Страница 22 из 72
Глаза дверга маслянисто заблестели, и я понял, что угодил с лестью.
— И то и то, уважаемый мастер Стэн, – ответил мне он.
Придержав плащ, я поклонился и проговорил: – Мастер Строн, мне нужна аудиенция у вашего правителя и родственника великого мастера Даина, прозванного Миротворцем.
— Ты просишь многого, – солидно ответствовал дверг, делая мне рукой знак чувствовать себя свободно. – Но я подумаю, как выполнить твою просьбу. И ещё, просто, чтобы ты понимал. Король Даин последний раз принимал людей, а именно твоего короля Вернона, позже прозванного Мудрым, сорок два года назад, когда Вернон взошёл на престол. Мне нечего было сказать на это, и ещё раз поклонившись, я покинул уютный кабинет мастера Строна.
Чтобы скоротать ожидание я напросился в подмастерья к местную кузню. Ох, что эта была за кузня. Восемь великолепных горнов выстроились в ряд так, чтобы кузнецы не были стеснены в движениях. Наковальни, инструмент, такого разнообразия я не видел никогда и глаза мои разбежались в разные стороны. В шкафах у горнов было множество разных слитков, тут же стояли склянки с отварами и притирками, масла и войлок для полировки и многое-многое другое.
Когда много недель назад я понял, что дорога рано или поздно приведёт меня к подгорным мастерам, я уже предвкушал, что буду ковать с самыми великими их мастерами. Но пока мечты не спешили сбываться и меня допустили только качать меха. Я качал и смотрел, качал и смотрел.
Когда же смена закончилась, несмотря на усталость, я подошёл к ближайшему рабочему месту и стал не только разглядывать инструмент, но и брать его в руки, примериваться. Вскоре я почувствовал знакомое ощущение на загривке, кто-то смотрел на меня сзади. Обернувшись, я увидел молодого дверга.
— Ты чего? – Спросил он у меня.
— Да вот, – ответил я.
Кивнув, молодой мастер подкинул угля в соседний со мной горн и начал разжигать его, я же повторял за ним. Выбрав материалы для своей задумки, я аккуратно начал расковывать первый слиток. Ночь пролетела как один миг. Плечи болели так, как будто мне их вырвали из суставов, но я закончил работу. Судя по свету, на поверхности занимался рассвет, а это значило, что я, не зная себя, проработал всю ночь напролёт. Скоро должны будут вернуться мастера двергов и мне надо ещё успеть убрать за собой. За этим меня и застали.
Тяжёлая рука, больше похожая на совковую лопату, опустилась на моё плечо. Я не почувствовал угрозы в этом жесте и поэтому просто повернулся к её владельцу. Чуть не доставая мне макушкой до подбородка, передо мной стоял давнишний кузнец, меха горна которого я качал весь прошлый день.
— Ты не уходил что ли, парень? – Спросил он меня.
На двергов нельзя было обижаться, точнее это просто было невозможно. Из юных лет они вырастали, перешагнув порог пятидесяти зим. Мастерами становились к ста, ста пятидесяти. Великими мастерами, если получалось, к тремстам и тогда уже делали только уникальные вещи, а большее время просто наставничали. На «парня» я не обиделся и просто кивнул.
— А ну покажи, что ковал, вижу же, что ты что-то мастерил. – Проговорил кузнец.
— Не доделал ещё, – проговорил я, и с большой неохотой протянул ему тяжёлый боевой нож.
Дверг взял его в свои руки и попытался переломить посередине.
Даже под кожаной его рубахой и толстым фартуком я увидел, как набухли мощные мышцы на его груди и руках. Кисти его побелели от усилия, а лицо, наоборот, стало красным от прилившей крови. Выдохнув, он расслабился и зыркнул на меня.
«Не дай Восемь мне хотя бы улыбнуться». – Подумал я.
Дальше было интереснее. Дверг мой клинок ногтем ковырял, на звон слушал, зубом цыкал, смотрел на него и так и сяк и, наконец, изрёк:
— Молодец, нормальный нож. До ума то довести сможешь?
— С твоей помощью мастер. – Ответил я.
Кивнув, как будто и не ожидал другого ответа, дверг сказал:
— Иди, поспи шесть часов, вторые шесть часов поможешь мне тут. Если меня не найдёшь, спроси у кого-нибудь мастера Трора – это я.
Как я дошёл до кровати, разделся и уснул, я не помню. Но я был счастлив, пригодился всё-таки мудрёный чертёж кузнеца альтеров. После шестичасового перерыва на сон, водные процедуры и обильный приём пищи, я снова отправился в кузницу к мастеру Трору. Чертежи и схемы я читать умел, и это сильно облегчало мою работу в следующие дни.
Учиться мне приходилось в основном тому, какие металлы и сплавы для чего лучше подходят. Составлению пропорций сплавов на те или иные нужды, подсмотрел я и пару новых кузнечных приёмов. Металл дверги складывали немного по-другому, слои могли также скручиваться, а затем складываться. На вопросы мои отвечали, когда я чего-то не понимал, и это было приятно. Трор охотно делился знаниями в перерывах между работой.
С мехов меня поставили молотобойцем и теперь я не только видел всё что он делает, но и принимал в этом непосредственное участие. В свободное время я доводил до ума свой новый «Дырокол», как я назвал его. Строгая коническая форма тридцати сантиметрового обоюдоострого клинка подразумевала именно такое его использование. В один из дней в кузницу вошёл старейшина Строн и всякая работа замерла. Подойдя ко мне, он снизу вверх осмотрел меня и проговорил:
— Ты не только воин, но и начинающий мастер, как мне докладывают. Похвально. У меня есть предложения для тебя мастер Стэн, давай отойдём и поговорим за кружкой пенного.
Пиво у двергов было вкусное. Густой, плотного чуть горьковатого вкуса напиток, прекрасно утолял жажду и легко пьянил. Мы как полагается, отпили сразу по пол кружки, заказали ещё по одной, и я выжидательно уставился на старейшину. Неторопливо и с большим достоинством он вытер усы и откашлялся.
— Дело опасное, друг мой, – проговорил он. – Но, если выгорит, будет тебе аудиенция и не только!
Я как обычно выжидательно молчал и старый дверг продолжил:
— У нашего народа есть несколько мест, что мы почитаем особо, – проговорил он. – Одно из них ты знаешь как озеро, из которого берет своё начало река Тинза. Для нас это не просто озеро, но святыня. Только той водой, взятой в определённый день и час, можно омыть тело новорожденного престолонаследника или ушедшего правителя нашего народа. Озеро – это высоко в горах, и мы не против омовений в нём или забора его вод для питья, но гоблинсы поставили там лагерь, ты понимаешь, что это значит? – Проговорил он и его густые брови грозно сдвинулись к переносице.
Я кивнул. А дверг продолжал: