Неукротимая дьяволица

Глава 3. Джун

Вам когда-нибудь доставляли столько удовольствия, что вы ни о чем другом думать не могли, только бы вернуться в то блаженное состояние? Я о том самом состоянии, когда не просто на седьмом небе, а едешь на поезде наслаждения. Член, от которого между ног все ноет, невероятный опыт и дикое желание повторить снова. Даже самые обычные бытовые дела перерастали в потенциальные мечты. Мою посуду: а что, если меня возьмут сзади? Принимаю душ – прижмут к стене? Забираю почту: может, прям тут, на улице? Я просыпалась, думая о толстом сочном члене, и засыпала, желая материализовать его в свою прожорливую дырочку.

Я листала анкеты в приложении знакомств, но ни один из парней не вызывал во мне того трепета, по которому я сходила с ума. Я даже подняла возрастное ограничение, молясь, что вдруг наткнусь на того парня из бара. Не то чтобы я привыкла гнаться за кем-то столь отчаянно, но время от времени приходилось идти на крайние меры. И только мысль о той ночи, переплетенной с безумным удовольствием, заставляла меня сделать почти все, лишь бы снова словить тот кайф.

Прошла неделя. Семь рабочих дней на нескольких подработках и жизни с идиотскими соседями, а я ни разу не встретила таинственного мужчину. Каждую ночь я протирала столы и поглядывала на угловую кабинку, где он обычно сидел, и думала, куда, черт возьми, он запропастился. Не потому, что я влюбилась или что-то в этом роде. Я всегда четко разграничивала личную и рабочую жизнь. Похоже, он не хотел видеться. Стал реже появляться в баре: сначала пару раз в неделю, а потом и вовсе пропал.

Мне даже не нужно было знать его имени, анонимность меня устраивала.

Хочет ли он снова встретиться? Сидит ли в тюрьме за то, что избил того придурка?

Но мне оставалось только сводить счеты с приложением для знакомств, надеясь, что случайный мэтч сможет утолить голод.

– Уйдешь пораньше? – спросил Джек, опираясь локтем о стойку. – Довольно пусто, похоже, никто больше не придет.

Я выпрямилась и окинула взглядом зал.

– Решай сам, ты босс. Сорок пять минут никак не повлияют на мой пустой кошелек, а шансы, что кто-то тут оставит чаевые, нулевые.

– Ладно, иди. – Он кивнул в сторону кухни. – Могу позвать кого-нибудь, если потребуется.

– Спасибо. – Я спрыгнула со стула, взяла бутылку воды и поместила ее на полку среди остальных.

– Увидимся завтра, Джун. – Джек кинул тряпку через плечо.

Он хороший парень. Немного неловкий в вопросах менструации, но какой мужчина не таков? Он любезно взял меня, когда мне понадобилась еще одна работа, и давал подстраивать график, когда две другие смены брали верх. Этот захудалый бар – настоящая дыра, но это моя любимая работа, а я повидала немало, уж поверьте. Серьезно.

Я вышла за дверь, встретив шагающую пару, которая чуть не сбила меня с ног. Они висели друг на друге, шепча глупую сладкую чушь о любви. Я покачала головой и повернула в ту сторону, откуда они шли, – район Хейвен, известный добротным количеством баров, где можно спокойно выпить на улице из открытых бутылок. Будешь в Хейвене – тебя не поймают. Выйдешь за его пределы – примут за распитие алкоголя.

Я достала телефон и отправила сообщение потенциальному любовнику, написав, что закончила раньше и могу встретиться скорее. Очень надеялась на встречу, ведь я была готова оттрахать последнего партнера из списка в надежде выкинуть член таинственного незнакомца из головы.

Могла бы написать Коре и потусить с ней, но у меня крутилась навязчивая мысль, и я не хотела беспокоить подругу, чтобы потом бежать на встречу с каким-нибудь чуваком. Я собиралась увидеться с ней завтра, так что этой ночью решила ехать в одиночку.

– Извините, – сказала я группе парней у входа в бар, – можно пройти? – Они не шевельнулись, и я повысила голос: – Отойдите.

Их глаза расширились, они еле пробормотали «извините» и сдвинулись.

– Сучка, – донеслось от кого-то из них.

Я остановилась, перебирая в голове разные сценарии. Их пятеро, я одна. Они в стельку пьяны, а я слишком трезвая. Я могла бы одним ударом в горло уложить парочку из них, прежде чем остальные успели бы вмешаться. Но это бы создало хаос и, возможно, загубило мои шансы на вечер. Я вздохнула и выбрала более безопасный путь.

Ухватив ручку двери, я резко распахнула ее, врезавшись в одного из придурков.

– Ой, – сделала я виноватый вид, будто случайно. И тут же, не удосужившись выслушать их дикие возмущения, шагнула в шумный бар.

Я протиснулась через толпу, оставив идиотов позади, и молча молилась, чтобы парень, с которым я назначила встречу, не оказался таким же козлом.

Добраться до стойки было непросто. Мне потребовалась целая вечность, чтобы пройти сквозь толпу, наконец втиснуться в крошечный свободный уголок и попытаться привлечь внимание ближайшего бармена.

Кто-то толкнул меня сзади, и я влетела в мужчину, сидевшего у стойки.

– Черт, извини, – выдохнула я. На этот раз правда случайно.

Я выставила руки, чтобы не потерять равновесие, а парень, в кого я врезалась, быстро протянул руку помощи, не дав мне упасть.

– Все в порядке? – Его ярко-голубые глаза, как кобальт, взглянули на меня из-под темных ресниц. В них было что-то до боли знакомое. Я его знаю.

Мой взгляд скользнул к его губам, к едва заметной веснушке под подбородком.

Нет. Не может быть. Этого просто не может быть.

В памяти вспыхнуло лето перед седьмым классом. Мне было, может, двенадцать. Я не могла представить, что пойду в среднюю школу, так и не испытав первый поцелуй. Казалось, люди увидят – почувствуют, – что я та девочка, которую никто никогда не целовал.

И тогда появился он. Самый добрый, внимательный мальчик, какого я только знала. Мы были друзьями с самого детства, но, когда я призналась ему в своих «страхах о поцелуях», он не стал смеяться. Вместо этого мы пересекли черту, и наша дружба переросла во что-то большее.

Я влюбилась. Настоящая детская любовь. Все то лето пронеслось как сон. Мы тайком выбирались из дома, целуясь под ночным небом, пробирались в местную лавку мороженого ради стаканчика с шоколадной крошкой, танцевали под дождем.

Прямо как в кино. Настоящее. Чистое. Невинное.

А потом все закончилось в одно мгновение.

Вроде только вчера мы сидели на крыше любимой пиццерии, держась за руки, а уже сегодня я стояла на обочине и прощалась с ним через окно отцовского ржавого пикапа.

Я до сих пор вижу перед глазами тот момент: дурацкая машина гудит, поднимая клубы пыли от гравия, а мое сердце будто выворачивается наружу, чем дальше он отъезжает.

Он высунулся из пассажирского окна, но отец втянул его обратно, и тогда он просто прижал ладонь к заднему стеклу.