Рваные звезды

Домик показался, когда я перевалил через последний подьем. Покосившийся дом и сарай, а дальше — навес. Вспыхнуло знакомое желание снести все к чертям. Я проглотил его, как и все остальные эмоции, в которые не хотел вглядываться.

Эверли выпрямилась, оторвавшись от перил крыльца. В руке у нее был шлифовальный брусок. Я только надеялся, что она не запустит им в меня. Остановив грузовик, я заглушил двигатель. Кода заскулил.

— Можешь пойти со мной. Но только если будешь паинькой.

Мой пес будто почти кивнул. Я выбрался из машины и открыл дверь кабины.

— Рядом, Кода.

Но чертов пес и секунды не послушал. Он сорвался с места, обогнул машину и понесся прямо к Эверли. Я пробормотал поток ругательств.

— Он дружелюбный, клянусь.

Кода был огромным и, если ты не привык к собакам, мог напугать до чертиков. Но Эверли и бровью не повела. Она присела, положила брусок на ступеньку и распахнула руки. Кода радостно тявкнул, когда ее ладони утонули в его шерсти. Он лизнул Эверли в щеку, и она запрокинула голову, смеясь.

Этот звук, эта сцена — они пригвоздили меня к месту. Светлые волосы струились по спине, голубые глаза сияли. И этот смех. Свободный, без оглядки. Исчезла настороженность, окружавшая Эверли при наших прошлых встречах. Рядом с моим псом, влюбившимся в нее с первого взгляда, она была совсем другой.

Я прочистил горло, и Эверли подняла глаза. Пустая маска снова легла на лицо. Я хотел вернуть ту женщину. Свободную и не сдерживающую себя.

— Я так понимаю, собак ты любишь.

Она ничего не сказала, просто смотрела на меня, как на букашку. Я носком ботинка поддел камешек.

— После хозяйственного магазина больше проблем не было?

— Что ты здесь делаешь, Хейз?

Она впервые произнесла мое имя, и оно прозвучало у нее на языке неожиданно хорошо. Как-то иначе. Я слегка тряхнул головой, будто мог вытряхнуть этот звук из уха.

— Окружной прокурор хочет знать, будешь ли ты выдвигать обвинения против дяди.

— Нет.

— Защищаешь его?

Она подняла взгляд и встретилась со мной без тени колебаний.

— Я пытаюсь найти способ жить с ними в одном городе. Я больше не боюсь. Я готова.

Мне отчаянно хотелось увидеть в ее глазах хотя бы намек на страх. Страх делает осторожным.

— Прокурор не будет продвигать дело без твоего согласия.

Она пожала плечом, продолжая чесать Коду за ушами. Ее спокойствие только усиливало напряжение во мне.

— Тебе хотя бы стоит оформить запретительный ордер. С моими показаниями ты его получишь.

— Почему тебе так не все равно?

Я снова стиснул коренные зубы.

— Я уже говорил. Это моя работа.

— Ты предан делу. Это признаю, — пробормотала она.

— Послушай. Я не хочу жить с мыслью, что Аллен приехал сюда и в ярости тебя убил. Я прошу лишь о разумных мерах. Подай заявление, чтобы все было зафиксировано.

Эверли поднялась.

— Я снимаю с тебя любую вину, если меня убьют. Можешь спокойно жить дальше. Я никогда не ставила целью рушить тебе жизнь.

Она взбежала по ступеням и исчезла в доме. Сетчатая дверь хлопнула за ней. Кода обвиняюще посмотрел на меня. Я глухо зарычал от злости.

— Это прозвучало не так.

Я направился обратно к машине, жестом подзывая Коду. Он замялся, тихо заскулив.

— Кода, ко мне.

Он подбежал и запрыгнул в кабину, но смотреть на меня не стал.

Отлично. Теперь на меня злились все.

7