Страница 83 из 96
— Ну, вот и добрались, сказал я ему.
Среди множества других путников, мы пересекли мост и, уплатив пошлину за въезд, оказались на узких улицах нижнего города. День выдался погожим и тысячи людей, жизнь которых была подчинена своему ритму, обтекали нашу повозку со всех сторон, спеша по своим делам. Уверен, что Пирсу было очень интересно.
Вот какой-то мужчина вышел из дома, неся в руках большую корзину с хлебом, пыхтя и отдуваясь от её тяжести, побрёл в сторону рынка. Шум его бойкой торговли доносился до нас даже с соседней улицы. А вот две женщины, с носилками, полными грязного белья, о чём-то переговариваясь, идут на выход из города. По-видимому – это прачки отправились стирать на Тринзу. Стайки мальчишек и девчонок, вперемешку с дворовыми собаками, носились вокруг нас по своим очень важным делам. Город жил своей обычной жизнью.
Все улочки нижней, самой большой и одновременно самой небогатой части города шли немного вверх, постепенно вливались в несколько широких проспектов. Мощёные булыжником проспекты, в свою очередь, шли насквозь через весь город, начиная свой разбег с Цитадельного холма. В двух местах на западной стороне реки, они пересекали и равелин, отделяющий нижнюю часть города, от более зажиточной средней.
Покинув нижний город, дышать нам стало легче. Приятный и ласковый своим теплом весенний ветер, свободно гулял вдоль внушительного земляного вала равелина. С лёгкой ностальгией, я вспоминал бесчисленные километры, которые мы наматывали по нему в периоды несения караульной службы. Показав метку об уплате пошлины гвардейцам короля, дежурившим здесь сейчас, мы двинулись прямиком к дому моего старого приятеля Стефана.
В отличие от хаоса маленьких улочек нижнего города, улицы средней части были подчинены строгой геометрии прямоугольной застройки. Дома здесь были почти сплошь каменными, и только малая их часть была выстроена из дерева. Дом королевского библиотекаря Стефана, встретил нас шумным праздником, по случаю рождения его первой и такой долгожданной внучки. Оставив нашу телегу за воротами, мы с Пирсом, ведя под уздцы Вороного, прошли через ворота и оказались во внутреннем дворе его дома. За те годы, что мы не виделись, Стефан мало изменился. Его природная интеллигентность была видна во всём. Никогда за все те годы, что мы были близки с ним, я не видел его в кричащих роскошью одеждах. И сам дом, и его обстановка, а так же привычка в питании, были скромны, но дороги.
Вот и сейчас, когда я увидел его во главе стола накрытого на улице, он был одет просто и со вкусом. Чёрный сюртук дорогой ткани и пошива, как вторая кожа, облегал его стройное и, несмотря на солидный возраст под пятьдесят, поджарое тело. Редеющие уже, очень светлые волосы, были аккуратно зачёсаны назад, открывая высокий лоб, говорящий о недюжинном уме этого человека. Сильные и тонкие пальцы его рук, нежно держали у груди маленького, только недавно родившегося человека. Я помнил, как этими пальцами он с большой нежностью переворачивал страницы древних манускриптов.
Почувствовав мой взгляд, он поднял глаза от внучки и увидел нас с Пирсом. Его чуть застенчивая и добрая улыбка ничуть не изменилась за эти годы. Он встал и передал девочку её матери. Я же тем временем, поймал пробегающего мимо нас слугу и вручил ему поводья от Вороного.
— Стэн, мой спаситель, – сказал Стефан, подойдя к нам. – С кем это ты, неужели это Пирс? Я помню, ты писал мне лет шесть назад о рождении наследника.
— Очень рад знакомству с вами, господин Стефан, – очень серьёзно произнёс мой сын.
— Да, ты хорошо воспитан, парень. – С энтузиазмом произнёс Стефан и улыбнулся.
— Друзья мои, как вы видите у меня сегодня праздник, прошу вас за стол. О делах же поговорим вечером.
День пролетел быстро. Пирс, поев немного, почти сразу убежал знакомиться с ребятами своего возраста, а я немного перекусив, отправился проверить, как устроили Вороного и распорядился на счёт телеги.
Когда праздник принял неформальный характер, ко мне снова подсел Стефан.
— Я рад видеть тебя, Стэн. Но что привело тебя в мой дом? Ты знаешь, что он всегда открыт для тебя, но скажи мне, чем я ещё могу помочь тебе, кроме как своим гостеприимством?
Пригласив Стефана немного пройтись по саду, на ходу мне лучше думалось, я сказал:
— Друг мой, я чувствую, что скоро мне предстоит дальняя дорога, и я не знаю, куда она приведёт меня, и не сложу ли я голову в пути по ней. Завтра я планирую попасть на приём к старику Вирэну, моему старому командиру. С ним я договорюсь касательно Пирса, о приёме его в кадеты и пансионе до шестнадцати лет. К тебе же у меня другой вопрос.
Я рассказал Стефану в тот вечер про Оркусов и о других пограничных конфликтах, что мне стали известны от барона Эдхарта.
— Уверен, – продолжал я, – что все ответы в Чёрной башне. Я должен её найти, а ты мне в этом поможешь.
— Я знаю, что не смогу тебя переубедить, – ответил мне Стефан. – И я помогу тебе! Завтра в середине дня, найдёшь меня в малой библиотеке, тебя пропустят, я распоряжусь.
Когда уже поздним вечером один из слуг проводил меня в наши с Пирсом комнаты, что выделил нам Стефан, я застал сына спящим. На лице его блуждала улыбка. Он был счастлив. По обыкновению, потрепав его мягкие волосы, я умылся и лёг рядом с ним. Следующий день, закружил меня вихрем событий.
Как и ожидалось, когда-то полковник, а теперь уже маршал Вирэн, без проблем удовлетворил моё прошение. С осени Пирса определят на младший курс кадетского училища, где они будет обучаться десять лет, вплоть до исполнения ему шестнадцати лет.
Старик Вирэн, выслушав мою историю, тут же попытался снова завербовать меня в гвардию инструктором, но я отказался. Вспоминая прошлое, старый Маршал так растрогался, что когда узнал о том, что мне нужен патент охотника за головами, написал мне сопроводительное письмо. С его помощью, как он сказал, я получу патент намного быстрее и без бюрократии.
— Заодно посмотришь на то отребья, что тоже решили заработать по лёгкому, как они думают, – проворчал Вирэн.
Тогда я не очень понял, о чём он говорит, мои мысли уже были в библиотеке. Но когда по дороге в неё, я зашёл за патентом, то сразу всё стало на свои места. Несчастные Восемь, кого здесь только не было. Как видно патент хотели получить многие. Крестьяне и горожане разных возрастов и внешнего вида, типы откровенно бандитской наружности и старые вояки. Я даже увидел нескольких Восточников. Последние были, пожалуй, самыми годными бойцами.