Ядовитый Венец

Астра огляделась. Они сидели в маленькой тесной комнатке с низким окном, сквозь которое сочился тусклый свет. На полу лежал жесткий сенной настил, у стены темнел шкаф из грубо обструганных досок, а стол был завален глиняными банками, пучками сухих трав, темным порошком и бутылочками с засохшими потеками на горлышках.

Астра медленно подняла глаза на люминара.

— Вы убийцы.

Он устало потер переносицу и шумно выдохнул.

— Тебе нужно следить за словами. Особенно рядом с хитинорами.

— А ты не хитинор, — Астра посмотрела на него с презрением. — Ты хуже. Ты люминар, который продался им.

— Я не себя имел в виду.

— Конечно, ты ведь не виноват. Просто стоял рядом, пока они резали наших.

— Тебе не нужно знать всего, — нахмурился он, не сводя с нее взгляда.

— Мне нужно знать, почему вы сожгли Венец.

Люминар опустил взгляд на свои руки. Бледно-зеленая кожа была иссечена тонкими темными рубцами, местами растрескалась.

— Наши действия были оправданы.

— Что? Оправданы? — Лицо Астры налилось зеленью от злости. — Вы с хитинорами устроили пожар! Убили люминаров. Моих близких! Люминаров и так остались единицы, а вы добили их! Всех! Это твой народ!

— Не всех, — спокойно ответил он. — Большую часть увели в Безмолвные Корни. Пожар устроили не мы, но некоторые смерти были необходимы.

Астра смотрела на него, пока комната снова не поплыла. Травы на столе распались на темные пятна, свет из окна дрогнул мутной полосой. Она зажмурилась, проморгалась и прижала пальцы к виску.

— Необходимы? — переспросила она хрипло. — Та девочка с магией... ее тоже было необходимо убрать, урод?

Он поднял голову. Лицо осталось спокойным и безразличным, только в серых глазах мелькнуло раздражение.

— Та девочка перерезала горло собственной матери, когда ей дали выбор: она или мать.

— Врешь.

— А ее отец сдал всю семью сколиям за день до этого, — добавил Шип. — За обещание, что его не тронут.

Астра замолчала, затем быстро нашла за что ухватиться.

— Не оправдывай свою жестокость чужими ошибками.

Но прежней уверенности в ее голосе уже не было.

— Я и не оправдываю. Предатели не нужны ни люминарам, ни хитинорам. Это все, что тебе сейчас нужно знать.

— Предатели? — Астра вскинула на него глаза. — Я как раз смотрю на одного.

Люминар с легким укором закатил глаза.

— Как тебя зовут?

— Как я выжила? — ответила она встречным вопросом.

В прошлый раз молчание стоило ей сжатого горла и темноты перед глазами. Значит, чтобы вытянуть ответы, придется отдать хоть что-нибудь взамен. И хорошо бы только имя.

— Астра.

— Допустим, — кивнул он. — Я Шип.

Она изогнула бровь, ожидая ответа и на свой вопрос, но Шип лишь недовольно цокнул языком и поднялся, расправив накидку.

— Потом поблагодаришь Жала за свое спасение. Вставай давай, пошли.

Астра нахмурилась, вспоминая черные глаза хитинора, и по пальцам пробежал слабый разряд магии. Магия... Он же украл браслет.

— Поблагодарить это отродье? — вспыхнула она. — Этот кровосос чуть меня не убил!

Шип покачал головой.

— М-да... Только ему это не ляпни, а то точно без головы останешься.

— Где мой браслет?

Шип усмехнулся краешком губ, сунул руку в карман и вытащил жемчужный браслет. Тот качнулся в воздухе, тускло блеснув в сером свете.

— А, ты об артефакте.

— Отдай, — Астра подалась вперед.

— Не парься, мы его не заберем, — с ним даже не пришлось драться, Шип сам вложил браслет ей в ладонь. — Нам не нужно, чтобы магию отнимали. Совсем наоборот.

Астра молча надела браслет обратно на запястье. Слишком хрупкая вещь для того, чтобы держать в узде то, что жило у нее внутри, но это память об Азалии.

— Как мы выяснили, он глушит магию. Это отлично, здесь она тебе не нужна, — Шип мрачно усмехнулся. — Если проявишь ее в Перворое, сколии будут пытать тебя до смерти.

Астра подняла на него глаза.

— Что вам от меня нужно?

Шип посмотрел так, будто она была упрямым ребенком, задающим слишком много неудобных вопросов. Теперь, когда он стоял, стало заметнее, что он ненамного старше Нарцисса. Двадцать три, может, чуть больше.

— Делай, что я говорю, — сказал он. — И, возможно, проживешь дольше.

— С чего бы?

— Я не прошу мне верить. — Шип пожал плечом. — Я выживаю в Перворое не первый год. А ты, если до вчерашнего дня жила в Венце и думала, что все люминары поют друг другу колыбельные, привыкай: здесь таких нет.

Он наклонился чуть ближе.

— Не доверяй никому. Даже тем, кто попытается с тобой сблизиться.

Астра посмотрела на него исподлобья.

Он что, говорил о себе?

Шип заметил этот взгляд и раздраженно выдохнул.

— Не смотри так дерзко, напрягаешь уже. Мы тебя спасли, так что будь хоть немного благодарнее.

Она открыла рот, но он тут же перебил:

— Если бы не Жал, ты бы сдохла от яда на том же берегу. А твое... — он с наигранной брезгливостью быстро оглядел ее сверху вниз, — не слишком привлекательное тощее тело уже обгладывали бы сколии.

Астра сжала зубы.

— Я должна сказать «спасибо»?

— Не обольщайся. Жал вытянул из тебя яд только потому, что ты нужна живой.

Астра не нашла, что ответить. Шип говорил слишком противоречиво: спасли — не по доброте, однако он вернул браслет и предупредил о рисках в логове врага. Даже несмотря на это, Шип не вызывал у нее доверия.

Он подошел к столу и взял стопку черной одежды, такой же бесформенной и жесткой, что и на нем. Свободная накидка со складчатым воротом, штаны, белье, низкие ботинки на толстой подошве; все подобрано приблизительно под ее рост, будто кто-то заранее прикинул размер на глаз и не слишком заботился о точности.

— Переоденься, — сказал он и бросил вещи ей на колени. — Собери волосы, чтобы не привлекать внимания, и надень медальон. Я заменил веревку.

Астра подняла край накидки двумя пальцами и поморщилась. Ткань была грубая, жесткая, с тугими заломами, пахла смолой, и чьим-то кислым потом, въевшимся в волокна.

— А если откажусь?

— Тогда выйдешь в этом, — Шип кивнул на ее грязную куртку, — и сдохнешь в первом же коридоре. Выбор богатый, не правда ли? Шевелись!