Страница 32 из 137
Глава 6. Зимняя резиденция
Глава 6. Зимняя резиденция
Человек у калитки поклонился Рейнару так, как не кланяются простым охотникам. Не почтительно — почти с облегчением. Словно последние несколько дней он готовился сообщить кому-то о смерти своего господина, а теперь получил право отложить этот разговор.
— Слава Создателю, вы живы, — произнёс он, выпрямляясь. — Мы нашли место нападения, лошадь и кровь у оврага. После этого след оборвался. Его светлость…
— Гидеон.
Одного имени оказалось достаточно. Мужчина замолчал и быстро посмотрел на меня. Я стояла в дверях, придерживая полы старого халата. Волосы были распущены, на щеке темнел синяк, забинтованная ладонь лежала на засове. Не лучший вид для встречи с человеком, одетым в безупречный тёмный сюртук и дорожный плащ из дорогого сукна. Гидеону было около пятидесяти. Высокий, сухощавый, с проседью на висках и глубокими складками у рта. Он держался прямо, но не по-военному: скорее так привыкал стоять человек, которому часто приходилось сохранять достоинство за двоих. Его взгляд скользнул по моему лицу, задержался на повязке и вернулся к Рейнару.
— Прошу прощения, — сказал он уже осторожнее. — Я позволил себе лишнее.
— Как обычно, — отозвался Рейнар.
В голосе прозвучала усталость, но не раздражение. Он вышел во двор и протянул Гидеону руку. Тот сначала сжал её, потом, забыв о сдержанности, притянул Рейнара к себе и крепко обнял. Рейнар замер от неожиданности, однако не отстранился.
— Вы заставили нас прочесать три графства, — пробормотал Гидеон ему в плечо. — В следующий раз, когда решите пропасть, предупредите хотя бы коня.
— Конь предупреждён. Он вернулся раньше меня.
— И выглядел разумнее.
Они разошлись. Гидеон быстро провёл ладонью по лицу, будто стирал след недопустимого волнения, и снова стал безупречным слугой или управляющим — кем бы он ни был. Рейнар представил нас.
— Госпожа Элиза Мур спасла мне жизнь. Элиза, это Гидеон Вейл. Он управляет большей частью моих дел и всеми моими неприятностями.
— Вторая обязанность занимает больше времени, — сухо заметил Гидеон и поклонился мне. — Я перед вами в неоплатном долгу, госпожа Мур.
— Неоплатные долги неудобны. Назовём его благодарностью.
Он внимательно посмотрел на меня, и в серых глазах мелькнуло нечто похожее на одобрение.
— Как пожелаете.
За калиткой ждали ещё трое. Кучер оставался на козлах, рядом с каретой стояли вооружённые всадники. Один держал поводья запасной лошади — высокого чёрного жеребца с белой звездой на лбу. Увидев Рейнара, конь вскинул голову и громко заржал.
— Аргус, — тихо сказал Рейнар.
Он подошёл к жеребцу. Тот беспокойно переступал, пока хозяин не положил ладонь ему на морду. После этого животное сразу успокоилось и ткнулось носом в его плечо.
— Значит, это ваша лошадь? — спросила я.
— Да.
— Та, которая разумнее вас?
— По мнению Гидеона.
— По мнению всех, кто искал вас, — вмешался тот. — Аргус пришёл к лагерю без седока, с оборванной подпругой и кровью на седле. Мы вернулись к оврагу, нашли мёртвого медведя, двух загонщиков и следы ещё четырёх лошадей.
Рейнар резко повернулся.
— Двух загонщиков?
— Один погиб от медведя, второго застрелили. До нашего прибытия. Тела увезли.
— Кто?
— Люди герцога. Он прибыл на следующий день и распорядился отправить погибших семьям.
Между мужчинами установилась тишина, значения которой я не понимала. Рейнар нахмурился, но в его лице не было подозрения к упомянутому герцогу. Скорее досада человека, который опоздал задать вопросы.
— Серый плащ? — спросил он.
— Не нашли. Один егерь видел всадника у северного тракта, но описать не смог.
Рейнар взглянул на лес. Я вспомнила серую нитку на яблоне, след ножен у канавы и человека, пытавшегося поднять раму лечебницы.
— Вы расскажете по дороге, — решил он. — Госпоже Мур нужно собраться.
Гидеон посмотрел на меня, затем на дом.
— Разумеется. Куда доставить госпожу?
— В Эшворт.
Впервые его невозмутимость дала трещину.
— В Эшворт?
— Вы плохо слышите после трёх графств?
— Слышу превосходно. Именно поэтому уточнил.
Они обменялись короткими взглядами. Гидеон хотел спросить больше, но присутствие посторонних удержало его.
— Подготовлю карету, — сказал он. — Госпожа Мур, если у вас много вещей, люди помогут.
— В дом никто не войдёт, пока я не оденусь.
Только произнеся это, я вспомнила, что стою перед четырьмя мужчинами в ночной рубашке и халате. Гидеон тактично посмотрел на лес. Кучер внезапно заинтересовался упряжью, всадники — собственными сапогами. Рейнар, напротив, остался совершенно невозмутим. Лишь взгляд на мгновение задержался у распахнувшегося ворота халата, а затем поднялся к лицу.
— Мы подождём снаружи, — произнёс он хриплым голосом.
Щёки вспыхнули. Я захлопнула дверь несколько сильнее, чем требовалось. В спальне меня ждала жизнь, которую нужно было уместить в один дорожный сундук. Сначала я стояла посреди комнаты и не знала, с чего начать. Два платья висели на крюке, третье лежало в сундуке. На полке стояли книги, под кроватью — коробка с зимней обувью, в комоде — бельё и ленты. Всё это казалось необходимым, пока я не посмотрела на вещи маменьки.
Её очки лежали возле недошитой рубашки. В подушечке для игл торчала игла с синей ниткой. На спинке кресла висела тёплая шаль, которую она надевала прохладными вечерами. Платье, в котором маменька вернулась после последних родов, я сожгла, но запах лаванды ещё жил в других тканях.
Уехать означало признать, что она не вернётся присматривать за домом. Я села на край кровати и прижала шаль к лицу. Вчера страх заставил меня просить Рейнара не уходить. Сегодня страх требовал оставить всё знакомое и последовать за человеком, о котором я почти ничего не знала. Возможно, это было безумием. Возможно, разумнее отправиться к госпоже Элмер, рассказать деревне о нападении Седрика и ждать решения судьи.