейчас?
— Потому что после зимы пошли трещины, а следующая зима добьёт покрытие.
— Здесь вообще бывает зима?
— Бывает дождь.
— У меня от дождя уже растут грибы.
— Я слышал.
Клэр повернулась к Элеоноре.
— Вы и грибы успели обсудить?
— За семь лет люди разговаривают.
— Про мои будущие грибы?
— Тогда они ещё были моими.
Натан всё-таки улыбнулся.
Клэр вздохнула.
— Я не могу сейчас потратить шесть тысяч двести на дорогу.
— Хорошо.
Она ожидала спора.
— Хорошо?
— Отложим основную часть.
— Просто так?
— Нет. Я временно заделаю самые плохие места на своей стороне и возле развилки. До осени хватит.
— Сколько я должна?
— Нисколько.
Клэр сразу напряглась.
— Нет.
— Что?
— Я не принимаю благотворительность.
— Это не благотворительность.
— Вы оплачиваете мою часть.
— Я сказал, что временно сделаю минимум своими людьми. Они всё равно будут там работать.
— И?
— И мне нужна проезжая дорога.
— Значит, я буду должна.
— Нет.
— Натан.
Он посмотрел на неё.
Спокойно.
— Клэр.
Она вдруг поняла, что он её передразнивает.
— Очень смешно.
— Я не шутил.
— Я заплачу свою часть.
— Когда будет полноценный ремонт.
— Запишите.
— Куда?
— Не знаю. В список городских идиоток, которым нельзя делать одолжения.
Он откинулся на стуле.
— Я никогда не называл вас идиоткой.
— Но подумали.
— Пока нет.
— Пока?
— Мы знакомы шесть часов.
Элеонора сказала:
— Дайте ему время.
Клэр посмотрела на обоих.
— Вы удивительно быстро нашли общий язык.
— Мы знакомы много лет, — сказал Натан.
— Тем хуже.
В этот момент снаружи что-то стукнуло.
Потом раздался детский голос:
— Пап!
Натан повернулся.
Через открытую дверь в кухню заглянула девочка.
Лет десяти.
Тёмно-русые волосы собраны в высокий хвост. На носу и щеках россыпь веснушек. Джинсовые шорты, выцветшая синяя футболка, кроссовки.
Она увидела Клэр.
Остановилась.
Потом перевела взгляд на Элеонору.
— Привет.
Элеонора чуть приподняла подбородок.
— Здравствуй, Софи.
Значит, дочь.
Софи Коул.
Клэр вспомнила паспорт… нет, никакого паспорта в жизни не было — только вчерашние обрывки информации от Натана. Она знала лишь, что у соседа есть ребёнок.
Софи вошла.
— Бабушка сказала, ты здесь.
Натан нахмурился.
— Ты приехала одна?
— На велосипеде.
— Софи.
— В шлеме.
— Я не про шлем.
— Тогда не знаю, какой правильный ответ.
Клэр опустила взгляд, скрывая улыбку.
Элеонора сказала:
— Правильный ответ: «Да, папа, я нарушила договорённость и больше так не буду».
Софи посмотрела на неё.
— Но я буду.
Элеонора замолчала.
Натан закрыл глаза.
Клэр ждала.
Элеонора медленно сказала:
— Хорошо.
Софи улыбнулась.
— Что хорошо?
— Наконец-то честный человек.
Клэр расхохоталась.
Натан покачал головой.
— Не поощряйте её.
— Я ничего не делаю, — сказала Клэр его же словами.
Он посмотрел на неё.
Уголок рта поднялся.
Софи перевела взгляд с отца на Клэр.
Потом обратно.
Очень внимательно.
Клэр сразу перестала улыбаться.
Дети.
Маленькие специалисты по обнаружению того, чего ещё не существует.
— Вы Клэр? — спросила Софи.
— Да.
— Папа сказал, вы теперь живёте здесь.
Натан нахмурился.
— Я сказал только…
— И что вы ничего не знаете про оливки.
Тишина.
Клэр медленно повернулась к Натану.
— Вот как.
— Это было в другом контексте.
— Какой интересный мужчина. Обычно молчит, а обо мне уже проводит лекции.
Софи пожала плечами.
— Он правда обычно мало говорит.
— Софи.
— Что?
Клэр посмотрела на девочку.
— Ты мне нравишься.
— Пока рано, — сказала Софи.
Элеонора медленно повернула голову.
И в её глазах появился тот самый блеск.
— Софи.
— Да?
— Хочешь тарт?
Клэр уставилась на неё.
— Вчера вам нельзя было сладкое.
— Мне нельзя много.
— Вы предлагаете ребёнку мой тарт.
— Он уже не твой. Ты поставила его в мой холодильник.
— Это не так работает.
Софи посмотрела на Клэр.
— У вас всегда так?
— Второй день.
— Понятно.
— Нет, — сказала Клэр. — Тебе ничего не понятно. Беги, пока можешь.
— Не драматизируй, — произнесла Элеонора.
Клэр медленно повернулась.
— Вы сейчас процитировали своего сына?
Лицо Элеоноры изменилось.
— Не смей.
Натан фыркнул.
Элеонора указала на него пальцем.
— И ты не смей.
Софи села рядом с ней.
— Я хочу тарт.