Страница 61 из 66
Глава 50
— Я чего-то не знаю? — спрашивает удивлённая Елизавета.
— Лиза, я хочу побороться за всё, что считаю своим, — отвечаю я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо, хотя внутри всё дрожит.
— Так, хорошо. А что в это «всё» входит? За что будем бороться?
— За имущество, которое Валерик передал этим негодяям, за деньги, в общем, за всё, что они отжали. Они приезжали на заправку, вели себя как хозяева. Я поняла, что они не остановятся.
— Вы решили, что лучшая оборона — это нападение?
— Да. Не отдам им заправку. Я не отдам им то, что мы с Валерием заработали вместе. Я не для того столько пережила, чтобы теперь они пришли и забрали последнее.
Она молчит секунду. Потом слышу её тяжёлый вздох.
— Мила, я понимаю ваши чувства. Но отсудить всё это сложно.
— Я понимаю.
— Это большая тяжба, которая может затянуться на годы. Документов почти нет. Валерий не оставил завещания. Нам придётся доказывать, что передача имущества была недействительной, потому что имущество переписано на подставных лиц. А для этого нужны доказательства.
— Есть доказательства, — говорю я. — Я нашла старый ноутбук Валеры. Он хранился у меня в гараже, в коробке с его старыми вещами. Я его включила.
— Так, это уже интересно…
— В ноутбуке сохранились скриншоты переписки. Она подтверждает, что передача имущества мажорам была фиктивной. Что они просто временно держали деньги и активы, пока Валерик решал свои проблемы. И что они обещали всё вернуть, но не вернули.
Екатерина снова вздыхает, но я слышу в её голосе искру интереса.
— Это уже кое-что. Но одной переписки недостаточно. Нам нужно иметь что-то более весомое. Что-то, что можно продемонстрировать в суде.
— Существует расписка, — я сжимаю телефон так, что костяшки белеют. — Она подтверждает, что эти мажоры должны Валере. Он подстраховался и сфотографировал её.
— И вы знаете, где оригинал? — голос Лизы становится деловым.
— Знаю… только…
— Мила, расписка, — говорит она наконец, — это совсем другое дело. Это меняет всё. Если она реальна, если она подтверждает хищение и фиктивную передачу имущества, мы можем подать иск о признании сделок недействительными. Только не говорите, что оригинал бумаги утрачен.
— Нет, нет, наоборот. Он в целости и сохранности, но бумаги лежат в банковской ячейке. Я знаю номер. Я знаю банк. Но я не могу её забрать. Я уже узнавала. Наследственное дело откроется только через полгода. А без неё мы не сможем доказать, что они украли у нас всё.
Называю адрес филиала банка.
— Вот это поворот. Мила, пришлите мне всю переписку, которую вы нашли в ноутбуке. Я изучу её сегодня же. Завтра мы встретимся и обсудим стратегию. И ещё… — она делает паузу. — Нужно понять, как добраться до ячейки. Я вам перезвоню…
Лиза вешает трубку. Перезванивает через десять минут.
— Я созвонилась с коллегами, вы правы. Мы не можем вскрыть ячейку. Нам нужен другой план.
— Лиза, у меня нет другого плана. И я понимаю, что за полгода эти праховцы перепродадут имущество столько раз, что потом сам чёрт не распутает. Что будем делать?
— Мила, не волнуйтесь. Мы будем делать то, что можем. Самое главное — не сдаваться.
— Лиз, сколько будут стоить ваши услуги, Лиза?
Она называет сумму и процент от стоимости имущества — меня это вполне устраивает.
Я кладу трубку. Настрой у меня, несмотря на трудности с ячейкой, боевой.
Не замечаю, как Иннокентий возникает откуда-то справа и протягивает мне огромный букет роз.
— Это вам, госпожа, — говорит он.
Я прижимаю цветы к себе, нюхаю, улыбаюсь, благодарю.
— Ты прости меня, — Иннокентий стоит у двери, прислонившись плечом к косяку, и смотрит на меня. — Я не специально, но я всё слышал, — говорит он.
— Что?
— Всё. Разговор.
— Как не стыдно! — цокаю языком. — Я даже не видела, как твоя фура подъехала.
— Я не хотел подслушивать. Но я не глухой. Не затыкать же мне уши пальцами, тем более что одна рука была занята.
Я молчу. Он подходит ближе, садится напротив. Кладёт руки на стол.
— Я решу эту проблему.
— Как?
— Не твоя забота. Скажи мне только: я правильно понял, что расписка находится тут?
Он пишет на салфетке название и адрес отделения банка, где находится ячейка с распиской.
— Ты что, собрался грабить банк?
Он улыбается, качает головой.
— Нет, конечно. Я не преступаю закон…
Звучит совсем неубедительно.
— А номер ячейки знаешь?
Ячейка номер семьдесят шесть. Пишу на салфетке.
— Хорошо, — Иннокентий улыбается во весь рот и встаёт. — Я займусь этим.
— Послушай, я не хочу, чтобы ты рисковал.
— Это не риск. Это дело чести. Всё будет отлично! Вернём твоё имущество.
Он прощается кивком головы и выходит. Я смотрю ему вслед. Я не знаю, что он задумал. Но я чувствую, что он не подведёт.