Страница 54 из 57
- Ты улыбаешься, - Лесли обратила внимание на мое состояние.
Привалившись спиной к стене, я мечтательно смотрела в пространство перед собой и не думала ни о Лесс, ни о нашей с ней тренировке, ни о Даниле, от мыслей о котором мне избавиться не удавалось уже целый месяц. В воображении я прокручивала сюжет очередного романа, идея которого только что меня озарила.
- Улыбаюсь, - я обернулась к подруге. - Теперь я вижу, что Ксения останется тобой довольна. Если продолжишь тренироваться в таком же темпе до выступления, все будет супер. Главное, не бросать.
Лесли положила голову на сложенные на коленях руки.
- Да-а... Самое главное не останавливаться, - повторила она за мной и тяжело вздохнула. - Но, что-то подсказывает мне, что я с таким подходом сессию завалю сто процентов. И как ты только все успеваешь?!
Я и сама не очень понимала, как мне удается справляться с огромным списком тех дел, что я по доброте душевной взвалила на свои плечи. При этом, как ни странно, я чувствовала себя так, словно у меня впервые за несколько лет открылось второе дыхание. Если это состояние можно было назвать эйфорией и счастьем, значит, я была счастлива. И, значит, именно в этом я остро нуждалась последние несколько месяцев.
- Понятия не имею. Просто стала лучше планировать свободное время.
- Ну да. Работаешь по принципу электро-веника, - с завистью прокомментировала Лесс, и я засмеялась.
***
После короткого перерыва, который занял не больше десяти минут, мы с Лесс вернулись к тренировке. Но успели прогнать лишь половину прежде, чем я краем глаза уловила движение возле двери. Застыв на месте и игнорируя тяжелый вздох Лесли, которая тут же сбилась с ритма и тоже остановилась, я уставилась на Дана и Елисея.
- Привет, - я первой вышла из ступора и кивнула ребятам.
Покровский, расплывшись в довольной улыбке кота, поймавшего пару мышей возле баночки со сметаной, тут же кивнул мне в ответ. Зато Дан даже на меня не посмотрел. Я разочарованно выдохнула, чувствуя себя глупо из-за того, что слишком обрадовалась встрече с парнем, который даже не захотел мне улыбнуться.
- Вот, блин! - Лесли, сорвалась с места и направилась к пульту, чтобы выключить запись. - Я забыла вас предупредить. Мы с Нионой сегодня хотели потренироваться. А вы... у вас репетиция, да?
Я прикрыла глаза, стараясь выровнять дыхание. Лесли подстроила это все специально, надеясь на то, что я, наконец, смогу пообщаться с Данилой! Последние дни она только о нем и говорила, пытаясь заставить меня изменить свое мнение и все-таки пообщаться с этим гадом с глазу на глаз. В то, что Лесс действительно могла о чем-то забыть, тем более - о том, чтобы сказать владельцам студии о наших с ней планах на эту самую студию, - я абсолютно не верила.
Хотя судя по удивленному виду и Дана и Елисея, о нашем с Лесс желании порепетировать этим утром они тоже не знали.
- Мы хотели сегодня кое-что записать, - Эл кивнул Лесли.
А я из вредности чуть было у него не спросила, давно ли у них с Даном появилась привычка встречаться по делам группы в такую рань. Для того же Данилы это должно было быть настоящей пыткой. Зная характер Дана и его особую любовь ко сну до полудня, я удивилась, увидев его в десять часов утра в воскресенье - к тому же выспавшимся, не зевающим, не потирающим глаза и не жалующимся на жизнь. Я и сама сегодня встала с большим трудом. На улице было темно, сыро и оч-чень гадко. Выбираться из-под одеяла совсем не хотелось.
Но этого я, конечно же, не сказала. В сущности, какое мне было дело - хотят ли Покровский с Данилой записываться именно сейчас или позже? Мы с Лесли здесь лишние, и нам стоит сворачивать тренировку.
- Мы в принципе все, - я невозмутимо улыбнулась Покровскому и отправилась за своей сумкой. Улыбки от Дана и вообще хоть какой-то реакции от него я так и не дождалась. Что ж... Все что ни делается - к лучшему. По крайней мере, я успею дописать статью по срочному заказу Паши. - Ниона, ты что?! - Лесс нахмурилась и вдруг решительно мне возразила. - Мы только начали и собирались тренироваться еще целый час. Ты же сама мне пообещала!
Хорошо, что я стояла спиной к Элу и его выражение лица под этим углом мне было не разглядеть. Вряд ли, он сильно обрадовался заявлению Лесли. Наглость, конечно, второе счастье и все такое, но Елисей ни за что не позволит нам здесь остаться.
- Не думаю, что это хорошая идея. Мы будем отвлекать ребят.
Хотя, еще неизвестно, кто кого будет отвлекать больше. Тем более если учесть, что Покровский и Дан расположатся у нас за спиной и будут наблюдать за нашими действиями - в последнем я даже не сомневалась. Когда-то давно на репетициях в школе наш тренер Тамара Васильевна любила цитировать слова Вальтера Скотта, который советовал 'танцевать так, будто тебя никто не видит'. Раньше мне это удавалось без всяких проблем. Но сейчас под взглядами Эла и Дана я не уверена, что смогла бы расслабиться.
- Почему бы и нет, - не догадываясь о моих переживаниях, вдруг с улыбкой откликнулся Эл. И отправился к пульту, по пути доставая ноут из рюкзака. - Вы нам точно не помешаете. Мы с Даном пока кое-что обсудим как раз.
Лесс тут же обрадованно начала благодарить Елисея. Я же недоверчиво уставилась на Покровского, взгляд которого в этот момент был приклеен ко мне. Я вскинула брови, давая Элу понять, что его интерес незамеченным не остался, и в ответ получила насмешливую улыбку. Безмолвный вопрос 'какие-то проблемы?'
Он, что, делает это специально?!
Я поджала губы.
- Я согласен с Елисеем, - Дан присоединился к Покровскому. - Вы не будете нам мешать. Оставайтесь и тренируйтесь столько, сколько вам нужно.
Однако.
И что все это значит? С какой это стати Эл стал таким добрым? Готов пожертвовать собственным временем, удобством и самое главное студией - и ради чего? Ради Лесли и ее тренировки?
Я перевела удивленный взгляд на подругу. Лесс, довольная полученным одобрением ребят, мне подмигнула. Она действительно не видела проблемы в том, что мы останемся тренироваться, а Дан и Покровский будут заниматься своими делами.
Как же...
В школе посмотреть на открытые репетиции нашей танцевальной группы всегда собиралась толпа мальчишек. После одной из таких репетиций ко мне и подошел Миша. Он тоже, как и Покровский, долгое время смотрел на меня издалека и, как говорили мне одноклассницы, 'обливался слюнями'.