Дымок

Фредди забрался в эту корзину, невзирая на проволоку, причиняющую боль его босым ногам. Оказавшись на самом верху, он плюхнулся на подушки, устроился поудобнее и стал ожидать прихода уборщиков. Он чувствовал себя комфортнее, чем когда-либо, и надеялся, что его не сморит сооо…

Одиннадцать часов. Появились уборщики. Фредди узнал об этом благодаря умопомрачительному шуму, что они подняли, и он, внезапно проснувшись, подскочил, как олень в свете фар, дрыгая ногами и размахивая руками. Он впал в такую панику, что провалился вглубь корзины с подушками, прежде чем сумел взять себя в руки. Затем он выбрался на поверхность и лёг, прислушиваясь к шуму и пытаясь отдышаться.

Нет, здание не рушилось. Это всего лишь отряд уборщиков. Их пылесосы и полотёры продвигались по проходам, словно танки армии вторжения.

Фредди осторожно приподнял голову, чтобы разведать обстановку, и вдали, над рядами товаров, фалангами газонокосилок, батальонами рабочих ботинок и вспухающими разрывами розовых пушистых тапочек разглядел по-прежнему освещённое окно офиса на втором этаже – оно находилось на одном уровне с позицией Фредди на подушечной высоте. Охранник всё так же сидел у окна и бесстрастно смотрел наружу – прямо на Фредди – и не смыкал глаз.

Хорошо. Пора приступать к делу.

Спустившись с корзины на бетонный пол под грохот, издаваемый уборщиками, Фредди понял, что по пути придётся сделать ещё одну остановку. Но когда он вошёл в мужской туалет, тот заполонили уборщики. Фредди мог бы распугать их всех, если бы захотел, но вместо этого воспользовался женским туалетом, где, не подумав, по привычке спустил воду – вот это-то и напугало уборщиков. Он едва успел выскочить из женского туалета, как туда ввалилась вся их бригада с испуганно вытаращенными глазами.

Охранник у гаражных ворот покинул не только свой пост, но и свои головоломки; журнал с карандашом остались лежать на стуле. Возможно, он ушёл перекинуться словом – громким словом – с уборщиками.

Но рано или поздно охранник вернётся, хотя бы за своим журналом. Метнувшись к грузовому прицепу под номером 21409, Фредди опустил его дверь – если это и произвело какой-то шум, то даже он сам его не расслышал. Затем он нажал кнопку гаражных ворот, и те опустились, без сомнения со скрипом и лязгом, но кого это теперь беспокоило?

Следующая задача – выбраться отсюда. Фредди направился к главному входу и обнаружил четвёртого охранника, сидящего на стуле там. По-видимому, таков был его распорядок: поскольку уборщики постоянно входили и выходили, охранник перемещался сюда со своего прежнего поста, приглядывать за незапертыми дверями. Он не только не пускал внутрь посторонних, но и следил, чтобы члены чистящей бригады, увлёкшись, не вычистили из магазина что-то лишнее.

Плёвое дело. Фредди прошёл мимо охранника вслед за уборщиком в зелёном комбинезоне, который вышел за чем-то к своему грузовику.

Был июль, но по ночам становилось прохладно. Чувствуя лёгкий озноб, Фредди поскакал к задней части здания, что заняло немало времени, учитывая размеры магазина. В прошлый раз они с Пег объехали вокруг в фургоне – это как раз не заняло много времени – и осмотрели окрестности; сейчас всё выглядело без изменений. Прицепы всё так же прижимались к задней стене здания, а где не стоял прицеп – находились закрытые гаражные ворота. Пара мощных прожекторов, укреплённых на углах крыши, рисовали пейзаж в резких белых и глубоких чёрных тонах, с тенями, протянувшимися в разных направлениях. Асфальтированная парковка с этой стороны была меньше и не такая ухоженная, как спереди; её дальний конец упирался в заросли сорняков и кустарников. Там стояли полдюжины больших тупоносых грузовиков без прицепов.

Фредди и раньше доводилось угонять грузовики (правда никогда в одиночку), так что он представлял порядок действий: замкнув провода в кабине, он завёл грузовик, подал его задом к прицепу под номером 21409 и заглушил двигатель. Затем, дважды сверившись с розовым бланком, приклеенным к борту, Фредди убедился, что номер верный (ему вовсе не хотелось ошибиться и увезти не тот прицеп от открытых гаражных ворот – это привлекло бы внимание). Следом он подсоединил электрические кабели и шланги гидравлики от грузовика к прицепу, снова завёл двигатель, очень медленно сдвинулся вперёд на несколько футов, увидел в зеркале заднего вида закрытые гаражные ворота, что окончательно развеяло все сомнения, проверил фары и тормоза – похоже, всё в порядке.

Шанс, что кто-нибудь услышит шум двигателя грузовика изнутри здания, был невелик, и его уж точно никто не услышит, пока бригада уборщиков занимается своей работой. Фредди переключился на низкую передачу, круто выкрутил рулевое колесо и аккуратно повёл грузовик вместе с прицепом.

Он не стал проезжать мимо фасада здания, а пересёк по диагонали пустую парковку и выехал в переулок, а оттуда до перекрёстка, где остановился на красный свет. По пути не попалось ни одной машины. Никакого движения на улицах. Никакого! Светофор переключился на зелёный. Фредди повернул на перекрёстке и был таков.

Они с Пег договорились встретиться в час ночи у сгоревшей закусочной, но Пег чувствовала себя слишком взвинченной, чтобы сидеть дома, особенно после одиннадцатичасового выпуска новостей, когда заняться стало совершенно нечем. Пег желала узнать, как дела у Фредди, а кроме того готовилась к важному объявлению, как только ночная работа будет завершена.

И если, конечно, всё пройдёт гладко. В случае возникновения проблем, Пег не собиралась усугублять положение бедолаги Фредди, огорошивая его плохими новостями. Поэтому она тешила себя надеждой, что проблем не возникнет, и из-за всех этих мыслей не могла просто оставаться дома и ждать. В конце концов, Пег выбежала за дверь, забралась в фургон и приехала к сгоревшей закусочной за сорок пять минут до срока. Фредди, разумеется, ещё не было.

Пег припарковалась позади останков закусочной, выключила фары, как они договорились, и сидела в темноте, повторяя про себя тот разговор, что им предстоял – и свои реплики, и слова Фредди. Минут через двадцать на дороге показались фары. Значит, Фредди тоже приехал раньше, если это был он. А если не он, то, как надеялась Пег, не полиция штата, севшая им на хвост или просто решившая проверить фургон, припаркованный в темноте на пепелище.

Это оказался Фредди. То есть, когда пассажирская дверь фургона открылась, а за ней никого – значит, это Фредди. Пег уже почти перестала обращать внимание на такие вещи.

– Как всё прошло? – спросила она.