Страница 19 из 57
Я только сейчас обнаружила на одной из дорожек огромную скульптуру вставшего на дыбы медведя. Темно-золотой, как будто сделанный из меди или из бронзы, символ Единой России на задних лапах выглядел устрашающе. Естественно, никакого отношении к партии ЕдиноРосов этот медведь не имел. Но почему-то при взгляде на хозяина тайги первой мыслью стала мысль о политике. Сразу же вспомнилось и имя Покровского-старшего в новостях, и его косвенное отношение то ли к депутатам, то ли к мэру нашего города.
- Ни, ты что застыла? Или ты и дальше собираешься мерзнуть? - Виталик, подошедший ко мне со спины, цапнул меня за бока. И если бы не плотная ткань куртки, боль от его неожиданного захвата была бы куда ощутимей. Но сейчас я лишь поморщилась и повернулась к парню.
- Иду, конечно.
Я, наконец, обратила внимание на опустевшее крыльцо и на неожиданную тишину вокруг. Кажется, я не заметила того, как Лесли и Diabolic Flow почти в полном составе скрылись за дверью дома. Хорошо, хоть Виталик остался рядом.
- Тогда скорее, - Вит улыбнулся и, галантно расшаркавшись передо мной, рукой указал на вход. - Вас ждут.
Я вздохнула.
Кто бы меня ни ждал на вечеринке, это точно был не Покровский. Даже Дан с его виноватым 'Сонь, я балбес' уже успел про меня забыть, иначе бы не сбежал от меня настолько быстро. А ведь обещал, поросенок, что позаботится и даже нальет коньяка, чтобы меня согреть.
Угу... согрел.
Конечно.
Под руку с Виталиком мы вошли в просторный холл, и я замерла недалеко от двери, украдкой присматриваясь к суете, царящей вокруг меня. Возле двух зеркальных шкафов-купе шла возня и велась шутливая перебранка. Артем, то и дело срываясь на пьяный хохот, помогал раздеваться Лесли. Вместо того, чтобы молча снять с девушки пальто, барабанщик Diabolic Flow протягивал руки к Лесс и пытался ее щекотать. Судя по заливистому смеху Лесли, ничего против подобного развлечения она не имела.
Со всех сторон раздавались пошлые шуточки. Кто-то особо добрый - кажется, это был Эл - предложил этой жаркой парочке уединиться. И, хотя в совете хозяина вечеринки не было ничего смешного, все почему-то развеселились еще сильней, и приколы над моей подругой и ее незадачливым кавалером посыпались один за другим.
Я наблюдала за реакцией Лесли и не могла понять, почему она не пытается пресечь поток издевательств?
- Ниона, ты чего опять зависаешь? - улыбающийся Виталик повернулся ко мне. За то время, что прошло с момента нашего появления в холле, он уже успел разуться и снять с себя куртку. В отличие от меня. - Или тебе отдельное приглашение нужно?
- Нет, нет, - я тряхнула мокрыми прядями и заставила себя улыбнуться. - Я просто отогреваюсь. Там так холодно было.
Виталик понимающе мне кивнул. А я вдруг подумала о том, что моя версия с холодом проверке на логику не поддается. Если я так сильно замерзла, как говорю, что же я так долго смотрела на парк? И на крыльце стояла, уставившись на скульптуру...
Воспоминание о странном медведе, который застыл, выбираясь из кустов, и, скалясь, готовился к нападению, на несколько секунд вернуло мои мысли к Покровским. Может, отец Елисея обычный охотник? И этот медведь что-нибудь означает?
Жаль, что никто, кроме меня, статую высотой под три метра не разглядел. А спрашивать у Елисея я сама ни за что не стану...
- Тебе не помочь? - с игривым намеком предложил вдруг Виталик, вновь вырывая меня из собственных мыслей и наблюдая за мной с таким интересом, будто я была диковиной бабочкой, опустившейся ему на ладонь.
Я покосилась на все еще смеющуюся Лесли, на Артема, который, ничего не стесняясь, прижимал мою подругу к себе, и, хмыкнув, отказалась от помощи Вита.
- Справлюсь сама. Спасибо.
- Ну, смотри, - Виталик вздохнул разочарованно и отвернулся, тут же вливаясь в разговор с Елисеем.
Покровский, усмехаясь, приглашал всех не толпиться в холле и проходить, наконец, в гостиную или на кухню. Смотря кому и куда больше надо. Дан с блеском в глазах тут же спросил, где находятся запасы напитков. Виски, например, или коньяка.
После вопроса о коньяке, я уставилась на Данилу, с любопытством ожидая последующих за этим событий. Посмотрит на меня парень или все-таки нет? Вспомнит о своем обещании? Или, как часто бывало ранее с Даном, благополучно забудет о минутном порыве показать лучшую свою сторону?
Но Эл ответил, что Хеннесси стоит в баре в гостиной, и смеющаяся толпа медленно потянулась из холла прочь. Рядом со мной задержался только Виталик.
- С тобой точно все в норме? - спросил обеспокоено, и я расщедрилась на самую радостную улыбку, на которую была в данный момент способна.
- В абсолютной. Я сейчас приду.
- Угу, - Вит, в нерешительности потоптался возле меня, пока я нарочито медленно расстегивала пуговицы, а после посоветовал, - Ты тут не затягивай. Раздевайся и приходи.
Я кивнула. Виталик спустя мгновение оставил меня одну.
Оказавшись в тишине и одиночестве, я с тоской оглянулась на дверь, на полном серьезе рассматривая идею сбежать с вечеринки Покровского. Мое отсутствие заметить бы мог только Виталик. Да и то, если его не отвлекут разговорами и алкоголем.
- Ниона, ты как? - Лесли выглянула в холл и подбежала ко мне, заметив, что я застыла возле шкафа-купе и не двигаюсь с места.
Собственная совесть тут же колючим клубком завозилась не под сердцем даже, а где-то в районе солнечного сплетенья. Честно говоря, всего секунду назад мелькнула мысль о том, что Лесли обо мне и не вспомнит.
- Все хорошо, - я улыбнулась подруге, и с моего языка легко сорвалась очередная ложь, - Голова разболелась.
Лесли порывисто меня обняла, снова вызвав во мне острое желание отстраниться. И убежать. Уйти с вечеринки Эла, не дожидаясь, пока события выйдут из-под контроля. Мое взвинченное состояние, даже без мудрых подсказок мисс Нойя казалось мне ненормальным.
Как однажды во сне сказала мне одна из 'подружек': это не общество опасно для тебя, это ты опасна для общества.
Это точно...
- У меня таблетки с собой есть. Нурофен и цитрамон. Давай я достану? - Лесли с тревогой заглянула в мои глаза, и я вдруг почувствовала себя законченной эгоисткой. Сама ведь обещала остаться с Лесли. А теперь, испугавшись даже не Елисея и вечеринки... а собственных воспоминаний, которым и места в моей памяти остаться бы не должно, вдруг вздумала уходить.
- Лесли, не надо. Я сейчас... Сейчас все будет хорошо.