Страница 10 из 66
Глава 6
Я смотрю на этого человека и понимаю: сейчас будет моя первая проверка на прочность.
Лопата — инспектор Ростехнадзора, как он сам представился, когда вваливается в прикассовую зону без спроса, проскользнув ужом мимо меня.
Ладно. Не буду же я с ним драться.
Короткий, плотный, с папкой, которую он держит у живота, будто щит. Лицо красное, глаза маленькие, цепкие.
Он оглядывает помещение, стеллажи, меня, качает головой, что-то записывает.
— Где начальство? — спрашивает он не меня, а Макаровну.
Голос скрипучий, как несмазанная дверь.
— Что за бардак у вас тут творится?
Макаровна хмурит брови, Лопата ей тоже явно не нравится.
— Так вот же новое начальство, — она кивает в мою сторону.
— Документы на топливо предоставьте!
— Всё есть, — говорю я. Спокойно. Хотя внутри всё дрожит от его наглости.
— Да ну? А где?
Я молчу. Потому что я не знаю, где.
Надо же, ну и день.
Сначала этот нарцисс Демид, потом собственными руками не только бесплатно заправила фуру, но, выходит, что ещё и заплатила за топливо.
Теперь этот Лопата — прыщ на жопе!
— Мы сейчас закрыты, происходит передача документов и имущества новому собственнику.
Ну а что, мне ещё говорить? Не бежать же с позором. Валерочка ничего мне пока не передал.
— Так, — Лопата делает шаг вперёд, — вы меня за идиота держите? Я видел, как вы только что заправляли фуру! Я приостанавливаю вашу деятельность до тех пор, пока мне не будут предоставлены документы!
Этот идиот даже не понимает, что спасёт меня. Он не может приостановить то, что ещё не начало работать.
Мне как раз нужна приостановка, чтобы разобраться со всем этим!
— Спасибо вам большое! — я счастливо улыбаюсь.
Это сбивает его с толку.
— Это ваш ответ на законные требования инспектора?
— Товарищ Лопата, — обращаюсь к нему и его глаз начинает дёргаться при слове «товарищ».
Ничего страшного, на «господина» он не тянет.
— В течение какого времени мне нужно предоставить вам документы? Ну как там у вас, по закону?
Он достаёт из папки какой-то бланк.
— У вас есть ровно тридцать дней!
— Это королевский подарок! Целый месяц!
Я прикидываю, что этого времени мне вполне достаточно, чтобы оформить все документы.
Лопата прищуривается. Сжимает папку в руках у живота.
— Голубушка, где можно присесть, чтобы выписать постановление?
Я замечаю что-то вроде заискивающей улыбки. Он думает, что я ему взятку буду предлагать? Толстый моржовый хрен тебе! Какая я тебе голубушка?
— Вы с кем сейчас разговариваете, товарищ Лопата?
— С вами, с кем же ещё?
Я делаю шаг навстречу, так что этот мелкий взяточник от неожиданности отступает назад.
— Я вам не голубушка! — мои руки сами упираются в бока, — присесть можете в своём автомобиле!
В этот момент во мне просыпается моя прабабка — донская казачка, это в неё я такая шикокостная и иногда отчаянная.
Лопатя пятится.
Я распахиваю перед ним дверь.
— Выметайтесь!
— Что-о-о-о?
— Что слышал! Тебе сказано — мы закрыты!
— Думаете, вам это сойдёт с рук? Ну ничего, сейчас все платежи в налоговой сразу онлайн передаются! А номер фуры я запомнил! Мне доказать, что вы были открыты, как два пальца об асфальт!
— Ты главное не запачкайся и не ушибись об асфальт, когда делишки свои будешь обделывать.
— Вы ещё пожалеете!
— Смотри, чтобы ты не пожалел, что я пожалею.
Лопата краснеет. Нет, не краснеет — его лицо наливается бордовым цветом, как свёкла.
Он зло смотрит, но молча выходит!
Макаровна за моей спиной громко вздыхает. Её брови поднимаются, а уголки губ опускаются, как у лягушонка.
— Ну ты даёшь, Добрыйвечер, — голос Макаровны звучит непривычно — в нём даже что-то вроде уважения, — а я уж думала, ты сейчас заплачешь и отдашь ему всю выручку.
— У меня нет выручки, — говорю я, — тысяча рублей от того наглого красавчика — и всё.
— А характер есть, — кивает Макаровна, — это дороже денег. Теперь я за тебя спокойна.
— Пусть знает своё место, гад!
— Ни хрена себе, ты его припечатала… А выглядишь как тихоня. Он вообще-то крови попить может, но я в первый раз его таким вижу.
— Каким?
— Будто и вправду в шаровары наложил.
Мы обе начинаем смеяться.
— А я думаю, чем здесь так плохо запахло с его приходом…
Макаровна улыбается.
— А ты, деваха, остра на язык. Ловко ты его отходила. Раньше все перед ним на цыпочках ходили, а ты ему ушат воды на голову. Он правда может подгадить, но не смертельно. Бумаги-то собери…
Я смотрю в окно. Лопата подходит, просовывает документ под пистолет ближайшей колонки и уезжает, оставляя за собой облако пыли.
Все мои недоброжелатели думают, что я сломаюсь. Но они просчитались. Я не знаю, как буду оформлять эти документы, где брать деньги, кто мне поможет.
Но одно я знаю точно: платить взятки этому червяку я не буду. Сдаваться — тем более.
У меня тридцать дней, чтобы изменить жизнь. Мой отсчёт пошёл.
***
Вечер. Я сижу на кухне в своей двушке, доставшейся от родителей. Телефон ставлю на подставку, нажимаю видеозвонок. Света принимает сразу — у неё лицо встревоженное, хотя она пытается этого не показывать.
— Ну, рассказывай, — говорит она. — Я смотрю, ты живая.
— Живая, — киваю. И замолкаю.
Света ждёт. Она умеет ждать. Пятнадцать лет дружбы — она знает, что я раскочегарюсь не сразу.
— Суд был, — начинаю. Голос чужой, будто не мой. — Валера пришёл со своей. Ну, с этой…
— С личинкой, — спокойно уточняет Света. — Называй вещи своими именами, не стесняйся…